Вдохновение

Источник света: Бесконечные перерождения Джоэла Мейеровица

В рубрике «Источник света» Bird in Flight просит фотографов рассказать о мастерах, чьи снимки их вдохновляют. В этом выпуске — Алексей Горшков о разнообразии стилей, в которых успешно работал Джоэл Мейеровиц.

Три года назад у меня случился ступор. Полностью пропало вдохновение, я практически перестал снимать, не мог работать даже с архивом. Все мои снимки меня раздражали и сильно разочаровывали. Нужно было что-то срочно делать с этим мучительным состоянием, и я не нашёл решения лучше, чем поискать мотивацию «вовне» — попробовать расширить свой кругозор в сфере фотографии, найти что-то, что могло бы меня искренне заинтересовать или увлечь. Я записался на курс по истории фотографии, начал собирать коллекцию фотокниг, искал и смотрел все попадавшиеся фильмы о фотографах.

Одним из таких фильмов был культовый Everybody Street, посвящённый нескольким поколениям нью-йоркских уличных фотографов. Он начинался репликами лысого тощего старика, похожего на буддийского монаха. Меня сразу зацепила его харизма, манера разговора и кадры, на которых он по-кошачьи деликатно и быстро скользил с «Лейкой» сквозь уличную толпу. Захотелось узнать о нём побольше. Я стал гуглить и открыл для себя Джоэла Мейеровица, одного из самых вдохновляющих меня авторов на сегодняшний день.

Meyerowitz_10
Meyerowitz_09
Meyerowitz_08

Многие выдающиеся фотографы рано или поздно находят собственную форму, манеру съёмки и начинают эксплуатировать её в течение всей карьеры, репродуцируя свой авторский взгляд на разные истории.

Поразившая меня особенность Мейеровица заключается в том, что тяжело поверить, будто все его снимки принадлежат одному фотографу. Классический чёрно-белый стрит, новая американская визуальность в цвете, документалистика, портреты, концептуальная арт-фотография — вот неполный список направлений, в которых он успешно работает.

Как ему удавалось постоянно трансформироваться, как он снова и снова находил возможность перезагрузки себя в фотографии — это оказалось для меня самым интересным вопросом. Мне повезло, поскольку Джо не только легенда американской фотографии, но и выдающийся лектор, публицист, пропагандист фотографии. В интернете нашлось предостаточно записей его выступлений, интервью, документальных передач.

Поразившая меня особенность Мейеровица заключается в том, что тяжело поверить, будто все его снимки принадлежат одному фотографу.
Meyerowitz_07

Красота истории о том, как Мейеровиц вообще стал фотографом, заслуживает отдельного упоминания. В 1962 году он работал младшим арт-директором в небольшом рекламном агентстве, изучал историю искусств и живопись, был доволен жизнью и не ждал от неё особых перемен. В один из дней босс отправил его проконтролировать фотосъёмку рекламного буклета, по сюжету которого две девочки ели овсяные хлопья. Джоэл приехал в студию, встал за спиной фотографа и начал наблюдать. Процесс той съёмки он до сих пор называет одним из самых ярких потрясений в жизни. Фотограф что-то негромко бормотал себе под нос и плавно двигался, словно в замедленном танце, реагируя щелчком затвора камеры на каждый жест и эмоциональный пик.

Постепенно Джо сам начал ощущать себя в каком-то медитативном потоке и мысленно тоже принялся нажимать на кнопку: «Сейчас! Сейчас! Сейчас!» В тот день Мейеровиц шёл в офис пешком, поражённый внезапно открывшейся ему красотой города, наблюдая за тем, как каждая деталь вокруг получила новое значение. Мир стал совершенно другим. Молодая мама, поправляющая ребёнку причёску, в какую-то секунду стала похожа на Мадонну. Жест бизнесмена, вскинувшего руку вдогонку проезжающему такси, стал выглядеть словно бросок копья.

Джо зашёл в кабинет к боссу. «Как прошла съёмка?» — спросил тот. «Отлично. Я увольняюсь. Я буду фотографом», — заявил Мейеровиц. «Да? А камера-то у тебя есть?» — «Пока что нет». Босс молча достал из сейфа свой «Пентакс» и передал его Мейеровицу. И вот он уже больше 50 лет не расстаётся с камерой.

«Как прошла съёмка?» — спросил тот. «Отлично. Я увольняюсь. Я буду фотографом», — заявил Мейеровиц. «Да? А камера-то у тебя есть?» — «Пока что нет».
Meyerowitz_06
Meyerowitz_03
Meyerowitz_02

В 60-х годах американская фотография ещё не приобрела статуса серьёзной арт-формы, она была уделом тесного круга энтузиастов. Cреди друзей Джо, ежедневно бродивших вместе с ним по улицам Нью-Йорка, были Тони Рэй Джонс, Ли Фридлендер, Гарри Виногранд и Диана Арбус.

Джоэл старался проводить на улице столько времени, сколько мог себе позволить. Разглядывая человеческий поток, текущий по Пятой авеню, он чувствовал себя рыбаком, вылавливающим самую крупную рыбу. Постепенно он пришёл к выводу, что, наблюдая за людьми, фотограф может выработать пророческое шестое чувство, предвидеть их поведение. Яркие находки на улице стало возможно получать благодаря регулярной практике, подобной спортивной тренировке.

Он пришёл к выводу, что, наблюдая за людьми, фотограф может выработать пророческое шестое чувство, предвидеть их поведение.

Мейеровиц пытался добавить своим снимкам ещё больше новизны и спонтанности, совершив два характерных для того времени роуд-трипа по США и Европе, провёл несколько выставок, но в целом к 1966 году достиг определённого плато. Следующий большой творческий прыжок Джо совершил после знакомства с Джоном Жаровским, новым куратором фотографии в Музее современного искусства (МоМА).

До 70-х годов цветная фотография считалась развлекательной, не претендующей на звание «серьёзного» искусства. Жаровский своей музейной и публицистической деятельностью активно утверждал цвет в качестве полноценной арт-формы, искал и выставлял новых авторов. В силу своего любопытства Мейеровиц часто снимал сюжеты одновременно и на цветную, и на чёрно-белую плёнку, чтобы увидеть разницу в том, как цвет и монохром описывают один и тот же сюжет. Жаровский предложил ему сделать выставку цветных изображений. Так Джо вошёл в круг пионеров американской цветной арт-фотографии наряду с Уильямом Эгглстоном и Стивеном Шором.

С конца 60-х Мейеровиц окончательно прекращает работать с чёрно-белым изображением и отказывается от концепции «рыбной ловли». Он старается забыть всё, что умел до этого, и пробует делать фотографии, которые описывают пространство и состояние автора, а не определённый сюжет. В то время Гарри Виногранд, оставшийся верным чёрно-белой уличной фотографии, заявил: «Ты потерял свой стиль, Джо».

Meyerowitz_05
Meyerowitz_04

Мейеровиц продолжил экспериментировать. В 70-х он берёт крупноформатную камеру и работает на полуострове Кейп-Код, снимая места и людей в новой для себя неспешной и медитативной манере. В 1978 году выходит книга «Cape Light», ставшая бестселлером и признанная одной из самых значимых американских фотокниг второй половины ХХ века. С этого времени Джо уже не просто известный фотограф, а живой классик, человек-легенда. Следующие десятилетия он непрерывно и увлечённо раздвигает пределы своего творческого диапазона, снимая практически во всех жанрах, и пробует себя в качестве режиссёра документального кино. Размах Мейеровица можно ощутить, если посмотреть самые известные его книги: «Redheads», «Creating a Sense of Place», «Bay/Sky».

С этого времени Джо уже не просто известный фотограф, а живой классик, человек-легенда.

Мейеровиц был единственным фотографом, которому удалось попасть на руины Всемирного торгового центра после терактов 11 сентября и, вопреки прямому запрету мэра Нью-Йорка Рудольфа Джулиани, тайно фотографировать там в течение девяти месяцев. Сейчас Джоэлу 78 лет, он продолжает фотографировать, читает лекции, снимается в телефильмах, ведёт блог и, конечно же, постит в Instagram. Один из последних примеров его бесконечного любопытства — это проект Elements, попытка сделать интересные фотографии земли, воздуха, воды и огня по-новому, без использования цитат из Ренесcанса, привычной всем иллюзии перспективы.

Ответ на свой вопрос о природе перерождений и многогранности Джоэла Мейеровица я нашёл в одной из его лекций. Первое, что он советует, — научиться снимать исключительно про себя, повинуясь собственным инстинктам, избегая соблазнительных внешне клише. Такая фотография всегда будет уникальной, ценной, авторской. С изменением личности автора будет меняться и фотография. Джо говорит, что каждые 7–9 лет упирается в творчестве в некую «мёртвую точку» и, чтобы выбраться из неё, намеренно забывает всё, что знал раньше, и начинает учиться снимать с чистого листа. Большинству людей страшно выйти в новое пространство, они думают, что там их ожидает смерть, а там — свежесть и новая жизнь.

(все фото: Joel Meyerowitz, Courtesy Howard Greenberg Gallery, NY)

Meyerowitz_01
Крик о помощи в вашей сумке
33 238

Новое и лучшее

3 617

33

73
37

Больше материалов