Мир

Послание потомкам

Случись апокалипсис, выжившим (и пришельцам!) будет кого поблагодарить за сохраненное наследие земной цивилизации.

Статья приводится в сокращении. Оригинал читайте на сайте GQ.

Когда Мартину Кунце было 13 лет, он отдыхал со своими родителями в Испании. Пока взрослые, наслаждаясь пляжами Средиземноморья, мазались лосьоном от загара, читали или вели «светские» беседы с другими отдыхающими, Мартин занялся примерно тем же, чем и любой ребенок, умирающий не то от скуки, не то от любопытства: стал копать в песке ямку. Процесс его увлек. На глубине около полуметра в ямку начала просачиваться вода. У родителей была с собой пластиковая бутылка, и Мартин шутки ради взял кусок газеты, на котором вывел на немецком свое имя, номер телефона, адрес и сообщение: «Если вы нашли эту бутылку, позвоните мне». «Я сунул записку в бутылку и закопал ее в песок в надежде, что в следующем году ее откопает какая-нибудь красотка», — рассказывает Мартин.

Мартин ждал. По его словам, он ни на минуту не забывал о своем «послании». Шли годы и десятилетия. Красотка так и не объявилась. Но потом произошло нечто удивительное. Три года назад, то есть через тридцать лет после того, как Мартин закопал бутылку, ее обнаружил местный пенсионер, который прогуливался по пляжу с собакой. Записку, находившуюся в бутылке, перевели на испанский, мужчина связался с родителями Мартина, которые по-прежнему проживали по указанному адресу, и сообщил, что нашел бутылку и спрятанное в ней послание.

Мартин (сейчас ему 50 лет) считает, что бутылку обнаружили благодаря ее форме и возрасту. Однако его поразило, что по прошествии стольких лет кто-то не поленился связаться с человеком, чей адрес был нацарапан на клочке газеты. Казалось бы, так просто — детская шалость на пляже стала сигналом, отправленным из прошлого в будущее, и вот теперь этот сигнал снова вернулся в прошлое. Но для Мартина Кунце, который из любопытного мальчишки сначала превратился в хипповатого студента, страстно увлеченного керамикой, а затем в почтенного отца пятерых детей, чьей целью жизни стало создание огромной капсулы времени, способной пережить грядущие тысячелетия, это было руководство к действию.

Мартин воображал себе красотку, но ведь и пенсионер из Испании тоже кого-то себе представлял. Кем были отправитель и получатель этого послания, и чего они ожидали? «Некоего разговора сквозь время, некоего контакта», — отвечает на этот вопрос Мартин.

Если бы вы собирались построить свою собственную капсулу времени, что бы вы хотели сообщить людям (или пришельцам), которые обнаружат ее через миллион лет? То, какими мы были — как любили, как развязывали войны, как часами просиживали над мемами и вирусными роликами? Что мы летали на Луну и создавали великие произведения искусства, ели пончики (880 калорий, подумать только!) и творили зверства? Как отразить жизнь почти 8 миллиардов людей? И почему именно вы должны о ней рассказывать?

После этих вопросов настает череда других, логистического характера. Предположим, вы подобрали подходящую капсулу времени, но как перевести ее содержимое на язык будущего, каким бы он ни был? Из чего делать носители и где взять столь долговечные материалы? И как указать будущим поколениям местонахождение капсулы, притом что наша планета к тому времени может оказаться под толщей льда или песка?

Представление о том, как будет выглядеть Земля через миллион лет, изменило жизнь Мартина навсегда. Около десяти лет назад он прочел книгу журналиста Алана Вайсмана «Мир без нас», в которой тот размышлял, как быстро придут в упадок рукотворные объекты на нашей планете, если однажды с нее исчезнут все люди. Лексингтон-авеню в Нью-Йорке представляется Вайсману стремительной рекой, заброшенные нефтяные заводы фонтанируют ядовитыми отбросами, жилые районы со временем превращаются в непроходимые джунгли, дома медленно разрушаются, и в итоге от нас останутся лишь не имеющие отношения друг к другу развалины: затопленный Евротоннель, медленно оседающая гора Рашмор и весь плавающий по морям пластиковый мусор. В книге подчеркивалось, что неплохой шанс сохраниться имеет керамика (в этом она схожа с окаменелостями) — ведь она дошла до нас от древних цивилизаций.

Когда Мартин об этом прочел, его озарило. Он ведь как раз был керамистом и зарабатывал тем, что ваял в домашней мастерской причудливые вазы и тарелочки на продажу туристам, посещающим его родной городок Гмунден в австрийских Альпах. Еще ему подумалось, что письменные свидетельства нашей цивилизации все чаще помещаются в облачные хранилища и что там они невероятно уязвимы, притом что на долю интернета уже приходится около 2% выбросов углекислого газа.

«Рано или поздно, — сказал Мартин, когда мы впервые встретились в Гмундене, — нам придется массово удалять информацию. Исключительно по экономическим и экологическим причинам. Причем удалять придется все без разбора».

«Рано или поздно нам придется массово удалять информацию. Исключительно по экономическим и экологическим причинам».

MOM_06
Мартин Кунце. Фото: Martin Kunze / Facebook

Мартин — крупный мужчина с редеющими светлыми волосами и взглядом мальчишки-сорванца. Когда он волнуется, часто моргает, будто бы его слепит яркий свет. Помимо угроз хакеров и кибер-террористов удалить все жизненно важные данные Мартина беспокоит, что однажды базы данных достигнут своего максимального объема и крупные интернет-компании будут вынуждены начать массовое уничтожение виртуальных данных. Мысль сама по себе не так уж и безумна. Уже сейчас Cisco, Google и прочие компании ищут новые технологии облачного хранения. Исследователи из Google указывают на YouTube, куда каждую минуту заливается огромное количество видео, а их коллеги из Microsoft и Вашингтонского университета считают, что лучшим способом кодировки и хранения данных может оказаться структура нитей ДНК.

«Мы по природе своей коллекционеры и хранители воспоминаний, — сказал Мартин в день нашей встречи. — Мы повсюду оставляем свои следы». Однако его беспокоило, что, случись завтра солнечная буря или неполадки в электросетях, облачным хранилищам не выстоять: «Единственными письменными свидетельствами останутся клейма на кастрюлях из нержавейки или логотипы заводов на канализационных трубах».

С точки зрения Мартина, первыми «под нож» пойдут блоги вместе с сохраненными электронными письмами, постами и комментариями в соцсетях — а с ними исчезнет и важная часть нас самих. Удаление виртуальной информации будет продолжаться до тех пор, пока мы окончательно не лишимся нашей личной истории. И пока наше общество полностью не выбросило свои воспоминания на помойку, пока не рассеялось как пар от вейпа, в последний раз умилившись подборке котиков и дожевав последний бургер, пока нас не поглотил тихоокеанский мусорный остров и все сущее не обратилось в пепел под палящими лучами солнца, Мартин не спал ночами, задаваясь вопросами: как построить свой собственный ковчег? хватит ли на это времени?

Мысль о создании капсулы времени, какой бы смутной она ни казалась поначалу, стала для Мартина протестом против нашего собственного непостоянства и против Великого удаления данных. Это был бунт, революция, средний палец в лицо Безвременью. И в этой борьбе против Пустоты Мартин видел себя тем, кто соберет, увековечит, защитит, объединит и восстановит свидетельства и «документы» нашей эпохи.

Будучи студентом, Мартин долго не мог решить, кем стать — историком, ученым или художником, и в итоге увлекся керамикой, поскольку его заинтересовала работа с глиной. «Глина, — говорит Мартин, — это продукт разрушения камней и минералов. А керамист вмешивается в этот процесс, обжигает глину и снова превращает ее в камень».

Так в 2012 году он начал проект «Память человечества» (или MOM — Memory of Mankind), создав в своей мастерской первую керамическую плитку и нанеся на нее приветствие исследователям далекого будущего. Первая плитка обращается к созданиям, которые будут жить через миллион лет — кем бы они ни были, — и объясняет, что перед ними находится «проект по сохранению сведений о нашей текущей цивилизации от забвения и коллективной амнезии». Датируется это сообщение астрономическими событиями, поскольку неизвестно, будут ли в курсе цифрового исчисления те, кто придет нам на смену через много лет в будущем. К сообщению прилагаются графические изображения, чтобы можно было разобрать наши буквы и слова.

На последующие плитки (по размеру они примерно как керамическая плитка для ванной) при помощи лазерной гравировки наносились личные воспоминания, мировые новости, содержание книг и научных исследований. Начав собирать свою коллекцию в одиночку, Мартин надеялся привлечь к ней других людей: обычных граждан, ученых, экспертов, энтузиастов. В собрании находится свыше 500 плиток, в их создании участвовали жители множества стран. Через сайт, специально созданный Мартином, люди присылали свои записи из дневников, любовную переписку, газетные статьи, мудреные научные работы, тексты и ссылки на блоги — все то, что является для нас самой важной частью нас самих. По словам Мартина, MOM — это первая история мира, которая пишется с «низов».

Подыскивая подходящее место для хранения плиток, он не стал ходить далеко и выбрал местную соляную шахту. С точки зрения Мартина, это был самый подходящий вариант: по законам геологии через какое-то время соляные кристаллы поднимут архив на поверхность горы так же, как поднялось из песка детское послание Мартина. Владельцам шахты эта идея понравилась.

Оказалось, что не только им. «Мне пришлась по душе идея Мартина законсервировать, если можно так выразиться, нашу историю в соляной шахте», — говорит Клаудиа Тойне, археолог из Венского университета. Именно она оказывала Кунце поддержку и помогала собирать те данные для архива MOM, которые могут с большей долей вероятности пригодиться будущим поколениям. Томас Грилль, австрийский саунд-художник и исследователь, связался с Мартином, чтобы выяснить, как начертаниями передать песню на керамической плитке. Мартином он был восхищен настолько же, насколько Мартина восхитила предложенная идея.

Мартин, привыкший к совместной работе, продолжил связываться с лингвистами, антропологами, специалистами в области космических исследований, а также с работниками сферы хранения ядерных отходов. Все это делалось для расширения архива и для того, чтобы увеличить шансы на успех. Вскоре его начали приглашать на конференции, и он даже принял участие в TED Talk в Линце с лекцией «Проект Memory of Mankind: что оставить в памяти?». В прошлом июле проект MOM вошел в число участников конференции Future Fest в Лондоне, где также принимали участие проект Svalbard Global Seed (Всемирное семенохранилище на Шпицбергене) и «замороженный зоопарк» Frozen Ark.

Существуют и другие проекты капсул времени — например, французский KEO, предполагающий запуск в космос алмаза, в который заключена капля крови человека. Но MOM своей открытостью и искренностью привлекает все больше и больше людей, желающих решить философский вопрос: что же представляет собой нынешнее поколение?

«Мне постоянно приходится подчеркивать, что наш проект — это не проект Судного дня», — говорит Мартин.

Пасмурным ноябрьским полднем мы с Мартином отправились к соляной шахте, которая расположена в до неприличия живописной альпийской деревне под названием Хальштат. Мы проехали мимо бывшего концлагеря Эбензее и свернули на шоссе, которое огибает гору и озеро, будто сошедшие с картинки. Мартин рассказывал мне о том, что оригинальные кадры, которые «Аполлон-11» передал с Луны, были в лучшем разрешении, чем те, которые затем показали по телевидению. На самом деле четкую картинку с Луны для показа по ТВ «зазернили» специально (Мартин долго и подробно описывал, как это было сделано), но когда в NASA решили отыскать оригинальную четкую запись, ее не нашли. После многолетнего внутреннего расследования пришли к выводу, что ее просто удалили. Это лишний раз подтверждало точку зрения Мартина: удаляя информацию, мы теряем самую важную, самую удивительную частицу нас самих.

MOM_02
Жетон и озеро. Фото: Memory of Mankind

Въехав в деревню, мы свернули в небольшой проулок между каменными домами и оказались на парковке перед шахтой. Это одна из самых старых соляных шахт в мире. Она существует более 7 тысяч лет, то есть еще с тех времен, когда в этой местности проживали и добывали соль кельтские племена. Шахта действует до сих пор и открыта для туристов.

Работники музея узнавали Мартина и приветствовали его, пока мы шли к фуникулеру. Вскоре мы уже спускались вниз вместе с целой толпой туристов из Китая, тщательно закутанных в шарфы, и одной японкой, услышавшей наш разговор об архиве и заинтересовавшейся им. Мартин пригласил ее отправиться в MOM вместе с нами.

На самом верху китайцы покидают нас и идут на свою экскурсию, а мы втроем направляемся сквозь плотную дымку к проходу в горе, где обнаруживаем полированное бревно с деревянными сиденьями — наверное, у гномов и троллей такие бревна служили вагонетками. Поначалу пещера была просторной, но затем сузилась до метра, и моя клаустрофобия тут же дала о себе знать. Мы оседлали бревно, шахтер дернул за рычаг, и мы медленно двинулись в темноту, едва не касаясь потолка головой.

Мы с равным успехом могли двигаться со скоростью и пять километров в час, и все двести пять. Вдруг мы выскочили в облако свежего воздуха где-то в глубине горы, вагонетка въехала в освещенную пещеру, мы спешились и отправились вглубь шахты по тропинке, петляющей кругами.

Руководители Saltzwelten — компании, управляющей шахтой, — предоставили Мартину отдельный закоулок, где он разместил коробки с плитками, как меломан — старые ящики из-под молока со своими музыкальными пластинками. Маршрут экскурсий по шахте включает в себя и это место, но его можно не заметить, если не взглянуть на табличку на стене. «Глоток бессмертия для всех и каждого», — гласит она. И сообщает посетителям:

«Это физическая и аналоговая резервная копия нашей эпохи, хранящаяся в соляной шахте Хальштат, переживет миллионы и миллиарды лет.
Проект MOM направлен на сохранение искусства и культуры, научных открытий и медицинских знаний.
Каждый из вас может внести свой вклад в наш архив и нашу общую историю.
Расскажите нам о своей жизни, своих пристрастиях, семье, любимых рецептах, увлечениях или об особом опыте, который вам довелось пережить.
В далеком будущем этот „клад“ обнаружат наши потомки».

Звучало наивно, но оптимистично. Самих коробок было около пятидесяти. Я ожидал увидеть нечто более грандиозное и одновременно с этим был впечатлен, ведь эти коробки представляли собой и начало удивительного проекта, и результат огромной работы. С одной стороны, я сомневался, что их когда-нибудь обнаружат, но с другой — испытывал уверенность в том, что это обязательно произойдет. А как иначе? В конце концов, Мартин верно подметил, что вся мировая история представляет собой сплошные черепки и осколки утраченной керамики. Если б не какой-то шумерский Мартин со своими глиняными табличками, живший тысячи лет назад, мы бы никогда не узнали о том, как древние шумеры любили пиво или как они изобрели клинопись; мы бы не узнали, почему в минуте 60 секунд, не говоря уже о математике.

Если б не какой-то шумерский Мартин, мы бы никогда не узнали о том, как древние шумеры любили пиво или как они изобрели клинопись.

MOM_04
Коробки с плитками. Фото: Memory of Mankind
MOM_03
Плитки. Фото: Memory of Mankind

Не переставая напоминать нам о том, что архив MOM пока еще в процессе наполнения, Мартин снял коробку и начал шумно перебирать плитки. На каких-то из них были картинки, на каких-то — настолько плотный текст, что его было невозможно разобрать. Большую часть информации, нанесенной на плитки, Мартин скачивал со своего сайта, куда постоянно поступает новый материал от людей со всего мира, и наносил на плитки, даже не задумываясь, что именно он наносит. По его словам, отчасти он вдохновлялся давним арт-проектом одной своей одноклассницы. Она нанесла на керамическую плитку свое повествование о том, каково быть женщиной, и это произвело на него сильное впечатление.

Процесс создания плитки относительно прост: в мастерской Мартин загружает цифровой файл в гравер, который специальной краской наносит рисунок непосредственно на керамическую плитку размером примерно 20 на 20 сантиметров. Для текстов (если приходится копировать книги) Кунце изобрел некую технологию, которую сам он называет керамическим микрофильмом. При помощи нее текст, набранный сверхмалым шрифтом, уплотняется настолько, что одна плитка может вместить до пяти 400-страничных книг, что уже само по себе выглядит как произведение искусства — целые импрессионистские пейзажи из сжатых букв. На создание плиток у Мартина уходит масса времени, и когда он создает 10-20 штук, то помещает их в керамические ящики и отвозит в соляную шахту.

Текст, набранный сверхмалым шрифтом, уплотняется настолько, что одна плитка может вместить до пяти 400-страничных книг, что уже само по себе выглядит как произведение искусства.

В идеале плитки капсулы времени MOM должны отражать три независимых источника информации или вида контента. Первый источник — это передовицы, то есть автоматический сбор редакторских статей всех мировых газет. Мартин уже договорился с несколькими медиакомпаниями, чтобы добавлять в архив статьи, которые позволят создать впечатление о ежедневных проблемах нашего общества.

Второй источник — это материалы, публикуемые различными учреждениями. Они помогут создать ежедневные зарисовки из жизни нашего общества при помощи научных работ, арт-проектов и популярных песен. Такие материалы поступают из университетов, корпораций, комитетов по наградам и прочих организаций. Сюда можно включить и цикл книг о Гарри Поттере, и «Великую хартию вольностей», но Мартин собирает и другую, очень значимую для него информацию — данные различных агентств по ядерным отходам о размещении хранилищ ядерных отходов. Эта информация может пригодиться будущим искателям в качестве предостережения.

Третьим и последним источником информации являются личные интересы и воспоминания. Это рассказы, увлечения и дань памяти обычных людей — и свою историю поведать может кто угодно. Вы можете зайти на сайт MOM и поделиться там своими самыми сокровенными мыслями, которые будут перенесены на керамическую плитку, чтобы их смогли прочесть исследователи будущего. А еще можно создать свою керамическую плитку, нанеся туда собственный текст и картинки — иногда Мартин даже предоставляет для этого специальную программу, но это уже не бесплатно. Стоимость персональной плитки зависит от ВВП страны, где проживает желающий сделать свой вклад в вечность. Если вы из Малави, то это обойдется вам всего в 2 евро, а если из Швейцарии, то больше 600. Обеспокоившись тем, что плиток на свадебную тематику будет слишком много, Мартин связался с Клаудией Тойне, убедившей его, что свадебные фотографии со всего света окажутся для будущих исследователей настоящим кладом, ведь они продемонстрируют, насколько важна была для нас эта церемония и какими разными были свадебные обычаи.

Кроме плиток, посвященных дням рождения и юбилеям, есть плитки, на которых запечатлены трогательные, печальные и откровенно странные истории. Одна женщина рассказывает о том, как ролевая видеоигра спасла ее от самоубийства. Одним из самых главных корреспондентов Мартина стал 17-летний парень из Бразилии. «Изначально он сделал очень милую плитку, рассказывающую о его семье. Он просто хотел показать то, как он и его семья (вероятно, не очень богатая) живут в каком-то городке в Бразилии, — говорит Мартин. — Но помимо прочего этот парень еще и хотел запечатлеть полеты человека в космос». Через некоторое время содержание плиток было посвящено Маркосу Понтесу, единственному бразильскому космонавту, побывавшему на Международной космической станции. «Мне нравится его подход, — отмечает Мартин. — Он знает о космонавтике гораздо больше, чем обычные люди. Разумеется, NASA рассказало бы о полетах в космос по-другому, но этот парень говорит о них с огромным увлечением, так, как их видит 17-летний юноша».

Мартина весьма беспокоит, что многие могут отнестись к его проекту как к некой «безумной идее эксцентричного художника». Он серьезно воспринимает критику и постоянно дорабатывает проект, стремясь сбалансировать все три источника информации. «Именно так поступают хорошие художники и ученые. Им постоянно приходится находиться за гранью нормы, чтобы устанавливать новые взаимосвязи и придумывать новые теории. Мне кажется, что художники и ученые весьма схожи. У тех и у других есть свои крайности, и, как мне кажется, мой проект — это гибрид искусства и науки», — говорит Мартин.

Но чтобы проект заработал, одного искусства мало, нужны и более приземленные, сугубо практические действия. Мартин рассказывает, что он установил очень тесные связи с компанией Saltzwelten. Даже если владельцы ее продадут, то следующий владелец все равно должен будет хранить архив на постоянной основе. Но согласно австрийскому законодательству, технически архив не имеет владельцев, равно как и отходы. «Теоретически, — отмечает Мартин, — отобрать его никто не может. Его хозяевами станут те, кто обнаружит его в будущем. Мы хотим, чтобы он был открыт для всех. Таков наш план. Это глобальный проект, в котором историю пишет все население Земли».

Честно говоря, меня и поражает, и привлекает идея Мартина. Она грандиозна и по масштабам, и по замыслу, но сам автор одновременно напоминает библейского отшельника и безумного изобретателя. Его собственноручно создаваемый проект рос и приобретал сторонников отчасти благодаря своей хаотичности, а отчасти — благодаря пытливому уму своего создателя, и вот в глубине горы, в помещении немногим больше гаража, стоят эти самые ящики с керамическими плитками. Обнаружат ли их? И так ли это важно: процесс важнее результата, не так ли? В конце концов, это очередной «подвиг веры» в смутные времена, и он ничем не хуже, чем проект NASA «Золотые пластинки» — диски со звуками и изображениями Земли, отправленные в открытый космос. Или «Розеттский диск», содержащий тексты на тысяче языков мира и отправленный на комету 67P.

Японка, пришедшая с нами, плохо говорила по-английски, но проект ее заинтриговал. И не просто заинтриговал: она пыталась составить полную картину происходящего. В руке она держала так называемый жетон — увесистый шершавый кусочек обожженной глины песчаного цвета, размером чуть больше серебряного доллара. Жетоны делает сам Мартин, это нечто вроде «карты с сокровищами», ведущей к архиву, он раздает их всем желающим — будь то туристы, соавторы MOM, да в принципе кто угодно. На жетоне изображена Европа в том виде, в котором она известна нам сегодня. Две пересекающиеся линии отмечают местонахождение соляной шахты Хальштат. На обратной стороне жетона выгравированы очертания озера и куб, который одновременно означает и кристалл соли, и саму соляную шахту. Собственно место отмечено буквой X — чтобы исследователи будущего смогли обнаружить это «послание в бутылке». По крайней мере, так надеется Мартин: «Я думаю, что те, кто будут обитать на нашей планете в будущем, будут обладать технологией, позволяющей воспроизвести очертания дна озера».

MOM_01
Жетон. Фото: Memory of Mankind

Мартин хочет разместить копию архива MOM на борту космического аппарата (он уже общался с представителями NASA). Или хотя бы отправить в космос свои жетоны, чтобы распределить их по точкам либрации. «Одна из L-точек находится между Землей и Солнцем, две спереди и две позади нашей планеты», — рассказывает он. Это точки гравитационного равновесия нашей Солнечной системы, там собирается космический мусор, в том числе вышедшие из строя космические аппараты и обломки метеоритов. Если там объявятся представители внеземной цивилизации, то обнаружат просто залежи информации. Вполне вероятно, что в будущем возникнут существа, которые смогут перемещаться между галактиками, будут разработаны правила перемещения в Солнечной системе, и тогда существа смогут обнаружить «клад» Мартина, не потревожив биосферу Земли.

И тогда (вот повезло так повезло!) они узнают, как мы обожали светских львиц и свадебные телешоу. Узнают причины наших нервных расстройств, изучат теории заговоров (круги на полях, иллюминаты и все такое прочее), альтернативную историю, только чтобы узнать правду о тех, кто жил миллиарды лет назад. Они смогут увидеть все наши взлеты и падения, радости и горести.

В архиве есть несколько плиток, посвященных австрийской девочке по имени Фанни. Ее первую плитку (это одна из самых любимых плиток Мартина) ей подарили на конфирмацию 4 года назад, чтобы девочка сама ее заполнила, как ей хочется. «И Фанни это сделала с чистой детской энергией, без малейшего труда», — рассказывает Мартин. На плитке — фотографии семьи и группы, в которой она играла. Вышло так, что Фанни погибла в автокатастрофе, и ее тетя вновь обратилась к Мартину, чтобы сделать в память о племяннице вторую плитку. Печально осознавать, насколько жизнь скоротечна. По иронии судьбы самое долговечное, что осталось от этой девочки, — две керамические плитки, первая из которых начиналась радостным приветствием людям будущего: «Желаю вам всего самого лучшего!»

В один из последних вечеров, проведенных с Мартином, мы сидели у него в гостиной прямо над его мастерской. За окнами шел дождь. В комнате было уютно, а ее интерьер говорил о том, что здесь живет творческая личность: лампы в виде кинопроекторов, картины, керамические черепа антилоп, самодельная посуда. Мы разговаривали о путешествиях во времени, телепортации, эпохах и космосе. В гостиной была книжная полка, над которой висела табличка «Путешествие вещей»: гостям предлагалось взять с полки какой-нибудь предмет и оставить что-либо взамен, а потом присылать Мартину фотографии этого предмета из другой точки мира.

Периодически заходила жена Мартина — художница по имени Маша. 13-летняя дочь, самая младшая из пятерых детей, смотрела с подругой кино в другой комнате. Меня увлек рассказ Мартина, и я на какое-то время очутился в его предполагаемом мире будущего.

Он говорил, что, наверное, в будущем его архив обнаружит некто наподобие нашего Индианы Джонса. По его словам, специалисты предполагают, что разумное общество, будь то раса ворон или трубкозубов, будет развиваться по такому же принципу, как и Homo sapiens, основываясь на трех базовых понятиях: любознательность, коммуникация и альтруизм. Мартин рассказывал, что осьминоги обладают недюжинными умственными способностями, так что вполне вероятно, что будущей расой, населяющей нашу планету, окажутся головоногие создания, покрытые кожей и перемещающиеся по поверхности Земли с невероятной скоростью. А может быть, на Земле вообще не будет никакой жизни (спасибо тебе огромное, дорогое человечество!), зато на нее высадятся пришельцы, горя желанием узнать, чем живет наш уголок космоса.

Странным образом этот проект, цель которого — увековечить для зеленых человечков с другой планеты или быстроходных головоногих всю глупость и бессмысленность нашей жизни, равно как и безнадегу, которую ощущаешь от всего творящегося в мире, придает мне больше веры, нежели то, что сейчас происходит. Можно взглянуть на Ким Кардашьян или Дрейка с перспективы в тысячу или миллион лет и оценить их важность как явления. Заглянув в будущее, вы можете уже сейчас обрести то понимание, которое обычно приходит лишь по прошествии времени.

Архив Мартина может по-своему выступить в роли нашей собственной совести, пассивно отражая факты, о которых больше не смогут кричать с трибун пропагандисты нашего времени. Мартин говорил о том, что он воспринимает MOM как своего рода «камеру наблюдения», на записях с которой видно, кто эксплуатирует нашу планету для собственной прибыли. И это тоже дает ему чувство облегчения.

Однажды, в далеком-далеком будущем, на далеком-далеком пляже некое неизвестное создание найдет керамический жетон, как когда-то тот испанец — закопанную бутылку, и, сияя от счастья, обнаружит наш «клад». И мы, на миг воскреснув, поделимся с ним нашими горестями и радостями.

Лекция Ольги Бабич «Как провести коммерческую съемку и не облажаться»

Новое и лучшее

1 091

150

492
637

Больше материалов