Кино

«Пятеро одной крови» Спайка Ли — фильм о Black Lives Matter, только во Вьетнаме

На Netflix состоялась премьера фильма Спайка Ли «Пятеро одной крови» об афроамериканцах, умирающих во Вьетнаме за страну, что их не признает. Вышедший практически сразу после убийства Джорджа Флойда, «Пятеро одной крови» показывает, что расстояние между расовыми притеснениями 60-х и сегодняшним днем короче, чем кажется.

The Notorious Spike

К выходу «Пятеро одной крови» ( Da 5 Bloods) Спайк Ли подошел на пике карьеры: его прошлый фильм «Черный клановец» взял Гран-при Каннского фестиваля и принес режиссеру долгожданный — сценарный — «Оскар». В этом году Ли должен был возглавлять жюри в Каннах, а его новая лента стала бы возвращением Netflix на красную дорожку престижнейшего фестиваля.

Спайк Ли — настоящий режиссер-многостаночник. За свою почти сорокалетнюю карьеру он снимал практически во всех жанрах и формах (зачастую смешивая их внутри одной картины): от черной комедии до криминального триллера, от документальных сериалов до черно-белой рекламы для Nike. Наконец, есть даже сюжет, разворачивающийся в видеоигре о баскетболе NBA 2K16. Корпус работ Спайка Ли нельзя назвать ровным, но каждому из его фильмов не откажешь в страстности и дерзости — полемист и непримиримый критик расизма, режиссер всю жизнь снимает агитпроп-кино, часто размывающее грань между художественным и документальным. Вместо попыток приструнить хаотическую действительность в понятном авторском высказывании Спайк Ли, наоборот, выпячивает все ее неразрешимые противоречия — но оставаясь в рамках развлекательного формата и обходясь без морализаторства.

«Пятеро одной крови» открывается хроникой времен Вьетнамской войны, в которой лидеры черного движения указывают на очевидное противоречие: афроамериканцы воюют и умирают за страну, не признающую их гражданских прав. Вот Мухаммед Али отказывается от призыва: «Вьетконговцы не называли меня н***ром. Они не линчевали меня. Они не спускали на меня собак». Вот Малкольм Икс: «Вы берете 20 миллионов черных американцев и заставляете их сражаться во всех ваших войнах и собирать весь ваш хлопок, но не даете ничего взамен». Вот Бобби Сил, сооснователь движения «Черных пантер»: «186 тысяч и 850 тысяч чернокожих солдат воевали в Войне за независимость и Второй мировой за обещание получить равные гражданские права и были обмануты».

Черные американцы составляли одну десятую населения США, но треть военного контингента во Вьетнаме — тем не менее их опыт почти не представлен в кинонаследии. Спайка Ли всегда донимало голливудское искажение истории, поэтому его герои то и дело песочат «фейковые фильмы о Рэмбо» и «голли-вздорных козлов, которые в одиночку выигрывают войну». «Пятеро одной крови» — это попытка наконец дать голос другим героям, вроде Милтона Олива, первого афроамериканца, получившего медаль за отвагу во Вьетнаме, или Криспа Аттакса, первого погибшего во время Войны за независимость.

Пророк в своем отечестве

Спайк Ли всегда протестовал против невидимости черной Америки в национальной перспективе. В 2008 году он уже пробовал осветить роль чернокожих солдат во Второй мировой в «Чуде святой Анны» — тогда разруганной критиками за неумеренность. В «Пятеро одной крови» оптика Ли кажется почти кристально чистой, ловко избегающей фальши и неестественных интонаций.

История даже в кратком пересказе прозвучит авантюрно, если не комично: четверо ветеранов войны во Вьетнаме возвращаются в места боевой славы, чтобы перезахоронить останки их пятого брата — лидера и духовного поводыря (Чедвик Боузман aka Т’Чалла aka «Черная пантера»). А заодно отыскать клад, спрятанный рядом с могилой в далеком 1971-м. Клад, естественно, с золотом — чтобы дурманил и разъедал души. Параллельно с физическим путешествием героям предстоит и путешествие внутрь своих воспоминаний, страхов и совести. Все действо обильно снабжено задорными перестрелками и причудливыми шутками почти как дань эстетике блэксплотейшна.

Вьетконговцы не называли меня н***ром. Они не линчевали меня. Они не спускали на меня собак.

раздел эксплуатационного кино, появившийся в 1970-х и рассчитанный на черную аудиторию

bif_2500_1
Спайк Ли и актеры фильма «Пятеро одной крови»

Основную драматургическую силу фильма раскрывают тонко подмеченные детали и впроброс сказанные реплики. Вот герои отбивают друг другу сложносочиненные пятиши, которые во время войны использовали черные солдаты для различения гарнизонов (и за что сидели на гауптвахте, гневя своих белых командиров). Вот шутят про преображенный до неузнаваемости современный Вьетнам, который пал под натиском McDonald’s, Pizza Hut и KFC, но не поддался им. Вот сидят в неоновом баре с названием «Апокалипсис сегодня», смущенно поднимают бокалы с бывшими противниками — ветеранами Вьетконга. После комедийно заплывают в джунгли на туристическом катере под «Полет валькирий» из величественной сцены с вертолетами того же «Апокалипсиса». Вот, наконец, скрывают от себя и окружающих свое ПТСР, проявляющееся при каждой встрече с местным населением, для которого герои — неизменно убийцы и каратели, а война — именно что Американская (шокирующая фотохроника жертв американского напалма и гербицида Agent Orange прилагается).

Параллельно с основным действием мы то и дело проваливаемся во флешбеки, снятые оператором «Драйва» Томасом Ньютоном Сигелом на зернистую 16-миллиметровую пленку в олдскульном формате 4:3. Во флешбеках, похожих на смесь воспоминаний и сна, Ли использует оригинальный прием: он не омолаживает героев с помощью графики в духе «Ирландца» Скорсезе — вместо этого они сражаются бок о бок с молодым и погибшим другом Боузманом в виде себя нынешних, запыхавшихся и неуклюжих. Потому что даже в воспоминаниях невозможно избавиться от груза травм, а мертвые, наоборот, никогда не стареют.

Герои сидят в неоновом баре с названием «Апокалипсис сегодня».

химическое оружие, распыляемое Военно-воздушными силами США над джунглями Вьетнама; вызывало ожоги, слепоту, наружные и внутренние мутации

bif_2500_2
Кадр из фильма «Пятеро одной крови»

Маятник Ли

Все творчество Спайка Ли похоже на вечный маятник между любовью и ненавистью — идеологию, которую исповедовал Радио Рахим, герой его самого значимого фильма «Делай как надо», носивший на кулаках кольца LOVE и HATE. На одном полюсе пацифист Мартин Лютер Кинг, на другом реакционер Малкольм Икс, а между ними — герои Спайка Ли, пытающиеся понять, кто из этих пророков правее. Тридцать лет назад главный герой «Делай как надо», сыгранный самим режиссером, станет инициатором финального погрома по завету Малкольма. Зрелый Спайк Ли, похоже, окончательно уходит от дихотомии черного и белого ко всему спектру между ними. Про своего лидера герои говорят: «Он был наш Мартин и наш Малкольм».

К списку сильных сторон «Пятеро одной крови» следует добавить и работу верных оруженосцев Ли. Музыку к фильму написал постоянный соавтор режиссера джазовый трубач Теренс Бланшар, который тоже находится на пике карьеры, — его будущая опера станет первой постановкой произведения афроамериканского композитора в истории Метрополитен-оперы. В главной роли снялся Делрой Линдо — наиболее запутавшийся из братьев, он носит красную кепку Make America Great Again (отношение Ли к Трампу известно, последнего он никогда даже не называет по имени), не ладит с сыном и не собирается уступать ни грамма «своей» доли золота. Его перформанс, хищный и параноидальный, — смесь капитана Ахава и гениального Хамфри Богарта из классических «Сокровищ Сьерра-Мадре» — очевидный претендент на оскаровскую номинацию. Ближе к концу фильма герой Линдо с неслучайным именем Пол раскается и преобразится. Как и апостол Павел, бывший гонителем первых христиан, а после ставший их главным защитником, герой Линдо прозреет от яркого солнечного света.

«Пятеро одной крови» кажется удивительно актуальным фильмом. Хотя протесты в нем ни разу не упоминаются, каждый кадр потрескивает от расового напряжения. Все, впрочем, заканчивается на позитивной ноте: братья обретают себя, приходят к смиренности и жертвуют золото на нужды Black Lives Matter и других правозащитных движений. Спайк закрывает картину фрагментом выступления Мартина Лютера Кинга, который цитирует знаменитые строчки поэта Лэнгстона Хьюза: «О да, я говорю это прямо — Америка никогда не была Америкой для меня. И все же я клянусь — Америка пребудет». Эти слова можно считать лейтмотивом позднего творчества Ли, маятник которого, похоже, остановился — на любви.

Творчество Ли похоже на вечный маятник между любовью и ненавистью, LOVE и HATE.


Все фото: IMDb

Новое и лучшее

1 803

119

133
213

Больше материалов