Цвет насилия: Фотопроект Сергея Строителева

Цвет насилия — красный, как цвет крови каждого из нас.

Как ни стыдно это признавать, ежедневно в России мигранты и беженцы подвергаются насилию со стороны местных жителей — от «случайных» толчков в транспорте и на улице до причинения серьезного вреда здоровью и даже убийства. Я решил разыскать людей из самых разных стран, которые подверглись насилию на почве расовой ненависти, и попросить их рассказать свои истории.

Карта проекта hatecrimes, который ведёт Комитет «Гражданское содействие». На карту нанесены случаи нападения в Москве и области (в 2010–2014 годах. — Прим. ред.), о которых участникам проекта рассказали мигранты и беженцы. Карта отражает лишь малую часть подобных происшествий.

На Франсиса напали 3 года назад в Подольске. По словам мужчины, это были трое хорошо одетых молодых людей, немного говорящих на английском языке. Они подошли к Франсису поздно вечером около железнодорожной станции и спросили, не хочет ли «ниггер» сфотографироваться. Когда Франсис попросил не называть себя так, у него начали спрашивать разную чушь — любит ли он бананы, ест ли он обезьян. Молодые люди заявили, что для «ниггера» Франсис слишком хорошо одет, и попросили отдать им куртку. Когда один из них достал нож, Франсис снял куртку, после чего от него потребовали снять кофту. Франсис отказался, и двое нападавших схватили его, а третий ударил ножом в живот.

Дальнейшего Франсис не помнит — он очнулся уже в больнице, где доктор сказал ему, что с такими ранениями обычно не выживают. Уголовное дело полиция возбуждать отказалась. По совету приютившего его священника Франсис простил нападавших.

На Фитсума напали в Перми. Молодой человек выходил из магазина с другом, когда их подозвал поговорить кто-то из стоящей рядом компании из 7–8 человек. Стоило им подойти, как Фитсума назвали обезьяной и начали драку. Другу удалось убежать, а Фитсум упал на землю, и его минут 5 били ногами, сильно повредив руку и лицо. Фитсум с благодарностью вспоминает пожилую женщину, которая пыталась остановить нападавших. В возбуждении уголовного дела Фитсуму было отказано.

Фитсум до сих пор боится ходить по улицам в России. После произошедшего он переехал в столицу, однако и там его на каждом шагу называют обезьяной. Мужчина считает, что Россия — закрытая страна, где не хотят видеть и принимать приезжих и думают, что чернокожие живут как обезьяны на деревьях. Это лишь часть проблемы: приезжим трудно найти легальную работу, им выписывают необоснованные штрафы, а из-за бюрократии сложно получать документы. Фитсум говорит, что чувствует себя в России бесправной игрушкой.

На Сулаймона напали несколько месяцев назад в московском метро, когда он возвращался с работы с племянником. Племянник сидел в вагоне напротив Сулаймона, уткнувшись в игру в телефоне, когда к нему подошёл мужчина лет 60 и начал называть мальчика «чуркой» и говорить, что «черным» не стоит шататься по Москве и спускаться в метро. Сулаймон подозвал племянника ближе к себе, но мужчина, достав пистолет, сказал, что у них обоих есть три минуты на то, чтобы уйти. Сулаймон не воспринял его всерьёз, приняв «Осу» (бесствольный травматический пистолет. — Прим. ред.) у него в руке за игрушку. Мужчина открыл огонь и ранил Сулаймона в глаз, голову и грудь. Тому удалось выхватить у нападавшего пистолет, а племянник спрятался в толпе. На ближайшей станции у дверей вагона уже ждала полиция, которая поначалу приняла Сулаймона за преступника. Стрелявшего вскоре удалось найти по описанию и пистолету, сейчас он находится под следствием; поначалу дело хотели замять, но брат Сулаймона настоял на расследовании. Нападавший пытается преподнести дело так, как будто Сулаймон атаковал его, а он защищался. Как говорит Сулаймон, свидетелей найти крайне сложно — хотя вагон был заполнен, никто не хочет давать показания.

Сулаймон читал про нападения на гостей столицы, однако никогда не думал, что сам столкнется с таким зверством. Мужчина считает, что жители столицы видят все свои несчастья в приезжих и злятся на них.

Сейчас Сулаймон ждет операцию по удалению глаза.

На Мбутасалу напали около года назад в Москве. Около 6 вечера на выходе из метро «Арбатская» к нему подбежали двое молодых людей и со словами «Что ты тут забыл, обезьяна?» стали бить по голове. Мбутасала потерял сознание. Очнулся в больнице с разбитой головой и без вещей — оказалось, после избиения его ограбили.

С тех пор Мбутасала страдает от головных болей и вынужден каждый день принимать лекарства. Он боится ходить через скверы, старается не возвращаться домой поздно, обходит стороной компании короткостриженых молодых людей. Говорит, первое время подозревал у себя паранойю.

Он считает, что такие нападения происходят из-за необразованности, и не понимает, почему чернокожих людей называют обезьянами.

На Джахангира напали 3 месяца назад в Подольске, где он работал. Около 11 вечера молодой человек шел с братом к другу, когда пара немолодых подвыпивших людей, мужчина и женщина, окликнули их, попросив сигарету. Сигарет не оказалось, и женщина со словами «чурки оборзели совсем» стала толкать молодых людей. Брат пытался увести Джахангира, но тот упорно спрашивал женщину, зачем она оскорбляет его. Мужчина в это время звонил по телефону, твердя: «Тащи биту». Вскоре прибежали ещё люди, Джахангиру проломили череп бейсбольной битой, после чего избивали несколько минут ногами. Молодой человек был госпитализирован. После нападения он уехал в Таджикистан, но потом вернулся — на родине невозможно сделать сложную операцию, которая ему предстоит.

Сейчас он жалеет, что не ушёл, а начал спорить. Джахангир не выходит на улицу после 22 вечера, а когда гуляет — все время оглядывается. Из Подольска он переехал, потому что там ему было слишком страшно.

Он хочет, чтобы нападавшие были наказаны по закону, но движения по его делу нет.

На Насера напали 5 лет назад в центре Москвы. Поздним вечером летом он шёл по улице, когда его начала преследовать группа молодых людей лет 16–18. Его называли «чуркой», а потом ударили сзади по голове. Насер упал и очнулся уже в больнице со сломанной нижней челюстью, зашитым подбородком, сотрясением мозга и множеством гематом. Врачи сказали, что он умер бы на месте, если бы прохожие не вызвали скорую. Вдобавок нападавшие украли всё ценное, что у Насера было с собой.

Насер не чувствует особого страха, но старается быть осторожнее — теперь он не гуляет поздно и обходит стороной большие компании пьяных молодых людей. Он считает, что никто из нападавших не решился бы подойти к нему и разобраться один на один.

На Джумахона напали в Рузском районе Московской области, где мужчина работал таксистом. Он приехал на вызов, но клиенты, увидев его, начали называть «чуркой» и обезьяной, дергали за бороду, орали, матерились. Успокоить их не получилось, они вызвали полицию. Сотрудники правопорядка вышли из машины с оружием, завязалась драка с ними. Когда полицейский направил на Джумахона оружие, тот схватил дуло и попытался наклонить ствол вниз. В этот момент прозвучал выстрел — Джумахон получил пулю в бедро.

Сейчас мужчина проходит сложное лечение в одной из московских больниц. Он боится за свою русскую жену и двоих детей и не понимает, как теперь можно чувствовать себя в безопасности. Шутит, что надо сбривать бороду. Ненависти он не испытывает и уезжать не собирается.

Уголовное дело по инциденту с места не двигается, но органы занялись документами самого Джумахона, и сейчас стоит вопрос о его депортации.

На Антонио напали несколько лет назад в электричке Мытищи — Москва. В этот день проходил футбольный мачт «Спартак» — «ЦСКА», и в вагоне ехала группа футбольных фанатов из 8 человек. Антонио услышал фразу «давай убьём эту обезьяну», после чего молодые люди подбежали к мужчине и начали избивать его ногами, в итоге разбив Антонио всё лицо.

Антонио, который был в Анголе пастором, решил не возбуждать уголовное дело: говорит, что простил нападавших. Однако в России он чувствует себя незащищённым. На улицах его называет черной собакой, обезьяной, в метро отсаживаются как от прокаженного.

На Одея напали в ночь на 8 марта в кафе, где он работал — на станции метро «Ладожская» в Санкт-Петербурге. За день до нападения странный человек, явно искавший конфликта, спрашивал его, почему он не воюет в Сирии за ИГИЛ и отсиживается в России. Это оскорбило Одея, они стали спорить. Мужчина ушёл, но на следующий день вернулся, снова начал конфликт и после нескольких выкриков достал нож и нанёс Одею множественные раны в области шеи, рук, спины. С места происшествия его на скорой увезли в больницу, где поместили в реанимацию. После операции молодой человек не мог самостоятельно дышать, но постепенно выкарабкался. Уголовное дело по инциденту было возбуждено спустя 5 дней после нападения, однако за последующие несколько месяцев не сдвинулось с места.

Одей потерял не только чувство защищённости, но и доверие к правоохранительным органам — по его словам, все попытки получить от них ответы заканчиваются фразой «Мы вам перезвоним» и их бездействием, которое они списывают на большое количество дел. Видеозаписи, на которых был виден подозреваемый, исчезли, потенциальные свидетели решили не принимать участие в деле. Сейчас молодой человек с помощью жены и адвоката пытается сдвинуть дело с мёртвой точки.