Мир

«Люди были уставшими, им ничего не объяснили» — пассажир вьетнамского рейса о штурме терминала

Bird in Flight узнал у украинца, эвакуированного из Вьетнама, почему он не согласился на двухнедельную обсервацию во время национального карантина и что случилось в Борисполе.

Днем 29 марта в Борисполе приземлился самолет с эвакуированными из Вьетнама украинцами. Прибывшие должны были пройти двухнедельную обсервацию — изоляцию в немедицинском учреждении. Часть пассажиров не согласились с требованиями властей: они выбили двери терминала и прорвались через полосу контроля. Видео штурма вызвало в сети бурную реакцию — прибывших из Вьетнама ругали за безответственность и агрессию. Bird in Flight спросил у одного из пассажиров Игоря Панчука, что произошло в терминале.

Пассажиры, вернувшиеся из Вьетнама, выбивают двери терминала в аэропорту Борисполь.

Как вы оказались во Вьетнаме?

Я провел во Вьетнаме пять месяцев, моя девушка там работает.

Предупреждали ли вас в аэропорту Хо Ши Мина, что по прилете домой вам нужно будет пройти обсервацию?

29 марта, за восемь часов до нашего вылета, на странице посольства Украины во Вьетнаме появилась запись, что по прилете домой мы должны за собственные деньги пройти обсервацию (это сообщение я видел собственными глазами, но скрин не сделал). На выбор давали два отеля. Никто из представителей посольства не объяснил, что происходит. А через полчаса запись удалили.

Важно понимать: никто из пассажиров не подписывал документы о том, что нам нужно пройти обсервацию. Мы подписали бумагу, которая нас обязывала не выходить из дому в течение двух недель после прилета. Я подписал и уже второй день сижу дома на самоизоляции. Но об обсервации, да еще и за свои деньги, никто ничего не говорил.

Сколько длился перелет?

Перелет длился одиннадцать часов, у нас был прямой перелет Хо Ши Мин — Киев. Из-за карантина на рейсах теперь не кормят — каждому дали несколько пачек крекеров, какие-то снеки и три бутылки воды.

В самолете было 233 человека или около того. Могло быть больше, но из-за карантина во Вьетнаме тяжело с транспортом, поэтому некоторые не успели добраться до Хо Ши Мина вовремя. Во Вьетнаме еще остались украинцы, не знаю сколько.

Еще два с половиной часа мы провели в терминале аэропорта Борисполь.

Что произошло, когда вы прилетели в Борисполь?

Еще в самолете у нас всех измерили температуру. Потом мы пошли на паспортный контроль. Нас держали там два часа, никто не мог объяснить, что происходит. Какие-то люди пытались рассказать, что будет дальше, но было похоже, что они сами ничего не знают.

На улице стояли автобусы — к нам подошел человек и сказал, что они отвезут нас в Киев в отель. Некоторые возмутились: их ждали машины, кому-то нужно было ехать на автобусе в другой город. Он ушел, вместо него появился другой — сказал, что на этом автобусе нас отвезут в Киев на обсервацию. Когда ему ответили, что законных оснований для этого нет, он тоже ушел. После него приходили другие — в общей сложности с нами пытались поговорить пять человек, но никто из них не мог ничего объяснить.

vietnam_covid_back_eastnews
Рабочий в защитном костюме дезинфицирует самолет «Вьетнамских авиалиний» в международном аэропорту Нойбай в Ханое 3 марта 2020 года. Фото: Nhac Nguyen / AFP / East News

Что это были за люди?

Мне они не представились. Они были в респираторах и костюмах химзащиты. Возникало ощущение, что им просто сказали задержать нас.

Мне казалось, что нас хотят кинуть на деньги. Пассажиров самолета из Теля-Авива, который прилетел после нас, выпустили без проблем. Был еще рейс из Нью-Йорка — пассажиров тоже выпустили. Это при том, что США сегодня лидер по количеству зараженных коронавирусом, — а мы прилетели из страны, в которой, по официальным данным, всего 200 заболевших. (По состоянию на 31 марта, в США 163 тысячи больных COVID-19, умерло больше 3 тысяч человек; в Израиле — 4 247 заразившихся, умерло 15 человек; во Вьетнаме, по официальным данным, 203 заразившихся. — Прим. ред.)

Есть распоряжение правительства, что обсервацию должны проходить все, кто вернулся из-за границы.

Это решение было принято 29 марта в 22:07, наш самолет прилетел раньше — в три часа дня. Эти бумаги мы не могли видеть.

Почему люди начали выламывать двери?

За окнами терминала стояли родственники пассажиров. Мы были уставшие, голодные, у кого-то плакали дети. Уровень стресса зашкаливал. Думаю, это спровоцировало пассажиров.

В общий зал нас выпускали по 15 человек. Прорываться через двери начали пассажиры из первой партии — они прорвались и разошлись по автобусам и своим машинам.

Потом уже подошли солдаты, которые пытались всех успокоить. Позже к нам вышла женщина с громкоговорителем, которая попросила выходить из аэропорта по 5 человек.

Вы участвовали в штурме выхода из терминала?

Нет, в это время я был на втором этаже терминала. Сам штурм я не видел, но в общем чате в телеграме, в котором общались пассажиры, люди написали, что они прорвались. Я не оправдываю тех, кто этот штурм устроил, но и не считаю, что их нужно линчевать. Люди были уставшими, им никто ничего не объяснял.

А вот за того, кто кричал «ебу**я Украина», мне стыдно. Из-за его ролика негатив достался другим пассажирам.

075_kharchenko-coronavi200330_np2IYvietnam_covid_backvietnam
Автобус, который привез пассажиров, во дворе отеля «Казацкий» на Майдане Незалежности, Киев, 30 марта 2020 года. Около сотни украинцев, эвакуированных с Бали и из Катара, были размещены в отеле на карантин. Фото: Sergii Kharchenko / NurPhoto / NurPhoto VIA AFP
075_kharchenko-coronavi200330_npJUcvietnam_covid_back
Врачи стоят возле отеля «Казацкий» на Майдане Незалежности в Киеве, 30 марта 2020 года. Фото: Sergii Kharchenko / NurPhoto / NurPhoto VIA AFP

Вы физически контактировали с кем-то после возвращения в Киев?

Возле терминала, когда мы уже шли в машину, женщина спросила у нас, каким рейсом мы прилетели (она шла встречать кого-то из Тель-Авива). Но во время разговора с ней мы держались дистанции в два метра.

Мы вели себя очень осторожно. Чтобы не заразиться от нас, родители, приехавшие за нами на машине из Ровно, натянули между передними и задними сиденьями целлофан.

Что изменилось бы, если бы об обсервации пассажиров предупредили?

Думаю, все равно кто-то пошел бы на конфликт. Но если бы нас предупредили, если бы отели, в которые нас направили, стоили не всех денег мира, негатива было бы меньше.

Обсервация — правильное решение, в том же Вьетнаме ввели обязательную обсервацию для тех, кто возвращается домой из-за границы. Но там людей предупреждают заранее, селят в подготовленные общежития, не выпускают из комнат, чтобы они друг друга не заражали. В Украине все не так.

После того как кадры со штурмом попали в интернет, вам поступали угрозы?

Когда ролик со штурмом попал в сеть, в СМИ начали выходить новости с заголовками в духе «Дикие украинцы сбегают из обсервации».

Мне стали писать друзья: это правда или нет? Вчера у меня весь день ушел на войну с враньем и негативом в комментариях. Я занимаюсь организацией концертов и привык к разной реакции, но в этой ситуации меня задевает, что ненависть исходит от людей, которые не знают, что происходило на самом деле.

В комментариях под новостями писали, что мы приехали заражать украинцев; что нас всех нужно на вилы; что страна потратила деньги налогоплательщиков на то, чтобы привезти людей, которые поперлись отдыхать во Вьетнам в разгар пандемии. Но в самолете было много разных людей. Некоторые пассажиры работают во Вьетнаме, а не отдыхают. С нами была женщина, которая поехала во Вьетнам восстанавливаться после инсульта.

Нужно понимать: люди, летевшие в самолете, заранее купили билеты домой, но их рейсы отменили. Они покупали билеты несколько раз; кто-то тратил на это несколько сотен долларов, кто-то — несколько тысяч. Попытки вернуться стоили нам очень дорого.

Кроме того, наше правительство не потратило на перелет ни копейки — его оплатил бизнесмен Фам Нят Выонг, который когда-то разбогател в Украине, придумав «Мивину». С его стороны это был жест благородства. На обратном пути наш самолет должен забрать вьетнамцев, которые застряли в Украине.

Вчера я записал сториз, в котором рассказал, как все было. После того как его пошерили мои друзья, несколько человек извинились за то, что распространяли неправду.

По закону вы должны две недели провести в самоизоляции. Соблюдаете?

Да. Мы сейчас у моих родителей в Ровно, в трехкомнатной квартире. Дверь в нашу комнату всегда закрыта, еду мама оставляет под дверью. Если мы хотим выйти в туалет, предупреждаем, чтобы она закрылась у себя в комнате. Все, к чему я прикасаюсь, сразу же протираю антисептиком. Я очень переживаю за здоровье своей мамы, поэтому веду себя ответственно.

Говорят, проверять, придерживаемся ли мы самоизоляции, должны полицейские. Но пока нас никто не проверял — правда, прошел всего один день. Надеюсь, государство будет контролировать соблюдение самоизоляции.


Фото на обложке: Sergii Kharchenko / NurPhoto / NurPhoto VIA AFP

Новое и лучшее

1 935

57

203
95

Больше материалов