Критика

Виктор Марущенко — о том, почему World Press Photo теряет своё влияние

WPP высоко котируется на постсоветском пространстве, но в остальном мире обладает более скромным статусом, — считает Виктор Марущенко и объясняет почему.

Виктор Марущенко, 68 лет

Украинский фотограф, основатель и директор собственной Школы фотографии. Участник около семидесяти выставок в разных странах, в том числе биеннале современного искусства в Венеции (2001) и в Сан-Паулу (2004).

В далеких восьмидесятых, на которые пришёлся пик моей работы в фотожурналистике, World Press Photo казался чем-то недосягаемым, космическим. Конкурс всегда преподносили с помпой, а московские фоторепортёры периодически добивались в нём успехов. Лишь однажды, в 1987-м, отметился киевский фотограф Игорь Костин из украинского отделения АПН (первое место за серию в категории «Наука и технологии»).

Уже в те годы говорили о несправедливом судействе в WPP, лоббировании, использовании личных отношений. Перебравшись в 1989 году в Западную Европу, я быстро обнаружил, что этот конкурс — лишь маленькая часть, сегмент огромного фотографического потока, заполнившего фотомузеи и галереи, и интерес к нему незначительный.


{"img": "/wp-content/uploads/2015/05/Kostin_01.jpg", "alt": "", "text":"Игорь Костин, 1987 год."}

И всё же бренд и репутация, пришедшие из прошлых десятилетий, были сильны. Почти все девяностые годы я прожил в Швейцарии и располагал временем и возможностями, чтобы разобраться и структурировать для себя всю фотографию: уже тогда стало понятно, что World Press Photo — соревнование не фотографий, но мировых событий. Фотографический язык конкурса достаточно прост, а вот мировые события, явления — всегда производят впечатление.

Гронский удивлялся: «В одном конкурсе смешались полярные медведи в Арктике, оторванные руки-ноги в Ираке, спортсмены в Австралии и мои пейзажи из Москвы».

В последнее время на конкурс несомненно влияет фотография из совершенно другого пространства — из пространства галерей, музеев, аукционов. Это то, что сегодня принято называть арт-фотографией. Примеров много, но самый показательный — неожиданное участие в WPP-2012 Александра Гронского и получение им третьей премии за проект «Пастораль» в номинации «Повседневная жизнь».

Уже после конкурса сам Гронский удивлялся в интервью, что в одном конкурсе смешались «полярные медведи в Арктике, оторванные руки-ноги в Ираке, спортсмены в Австралии и мои пейзажи из Москвы — это совершенно разные миры. Большего абсурда, чем ежегодник World Press Photo, придумать сложно».


{"img": "/wp-content/uploads/2015/05/Pastoral_cover01.jpg", "alt": "", "text":"Александр Гронский, из серии «Пастораль»."}

Здесь, в Украине, где безусловно испытываешь фотографический голод при огромном количестве «людей с фотоаппаратами», World Press Photo остаётся «великим мировым событием», хотя с каждым годом значение и влияние этого конкурса в мире становится всё меньше и меньше.

Говоря о WPP-2015, прежде всего огорчает отсутствие украинских призёров. Трагические события последних лет в Украине воспитали целый ряд прекрасных репортёров мирового уровня, и отсутствие их в списке награждённых кажется несправедливым. В общем-то, именно поэтому параллельно с экспозицией World Press Photo в Киеве мы хотим провести выставку украинских авторов, подававших свои работы на конкурс, но не отмеченных жюри.

Спецпроект

Новое и лучшее

1 487

24

72
317

Больше материалов