Мир

«Кто приказывал им убивать евреев?»: Американская журналистка выяснила, что ее дед был коллаборационистом, а не героем Литвы

В Литве Йонаса Норейку считают лидером антикоммунистического восстания и борцом за независимость. Так же думали и в семье американской журналистки Сильвии Фоти, внучки Норейки, пока она не решила написать книгу о деде.

18 лет назад американская журналистка Сильвия Фоти дала обещание умирающей матери написать книгу об ее отце — Йонасе Норейке, которого в семье считали борцом за независимость Литвы и лидером антикоммунистического восстания. Во время одной из поездок в Литву Фоти услышала от директора школы в родном селе Норейки, что ее дед причастен к убийствам евреев. Журналистка начала расследование и выяснила, что Йонас Норейка был коллаборационистом, а правительство Литвы отрицает участие литовцев в убийстве десятков тысяч евреев. Bird in Flight пересказывает материал Фоти, опубликованный в издании Salon.

«Оставь историю в прошлом»

Фоти выросла в чикагском районе Маркетт Парк, где живет самая многочисленная литовская община за пределами Литвы. По словам журналистки, она знала, что ее дед умер в возрасте 37 лет «в лапах КГБ». Согласно семейной легенде, до Второй мировой войны Норейка был лидером антикоммунистического восстания и борцом за независимость Литвы. Во время немецкой оккупации Йонас Норейка стал главой уезда на северо-западе страны. «Его прозвали Генералом Ветра. Все это казалось мне очень романтичным», — рассказывает Фоти.

Jonas_Noreika_01
Мемориальная доска на фасаде библиотеки Академии наук имени Врублевских. Фото: commons.wikimedia.org

В 2000 году Сильвия начала писать книгу по документам, которые хранила ее мать: записям КГБ, письмам Норейки к родным, вырезкам из газет и журналов. Журналистка навестила свою умирающую бабушку, и та попросила Фоти прекратить работу над книгой. «Оставь историю в прошлом», — сказала бабушка Сильвии. Спустя несколько месяцев Фоти и ее брат, Рэй, отправились с прахом матери и бабушки в Литву, чтобы похоронить их в Вильнюсе. Из Вильнюса Фоти поехала в село Шукёняй, где родился ее дед. Сильвия хотела посмотреть на школу, которую переименовали в честь Норейки. «Директор школы, пухлый мужчина со взъерошенными белыми волосами, энергично схватил нас за руки, говоря, как он рад, что мы приехали на церемонию в честь нашего деда. Он слышал, что я пишу книгу», — говорит Фоти. Сильвия спросила у директора, почему он решил дать школе имя Норейки. Он рассказал, что решение принял совет округа, чтобы поменять предыдущее русское название школы. «Поначалу я очень расстроился, что мы выбрали его [Норейки] имя. Он был обвинен в убийстве евреев», — сообщил Фоти директор.

В Шукёняе журналистка встретилась с 88-летним коллегой деда Викторасом Асменскасом, который вручил ей свою книгу «Генерал Ветра» о Норейке. Издание вышло при поддержке Музея жертв геноцида. «Музей был создан в 1992 году, чтобы показать миру, что литовские националисты пострадали от коммунистов так же, как евреи от нацистов», — рассказывает Фоти. Асменскас сообщил, что на должность главы уезда Норейку назначили нацисты, но сам он был против этого.

По возвращении в Чикаго Фоти продолжила изучать семейные документы. Журналистка не хотела признавать обвинения против деда, пока не наткнулась на 32-страничную антисемитскую книгу «Подними голову, литовец!». «Это написал мой дед. Мои руки тряслись: я не хотела иметь дедушку, который был автором этой брошюры», — пишет Фоти. Сильвия решила прекратить работу над книгой.

«Может быть, у него не было выбора»

Спустя десять лет Фоти вернулась к написанию книги. В 2013 году она прилетела в Литву и начала работать со специалистом по Холокосту Симоном Довидавичусом. С его помощью Фоти выяснила, что через три недели после начала войны в Плунге, где руководил восстанием ее дед, расстреляли 2 тысячи евреев.

«Я показала ему все памятники деду, он показал мне ямы, где были похоронены евреи. Я дала ему книгу, опубликованную Музеем жертв геноцида, он передал мне книги о Холокосте, заявив, что мой дед был злодеем», — рассказывает журналистка.

Кроме того, Довидавичус утверждал, что Норейка обучал литовских солдат, как убивать евреев.

В конце поездки Фоти встретилась со своей тетей, которой в 1941 году было десять лет. Она рассказала, что вскоре после начала войны их семья переехала в «освободившийся» дом в центре города. «„Евреи пропали, и дом был свободен. Тогда многие литовцы переезжали в свободные дома“. Глубоко вздохнув, я спросила: „Вы имеете в виду, дома стали свободными, потому что евреев убили?“ Она кивнула», — пишет Фоти. Ее родственница заявила, что Норейка был слишком хорош «для этого». Затем она расплакалась и сказала: «Я просто не могу в это поверить. Может быть, у него не было выбора».

К концу поездки Фоти убедилась, что ее дед санкционировал убийства 2 тысяч евреев в Плунге, 5 с половиной тысяч евреев в Шяуляе и 7 тысяч в Тельшяе.

Jonas_Noreika_03
Полицейский ведет евреев по вильнюсскому гетто. Июль 1941 года. Фото: Bundesarchiv

Вернувшись в США, Фоти связалась с Грантом Гочиным, американцем литовского происхождения, который на протяжении нескольких десятков лет изучал историю своей семьи. Холокост забрал жизни более 100 его родственников.

Гочин рассказал Сильвии о своей родственнице Соне Бедер, которая пережила литовское гетто, организованное Норейкой, а затем и концентрационный лагерь Дахау.

Журналистке удалось выяснить, что некоторые родственники Гочина и Бедер были убиты именно по приказу ее деда.

Фоти и Гочин решили объединить усилия, чтобы убедить литовское правительство перестать отрицать участие литовцев в Холокосте. На протяжении нескольких лет Гочин требует убрать мемориальную доску Йонасу Норейке с фасада библиотеки Академии наук в Вильнюсе. Правительство Литвы отказывается ее снимать, несмотря на то, что Гочина поддерживают литовские СМИ, историки и политики. В июле 2018 году Гочин и Фоти представили доклад, разоблачающий Норейку. «Учитывая огромное сопротивление литовского правительства, убедить его признать свою роль в Холокосте будет непросто и займет много времени. Но души 200 тысяч евреев, погребенных в литовской земле, требуют подведения итогов», — считает журналистка.

Новое и лучшее

1 627

1 081

1 098
375

Больше материалов