Опыт

Фульвио Бугани: «Мне интересно зафиксировать событие, а не судить его»

Победитель World Press Photo — о лагерях для конголезских беженцев, чему учат трансгендеров в исламских школах и почему фотожурналисты похожи на актёров.


Фульвио Бугани, 41 год

Родился в Болонье (Италия). Профессионально занимается фотографией около 15 лет. Снимает для журналов, неправительственных организаций и ассоциаций. Основатель собственной фотостудии. Сотрудничает с Amnesty International и Médecins Sans Frontières (Врачи без границ). С фотографией трансгендеров в Индонезии взял третье место на World Press Photo 2015.

Мне было лет 17, когда одну из моих фотографий опубликовали на обложке журнала. Это вызвало у меня сильное чувство. Я хорошо помню сюжет снимка: старики, собирающие виноград в Апеннинских горах, рядом с моей родной Болоньей.

Мне совершенно не за что стыдиться. Любой негативный опыт помогает развиваться. Я никогда не делал что-то такое, что можно назвать неэтичным, или то, про что можно было бы сказать, что я пересёк черту, которую не стоило пересекать.

Каждый раз, когда я снимаю репортаж, связанный с правами человека или на острые социальные темы, я чувствую, что моя работа важна и может косвенно повлиять на ситуацию. Она даёт голос людям, которые попали в трудную ситуацию. Фотография — это способ привлечь внимание к важной теме. Она может побудить действовать. Так, например, произошло, когда я был в Уганде с «Врачами без границ». Я снимал конголезских беженцев, которые жили в ужасных условиях в лагере Бубукванга или в трущобах Найроби.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-10.jpg”, “text”: “Панорамный вид лагеря беженцев в Бубукванге.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-11.jpg”, “text”: “Насильник, которого линчует толпа. “}

Каждый день по всему миру люди покидают свои дома из-за страха преследования. Многие берут с собой только самое необходимое и уезжают незаметно. Многие из них никогда не вернутся. Рискуя жизнью, они пересекают границу в поисках безопасных мест и гуманитарной помощи. Это то, что происходит в Конго из-за войны между военными и мятежниками из группировки «Движение 23 марта». В провинции Северный Киву в июле 2013-го, когда военные действия усилились, 40–50 тысяч человек бежали в Уганду.

Недалеко от деревни Бундибугио, которая расположена в семи километрах от границы с Угандой, был установлен палаточный лагерь для беженцев. Он рассчитан на 12 500 человек, а живёт там вдвое больше. Бубукванга — транзитный лагерь, где беженцы останавливаются на несколько дней, чтобы потом их перевезли в постоянный лагерь. Но так как ситуация в Демократической Республике Конго становится всё опаснее, число приезжающих в лагерь возросло до 300–500 человек в день. В такой чрезвычайной ситуации медицинской помощи, запасов еды и базовых вещей оказалось недостаточно. Существует огромная проблема с гигиеной и питьевой водой.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-12.jpg”, “text”: “Несмотря на трагедию, жизнь продолжается, женщина только что родила ребёнка на полу.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-13.jpg”, “text”: “Все умиротворяющие сюжеты в лагере Бубукванга происходят в родильной комнате госпиталя.”}

Честно говоря, проекты никогда не кажутся мне чем-то законченным. Всегда есть что ещё рассказать. У меня в голове все проекты открыты, чтобы можно было сделать следующий шаг.

Я бы ничего не хотел менять в жизни, потому что у меня есть всё, что я хочу. Я строил свою жизнь, преследуя свои цели. Ты не всегда можешь получить то, что хочешь, но даже из негативного опыта ты можешь извлечь хороший урок.

Фоторепортёр должен жить с людьми, у которых что-то происходит.

Для меня фотография — это образ жизни. Всё, что бы я ни делал, связано с фотографией. Это не просто работа или страсть, это гораздо больше. Фотография — это способ передавать важные сообщения, но чтобы понять её, ты должен быть способен считывать изображения. К ней нужно найти подход. Это вид искусства, который должен развиваться. Для меня это способ быть свободным.

Чтобы быть фотожурналистом, нужно иметь особенное мировоззрение. Томас Хепкер сказал, что фоторепортёр должен не только всегда быть в курсе событий, но и принимать в них активное участие. Фоторепортёр должен жить с людьми, у которых что-то происходит. В каком-то смысле фотожурналисты — как актёры, но только они играют в реальную жизнь, и это не обман.

Я работаю как фрилансер и финансирую свои проекты сам. Важность моих работ для кого-то ещё, кроме меня, заставляет меня идти вперёд. А это не всегда просто. Иногда приходится принимать сложные жизненные решения.

Фотография даёт мне возможность познакомиться с разными людьми, и это расширяет мое видение и понимание мира. Фотография — это способ узнать других людей лучше. Это то, что я в ней люблю.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-3.jpg”, “text”: “”}

В Индонезии транссексуалов зовут вария — от слова wanita (женщина) и pria (мужчина). В Большой Джокьякарте, городе на острове Ява, живут 3 миллиона человек и 300 вария. Вария обычно селятся в изолированных сообществах. Индонезия — самая большая мусульманская страна в мире. Многие вария — мусульмане, что поднимает кучу вопросов об официальной позиции ислама по поводу гендерной принадлежности. Грубо говоря, ислам запрещает мужчинам одеваться и перенимать у женщин манеры, но и наоборот, Коран запрещает классифицировать людей по экономическим, социальным, политическим, гендерным или теологическим признакам.

Вария сталкиваются с определённым уровнем маргинализации и дискриминации, особенно им достаётся от радикальных исламистов. Но на удивление вария в Джокьякарте воспринимаются вполне нормально.

По этой причине активистка ЛГБТ Шинта Ратри открыла в своем доме Pesantren Waria — исламскую школу-интернат для трансгендеров, первую и единственную в Индонезии, а может, и во всём мире. Несмотря на то, что это школа-интернат, функции у неё скорее религиоведческие: студенты изучают Коран и общаются друг с другом.

53-летняя Шинта Рати, как и все трансгендеры, уделяет много внимания своей внешности и хочет быть похожей на женщину. Именно поэтому последние несколько лет она накачивает себя силиконом.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-4.jpg”, “text”: “Шинта Ратри молится во время встречи ЛГБТ и трансгендеров, где обсуждаются отношения секса и религии. Джокьякарта, август 2014.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-5.jpg”, “text”: “Шинта Ратри.”}

Большинство из них не имеют семей, у них нет документов. Их родные не знают, кто они на самом деле. Некоторые из них становятся вария только по ночам, а днём ходят в образе мужчины. Некоторые всё же могут положиться на свои семьи, поэтому живут нормальной жизнью в образе женщины. Но несмотря на женское обличье, вария, как правило, сохраняют свои репродуктивные органы, так как операция по смене пола стоит дорого. Мало кто может себе позволить дорогую операцию по увеличению груди, так что большинство прибегают к вредной и ужасной практике, когда силикон заливают прямо под кожу. Многие вария — проститутки, и они сталкиваются с ВИЧ и другими венерическими болезнями.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-6.jpg”, “text”: “Энджел позирует в своей комнате.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-7.jpg”, “text”: “Шинта Ратри делает макияж перед зеркалом.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-7a.jpg”, “text”: “Нур курит на кухне.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-8.jpg”, “text”: “Энджел красится с утра.”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-9.jpg”, “text”: “Кирана и её змея.”}

У меня нет никаких запретов, я человек без предубеждений. Мой интерес как фотожурналиста — в том, чтобы задокументировать событие, а не судить его.

Меня вдохновляют люди. С эстетической точки зрения мой наставник — Алекс Вебб, которого я считаю великим фотографом. Я не хочу его копировать, но стараюсь чему-то у него научиться.

Мне не хочется казаться фотографом, это пугает людей.

Я всегда стараюсь смешаться с толпой, чтобы быть незаметным. Я не хочу выглядеть как турист, поэтому одеваюсь соответственно. Мне не хочется казаться фотографом, это пугает людей. Я предпочитаю быть частью общества, которое снимаю. Так гораздо легче работать, у тебя есть доступ к более интимным моментам.

Всё это довольно напряжённо, вы всегда должны помнить, кто вы и где находитесь. Со стрессом во время работы я борюсь просто: я всегда стараюсь найти место, где чувствую себя как дома, и человека, с кем могу говорить как с другом. Когда меня переполняют эмоции, я иду к этому человеку для неформального общения и детоксикации.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-1.jpg”, “text”: “Остров Лембата, Индонезия. Рыбаки выходят в море на маленьких деревянных лодочках охотиться на акул, китов и дельфинов, хотя это и опасно из-за больших волн.”}

Жизнь — это бесконечный опыт, тебе только надо смотреть, что ещё она тебе принесёт.

Больше всего в работе я люблю путешествия. Я обожаю открывать для себя новые места, встречать новых людей и оказываться в нужный момент в нужном месте.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-2.jpg”, “text”: “Стамбул. Традиционный праздник обрезания. “}

Я бы ничего не хотел менять в жизни, потому что у меня есть всё, что я хочу. Я строил свою жизнь, преследуя свои цели. Я хотел быть фотографом, и я им стал. Премия World Press Photo, которую я получил в этом году — это тоже исполнившаяся мечта, а также свидетельство того, что я работаю в верном направлении.

Цвета и свет на Кубе прекрасные. Я работаю на Кубе над своим долгосрочным проектом с 2009 года.


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-14.jpg”, “text”: “”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-15.jpg”, “text”: “”}


{ “img”: “/wp-content/uploads/2015/06/Fulvio_Bugani-16.jpg”, “text”: “”}

Новое и лучшее

2491

157

Больше материалов