«Нас свозили сюда силой» — темнокожая активистка о дискриминации в США

С тех пор как в 1964 году США приняли Закон о гражданских правах, любая дискриминация по расовому признаку в Штатах является незаконной. Однако многое указывает на то, что неравенство все еще не искоренено. Черные зарабатывают в среднем на 30% меньше, чем белые. Риск погибнуть при задержании полицией у них выше: среди всех убитых при задержании американцев треть — темнокожие (при том что афроамериканцы составляют чуть больше 10% населения США).

После гибели Джорджа Флойда по всей стране прокатились акции протеста против расизма и полицейского произвола. Им часто сопутствовали погромы и мародерство. Участвующая в мирных протестах темнокожая активистка и фотомодель Келли Жерве рассказала Bird in Flight, чего добиваются манифестанты и почему рассчитывать на скорое разрешение конфликта не стоит.

О притеснении в школе

— Я училась в школе имени Джефферсона. В детстве я была счастливым общительным ребенком. Но моя первая учительница миссис Барбетта злилась, когда слышала меня, и придиралась ко мне. Когда настало время разделить класс на рабочие группы по 4-5 человек, она не включила меня ни в одну из них, и большую часть времени я занималась одна, сидя в углу.

Я старалась заслужить ее снисхождение, но как бы я себя ни вела, учительница отвечала подлостью. Она даже не разрешала мне выйти в туалет на уроке, хотя остальных детей выпускала. Возможно, она думала, что я буду хулиганить в коридоре.

В нашем классе было еще трое цветных учеников. Когда я спрашивала у них, достает ли их миссис Барбетта, они кивали. Но они так сильно ее боялись, что предпочитали помалкивать. Мои белые одноклассники были всем довольны, она к ним не придиралась — казалось, что нас учат два разных человека.

Я не хотела жаловаться родителям. Но как-то на уроке мне понадобилось выйти в туалет, и учительница снова не пустила. Я тихонько отошла в угол класса и написала в штаны, а потом вернулась на место. В конце занятий одноклассники заметили небольшую лужу под моей партой, и я молилась, чтобы они не догадались, что ее сделала я. Забирая меня после школы, мама посмотрела на мои штаны и спросила, что случилось. Я расплакалась. Мама сказала, что не потерпит такого отношения к своему ребенку, и меня перевели в другой класс.

С расизмом и дискриминацией сталкивалась и наша семья. Когда мы переехали в новый район, еврей, у которого мы купили дом, признался, что соседи просили его не продавать недвижимость темнокожим. Они хотели, чтобы там поселилась семья евреев. Нам повезло, что продавцу было все равно — он хотел побыстрее продать дом.

О дискриминации в модельном бизнесе

В начале карьеры я зарабатывала меньше, чем начинающие белые модели. Кроме того, много неудобств мне доставляли волосы — их приходилось выпрямлять. Это было нужно, во-первых, чтобы соответствовать образу (меня принимают за латиноамериканку, а у них волосы так не курчавятся), а во-вторых, чтобы команда не возилась с укладкой: ровные волосы гораздо послушнее. Выпрямление требует много времени и денег, а без него тебя просто не берут на съемки.

Потом я поехала работать в Лондон. Там я не смогла найти подходящую мне косметику для волос — пришлось сниматься с натуральной афропрической. Агентство было в восторге, я много снималась и много зарабатывала. Я отвыкла от мысли, что с моими волосами что-то не так, но когда вернулась домой, снова столкнулась с дискриминацией. Мой агент прямо сказал: хочешь сниматься — выровняй волосы.

Я расплакалась. Тот случай вывел меня из равновесия на год; каждый день я смотрела на себя в зеркало, пытаясь понять, что со мной не так. Если бы не поддержка мамы, я бы не справилась.

Вы можете представить, чтобы белой модели сказали «сделай что-то со своими естественными волосами, иначе ты не сможешь работать»? Это расизм, пусть и в завуалированной форме. Десять лет назад индустрия моды была жестокой, но со временем ситуация немного изменилась.

О предвзятом отношении полиции

Большую часть жизни в Нью-Джерси у меня не было проблем с полицией. Я слышала, что полицейские проявляют неуважение к темнокожим, но сама с таким отношением не сталкивалась.

Однажды я поехала в магазин со своим белым парнем. Нас остановили полицейские. Поначалу я не хотела верить, что нас остановили из-за моего цвета кожи. Но на вопрос о причинах остановки офицер, помолчав, сказал, что я пересекла двойную сплошную, — и это было наглое вранье, я не нарушала правил. Просто темнокожая девушка с белым парнем выглядят подозрительно — вероятно, полицейские решили, что кто-то из нас торгует наркотиками.

О причинах расизма и политике

Было больно смотреть видео, в котором душат Джорджа Флойда, — я никогда не видела такой жестокости. Но это не первый случай, когда полицейские убивают темнокожего при задержании.

Полиция в США создавалась для того, чтобы отлавливать рабов, поэтому негативное отношение к темнокожим со стороны полицейских имеет глубокие корни. Не все полицейские плохие, среди них много достойных людей — только они не хотят выступать против плохих, потому что боятся потерять работу. Круговая порука бросает тень на все ведомство. Чтобы побороть ее, нужно голосовать за политиков, которые хотят изменить ситуацию.

Чтобы понять, почему на протяжении четырехсот лет наша страна не может справиться с расизмом, достаточно вспомнить, как темнокожие оказались в Штатах. Мы не хотели здесь жить, нас свозили сюда силой. Многие темнокожие забыли, как они здесь оказались, и не знают, что свои фамилии они унаследовали от работорговцев, которым принадлежали их предки. Сегодня многие темнокожие не понимают истинных причин поведения полицейских и не осознают масштаба проблем.

Я очень люблю Барака Обаму: он был первым кандидатом в президенты, за которого я проголосовала. Обама дал темнокожим США надежду, но почти ничего не сделал для темнокожих американцев, тем самым разочаровав их. Поэтому сейчас единственный способ справиться с расизмом в США — заставить белых американцев у власти решить эту проблему.

К сожалению, изменения происходят очень медленно. Единственное, что случилось быстро, — арест офицера, убившего Флойда. Было много случаев, когда полицейских судили за нарушение прав человека, но они не получали справедливых приговоров. Мы за то, чтобы все полицейские, нарушившие закон, ответили перед судом. Поэтому протесты прекратятся не скоро.

Об акциях протеста

Мирные протесты против расизма и произвола полиции продолжаются. Есть политики, которые хотят отвлечь внимание от настоящих причин протестов, пытаются доказать, что все демонстранты — бандиты и грабители. Но это не так. Сегодня наша страна повторяет свою историю, поэтому мы и вышли на протест. Мы не хотим, чтобы наши дети, независимо от цвета их кожи, сталкивались с расизмом.

Я состою в движении темнокожих моделей, не желающих мириться с несправедливостью, с которой сталкиваются в работе. Кроме того, я часто выступаю в интернете от имени протестующих. Даже сейчас я доношу мысль о том, что мы хотим перемен.

Из-за убийства Флойда сейчас в фокусе проблема отношения полицейских к темнокожим, однако расизм — общая проблема. Белые и черные братья должны объединиться, чтобы побороть систему. Никто не рождается расистом — расистами становятся.

Не хочу никого обидеть, но наша страна задает тон, который подхватывают остальные страны. Поэтому я знала, что рано или поздно протесты начнутся в Европе. Расизм — проблема не только темнокожих, от него страдают все.

Фото на обложке: Протестующий с американским флагом, на котором написано «Я не могу дышать». Эти слова произносил Флойд во время задержания, когда полицейский прижал его шею коленом к асфальту. Нью-Йорк. 6 июня 2020 года. Фото: Tayfun Coskun, Anadolu Agency, via AFP.