Вдохновение

Приюти меня обратно: Брошенные собаки в серии Раисы Михайловой

Российский фотограф Раиса Михайлова отправилась в приют для животных и сфотографировала, как живут собаки, которых бросили их хозяева.
Раиса Михайлова 47 лет

Родилась и живёт в Москве. Изучала историю искусств в Московском государственном университете имени Ломоносова. Проходила авторский курс «Композиция в фотографии» Артёма Чернова в 2015 году и краткий курс Школы визуальных искусств «Фоторедактирование с Андреем Поликановым» в 2016 году. Неоднократно принимала участие в фотовыставках, имеет публикации в печатных и интернет-изданиях. Член Союза фотохудожников России.

— В первую очередь серия «Невольный дом» — история о собаках, попавших в приют. А ещё это, наверное, мои личные размышления о том, что в мире нет ничего однозначного, одностороннего. Мы привыкаем к штампам и стереотипам с детства. «Клетка — это зло для животного». Или наоборот, «если зверь в клетке, значит, он злой». С другой стороны, ежегодно на улице оказывается огромное количество так называемых «бывшедомашних» животных. Кто-то наигрался с весёлым щеночком и выбросил за ненадобностью. Кто-то не может продолжать держать собаку из-за проблем со здоровьем. Когда человек умирает, далеко не все родственники способны взять его питомца и животное тоже рискует оказаться бездомным. Что дальше? Собака, жившая в любви и ласке, попадает на улицу. Она испугана, голодна, измучена, не готова к самостоятельному существованию. Она кидается к людям, но её могут ударить, она начинает бояться. Психика животных реагирует по-разному. В ком-то действительно просыпается дикий зверь. Другие на всю жизнь удивительно сохраняют преданность человеку, независимо от обретённых обид. Собаки — как люди: у каждой свой характер, собственная линия поведения.

Вот и получается, что для уличных животных приют становится «невольным домом» — невольным потому, что это клетки, и попадают туда собаки не по своей воле; но домом, ведь для многих собак вольер в приюте — единственно возможная крыша над головой и шанс выжить.

Общий вид. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Щенки в отдельном вольере. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Уборка вольера. Приют «Домашний». Московская область, 2015 год.

В детстве одной из любимых моих книг был сборник рассказов Юрия Яковлева «У человека должна быть собака». Мой старший сын вырос в обнимку с кокер-спаниелем. А вот младший — аллергик, и теперь мы не можем держать дома никаких животных. Я скучаю без собаки. В какой-то момент пришла в голову мысль, а не съездить ли в приют. Но было страшно — нет, испугалась я не злобных псов. Я очень боялась обмануть ожидание собаки. Приехать, погладить и уйти, не забрав домой. Мне казалось, это будет жестоко. Потом так случилось, что волонтёры попросили меня сфотографировать приютских щенков. Они размещают фотографии в соцсетях и ищут для собак новых хозяев. Я стала ездить фотографировать. В муниципальных приютах, как правило, фотосъёмка запрещена. Для «пиарных» фотографий животных выводят на выгул, за территорию, а внутри настоятельно просят убрать камеру. Но именно тогда мне пришла в голову идея «Невольного дома». Я шла между клеток и видела, как огромные псы вжимались в решётку, чтобы человек мог их просто погладить, потрепать за ухом. Собакам это было важно.

Воплотить в жизнь идею проекта удалось в небольшом частном приюте «Домашний». Маленький, уютный приют, где работает всего несколько человек, которые встретили меня очень приветливо и не возражали против фотосъёмки.

В таких клетках большая часть собак попадает в приют. Приют «Домашний», Московская область, 2016 год.
Кормление собак. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Огороженная территория для выгула собак. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.

Неприятных ситуаций не было. Скорее наоборот. Я словно заново открывала для себя «собачий мир». Больше всего запомнился день, когда я впервые вошла внутрь большого вольера, по периметру которого расположены дома-клетки. А в центре — территория для прогулок и кормления, куда выпускают животных, следя, чтобы одновременно вне клеток не оказывались те, которые могут устроить потасовку. И вот я стою среди множества собак и понимаю, что держать камеру могу только одной рукой, — другой нужно гладить. И гладить не переставая. Потому что ко мне уже выстроилась очередь. Огромные псы окружили меня со всех сторон, я вешаю камеру на плечо и второй рукой начинаю трепать за ухом ещё одну собаку. В тот же миг пёс слева отгоняет соперника. Нельзя гладить двоих одновременно. Они действительно подходят по очереди и через некоторое время покладисто уступают место следующим. Каждый получает свою толику человеческой ласки.

И знаете, что меня абсолютно поразило? Я ведь думала, что собаки будут выпрашивать лакомство, как домашние псы, или ждать, что я заберу их домой, бежать за мной, смотреть вслед грустными глазами. Они ничего не просили и не ждали. Они были рады тем нескольким минутам ласки, которую я могла им дать. Они шли за этой лаской так, будто она нужна им не меньше, чем еда в миске. Это особенно удивительно, ведь многие собаки до момента попадания в приют успели столкнуться с человеческой жестокостью.

И вот я стою среди множества собак и понимаю, что держать камеру могу только одной рукой, — другой нужно гладить.
Щенка готовят к фотосессии. Приют «Домашний», Московская область, 2016 год.
Собаку по кличке Кореец накрывают одеялом, чтобы отвезти к ветеринару. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Территория приюта. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.

Мне хотелось бы, чтобы люди поняли, что они необходимы этим животным, и не боялись приезжать в приют. Не потому, что собакам не хватает еды или мягкой подстилки, хотя и это тоже важно. Конечно, приютам нужна помощь — и материальная, и, главное, волонтёрская. С собаками надо гулять, собак надо гладить. Ласка этим животным требуется не меньше, чем еда. Видимо, потому, что у каждой собаки должен быть свой человек. Так уж они устроены.

И ещё один момент, о котором, мне кажется, важно и нужно говорить. Приюты для бездомных собак помогают не только животным. Выброшенный на улицу, забитый, больной, испуганный пёс вне стен приюта действительно представляет опасность для людей. В приюте «Домашний» собак обязательно прививают и стерилизуют. Кинологи отбирают животных, способных к «социализации», то есть тех, кто выдержал улицу и не разочаровался в человеке, и именно таким собакам ищут и находят новый дом. Уже настоящий.

Но главное — эти «хвосты», окружающие тебя в вольере, способны изменить жизнь человека. Не поверите, я своими глазами видела, как девушка в инвалидной коляске, с детства боявшаяся собак и почти насильно привезённая мамой в приют, обнимала и гладила рыжую дворнягу. И все были счастливы: и мама, и дочка, и собака, беспрестанно крутившаяся у коляски.

В продолжение «Невольного дома» мы задумали с волонтёрами новый проект о том, как собаки приюта помогают людям справляться с собственными бедами, проблемами и переживаниями. Ведь в жизни каждому нужно знать, что ты кому-то нужен и кто-то тебя ждёт.

У каждой собаки должен быть свой человек.

Для меня эта серия, в общем-то, естественное продолжение меня, ведь я люблю фотографию и люблю собак. И если своими фотографиями мне удастся рассказать людям что-то новое, изменить предвзятое отношение к приютам, затронуть чьи-то струнки души, это будет здорово.

Щенка по кличке Грета готовят к операции по стерилизации. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Операция по стерилизации щенка. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Только что прооперированный щенок просыпается после наркоза. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Пёс по кличке Алмаз в вольере. Летом 2015 года он уедет в новый дом. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Прогулка на поводке по яблоневому саду, прилегающему к территории приюта. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.
Садовый инструмент после уборки территории приюта: осенние листья вперемешку с собачьей шерстью. Приют «Домашний», Московская область, 2015 год.

Новое и лучшее

600

698

297
613

Больше материалов