Критика

Олег Климов о фотографии как свидетельстве зла

Российский фотограф Олег Климов — о том, что неравнодушные люди в этом мире ещё остались, но, чтобы их расшевелить, снимка живого ребёнка уже недостаточно.

Олег Климов 51 год

Российский фотограф-документалист, основатель фонда Liberty.SU. Сотрудничал с журналами «Огонек», «Итоги», Time, Elsevier, Stern, газетами «Известия», «Комсомольская правда», Het Parool, Le Monde, The Times, The Independent, The Washington Post, информационными агентствами France-Presse, Sygma, Agency.Photographer.ru, Panos.

 

Сейчас уже трудно сказать, какое издание первым опубликовало фотографию трёхлетнего сирийского мальчика Айлана Курди, тело которого обнаружили полицейские на пляже турецкого города Бодрум.

Семья Курди пыталась иммигрировать из города Кобани (Сирия, недалеко от границы с Турцией), где в настоящее время идут бои между сирийскими курдами и боевиками «Исламского государства». Вместе с Айланом утонул его пятилетний брат Галип и их мать. В кораблекрушении выжил только отец семейства Абдулла, по словам которого

капитан небольшого судна, нелегально перевозившего мигрантов, запаниковал во время сильных волн и выпрыгнул из лодки, после чего она перевернулась и затонула.

Всего в результате кораблекрушения погибло 12 человек, среди них восемь детей.

За сутки посмертная фотография трёхлетнего мальчика стала известна всему цивилизованному миру, а в западной Европе на улицу вышли граждане с плакатами: «Беженцы, добро пожаловать! Остановим расизм!». После публикации всего лишь одной фотографии Евросоюз был вынужден принять решение об увеличении квоты мигрантов в Европу в четыре раза и смягчить миграционную политику по отношению к странам, находящимся в состоянии войны.

Мы прекрасно знаем, что ежеминутно, ежечасно в мире погибают сотни и тысячи детей от голода, холода или военных действий, но в то же время не устаём повторять, что «счастье всего мира не стоит одной слезинки на щеке невинного ребёнка». Однако мы редко замечаем несправедливость, происходящую вокруг. Нас это не касается.


{"img": "/wp-content/uploads/2015/09/klimovcolumn_01.jpg", "text": "Фото: Nilufer Demir / DOGAN NEWS AGENCY / AFP PHOTO / EAST NEWS."}

Ещё раз взгляните на этот снимок. Цинично рассуждая, можно сказать, что в нём нет композиции и формы, нет так называемого решающего момента, есть только суть случившегося: мёртвый ребёнок у кромки воды. Мы можем найти сотни подобных фотографий-фактов в криминальной хронике любого государства, но только этот кадр почему-то оказал сильное влияние на мировую общественность. Следует ли из этого, что дело не в фотографии и даже не в её содержании, а в чём-то другом? Скорее всего, да.

Фотографии Себастьяно Сальгадо, сделанные по всем правилам искусства во время голода в Африке, пролежали невостребованными на полках агентства Magnum несколько лет. Но неожиданно они выстрелили, и с такой силой, что весь прогрессивный мир решил немедленно прийти на помощь.

Тогда многим критикам казалось, что красота фотографии и формы, несмотря на весь ужас содержания, спасла голодающих детей.

Красота формы и ужас содержания имели прямое воздействие на зрителя, и стало возможным показывать всё, что укладывалось в рамки новой эстетики. Но следует ли из этого, что красота спасёт мир? Скорее всего, нет.

Из недавней истории мы знаем, что фотография способствовала прекращению войны во Вьетнаме, а телевидение остановило войну в Чечне, чему оно явно не способствует в войне сегодняшней. Но мы также знаем, что многие фотожурналисты, в том числе и Сальгадо, в своем отчаянии были вынуждены признать, что их фотография не может изменить мир к лучшему, потому что если раньше было достаточно показать миру слезинку на щеке невинного ребёнка, то сегодня уже необходимо показать его труп.


{"img": "/wp-content/uploads/2015/09/klimovcolumn_02.jpg", "text": "Фото: AP Photo / Nick Ut / EAST NEWS."}

Можно приводить много аргументов в пользу того, какая фотография спасает мир, делает его лучше или наоборот. Можно долго рассуждать, по какую сторону добра и зла в этом участвует масс-медиа, но следует признать с полной безусловностью только одну теорию, которая к фотографии, масс-медиа и искусству не имеет прямого отношения, а касается человека и общества: в нашем мире существует слишком много несправедливости. Она накапливается в наших сердцах и душах, но тому есть предел — критическая масса. Мы чувствуем её тем сильнее, чем больше сознаём себя частью единого мира, в котором уже не существует пространства, а информационные потоки мгновенны.

Это состояние сингулярности общества подобно чёрной дыре, когда человек видит происходящее зло на другой стороне планеты, но это его касается здесь и сейчас.

Не просто вышибает слезу, а делает готовым выйти на улицу, чтобы бороться на стороне добра и света потому, что критическая масса достигла своего предела.

И совсем неважно, что будет последней каплей, которая превратит нашу чёрную дыру в квазар, излучающий свет — будь то фотография, сделанная полицейским на мобильный телефон, или произведение искусства, созданное фотографом в рамках эстетики красоты и ужаса, важно, что это произойдёт. Но в любом случае из этого не следует, что фотография спасает мир. Это означает, что мир спасает каждый из нас, а фотография была и будет тому свидетельством.

Новое и лучшее

2394

192

1674
222

Больше материалов