Мир

Красавица и красавец: Почему стоит увидеть, как человек без предплечий и его жена танцуют нагишом

Пока мир считает дни до премьеры фильма «Красавица и чудовище» — ремейка диснеевского мультфильма 1991 года, — Bird In Flight вспоминает совсем другую версию сказки, которой мы обязаны Мэту Фрэйзеру и Джули Атлас Муз. Разбираемся, как танцовщица бурлеска и актер, родившийся с деформированными руками, создают уморительные и жуткие истории, в которых каждый может найти себя.

В конце 50-х годов сначала в Германии, а затем во всем мире в продажу поступает новое снотворное талидомид, которое продается без рецепта всем, кто страдает от бессонницы и тревоги. Средство снимает тошноту, поэтому его активно покупают беременные. Еще неизвестно, что лекарства, которые принимает мать, могут влиять на плод; только спустя несколько лет продаж талидомида окажется, что у нескольких тысяч женщин, принимавших его во время беременности, дети появились на свет с врожденными пороками. Самым распространенным стала фокомелия — недоразвитие ног и рук вплоть до отсутствия в них части костей. Так в 1962 году начинается история британца Мэта Фрэйзера — барабанщика, актера, драматурга и мужа королевы бурлеска Джули Атлас Муз.

Родившийся в актерской семье, Мэт с детства мечтает быть актером — что непросто для человека, появившегося на свет с культями вместо рук. Это не мешает ему в 18 лет стать барабанщиком и шестнадцать лет выступать с разными панк-группами. В 2012 году он сыграет на церемонии закрытия Паралимпийских игр в Лондоне. «Люди часто спрашивают, как можно играть на барабанах с моими руками; по большому счету, нужно просто подвинуть установку ближе к себе», — говорит Мэт. Воодушевляющее заявление от человека, родившегося без больших пальцев.

«Люди часто спрашивают, как можно играть на барабанах с моими руками; по большому счету, нужно просто подвинуть установку ближе к себе».

В девяностых он начинает изучать боевые искусства — тхэквондо, хапкидо, карате — и присоединяется к театру Graeae, который стремится изменить восприятие обществом людей с ограниченными возможностями и дает им роли в своих спектаклях. Мэт также пишет сам. В 2001 году он представит пьесу Sealboy: Freak о Станислаусе Беренте, «мальчике-тюлене» (Sealo the Seal Boy), который был актером фрик-шоу в середине ХХ века (и которого через пятнадцать лет Мэт сыграет в одном из сезонов сериала «Американская история ужасов»). А в 2005-м он сыграет главную роль в поставленном им мюзикле Thalidomide!! A Musical — «мультяшной версии» собственной жизни, панковской истории о романе «обычной» женщины и мужчины с фокомелией.

В 2001 году Фрэйзер принимает участие во фрик-шоу на Кони-Айленде и ездит туда каждый год следующие несколько лет. Там в 2006-м ему предлагают роль в бурлеск-представлении с Джули Атлас Муз.

История Джули тоже нетривиальна. Муз родилась в 1973 году в Детройте. Она актриса, стриптизерша, танцовщица, театральный режиссер — и русалка. В 2000-х Джули была главной русалкой в огромном (34 кубометра) аквариуме в одном из нью-йоркских ночных клубов. Когда клуб закрыли, она побывала русалкой на биеннале в Валенсии.

В одном выступлении ее раздевает, насилует и убивает оторванная рука.

Танцевальные выступления Джули полны не только сатиры (например, когда она ест пончики в образе пузатого копа), но и обыгрывания неприятных и страшных тем. В одном выступлении ее раздевает, насилует и убивает оторванная рука. Другое — «Божественная комедия изысканного трупа» — вообще заявлено как посмертный танец, который должен быть настолько плох, что публика поневоле взбодрится.

В 2006-м Муз выигрывает конкурсы красоты сразу двух крупных бурлеск-конвенций: Miss Exotic World и Miss Coney Island. И тогда же впервые встречает Фрэйзера. Эта встреча приведет к тому, что через несколько лет они не только поженятся, но и создадут, возможно, самую необычную и честную версию «Красавицы и чудовища». В этой театральной постановке много наготы, еще больше юмора, на экране в какой-то момент появляется разговаривающий клитор, а в финале чудовище не превращается в принца.

Выходить на сцену голышом не внове для них обоих, но для «Красавицы и чудовища» — исследования того, что красиво, а что безобразно, — нагота становится одним из ключевых элементов шоу. Так, в одной из сцен герои стоят обнаженные друг напротив друга, рассматривая себя и партнера, как если бы каждый из них стоял перед зеркалом.

«Людям кажется, что раздеться на сцене — признак сильной уверенности в себе, — говорит Мэт. — Но штука в том, что ниже талии я обычный человек. Я долго не мог решиться снять рубашку на сцене и показать людям свои руки (these babies, называет он их); остальное было довольно просто».

«Несмотря на то, что я постоянно раздеваюсь на сцене, у меня бывает чувство глубокой неуверенности и ненависти к своему телу», — откликается «Красавица» Джули. Ее героине предстоит принять не только свое тело, но и деформированное тело возлюбленного. «Где мое чудовище?» — кричит она, когда он предстает перед ней с приделанными к туловищу «нормальными» руками и с одеревеневшей улыбкой.

«Где мое чудовище?» — кричит Красавица, когда он предстает перед ней с приделанными к туловищу «нормальными» руками и с одеревеневшей улыбкой.

Сейчас пара делает все больше проектов, в которых на физическом недостатке Мэта нет акцента. Как говорит его герой в шоу Cast Offs, «spacking up is the new blacking up»: актеры с ограниченными возможностями, так же как чернокожие актеры (или, скажем, геи), могут играть не только героев, которые должны быть инвалидами, чернокожими или гомосексуалами по сюжету, но и любых других. «Я хочу быть имиджмейкером, потому что так я могу контролировать то, как люди видят людей с ограниченными возможностями. — говорит Фрэйзер. — Мы ведь такие же, как и „обычные“ люди». Собственно, при всей панковости творчество Джули и Мэта можно свести именно к этому: в каждом из нас есть красивое и безобразное, давайте об этом поговорим — и посмеемся.

Новое и лучшее

496

683

937
5666

Больше материалов