От молитвы до кокаина: Как раньше лечили депрессию

Слово «меланхолия» (термин «депрессия» вошел в обиход много позже) пришло к нам из греческого и в буквальном переводе означает «черная желчь». И сам термин, и его первое определение принадлежат Гиппократу: «Если чувство страха и малодушия продолжаются слишком долго, то это указывает на наступление меланхолии… Страх и печаль, если они долго длятся и не вызваны житейскими причинами, происходят от черной желчи». Он же сформулировал сопутствующие симптомы: уныние, бессонница, раздражительность, беспокойство, иногда – отвращение к пище.

Лечить недуг Гиппократ предлагал специальной диетой и настоем трав, которые дают слабительный и рвотный эффект и тем самым освобождают организм от черной желчи. «Такому больному нужно дать чемерицу, очистить голову, а после дать лекарство, очищающее низом, потом прописать пить ослиное молоко. Больной должен употреблять очень мало пищи, если он не слаб; пища должна быть холодная, послабляющая: ничего едкого, соленого, маслянистого, сладкого. Больной не должен пить вина, а ограничиться водой; если же нет, вино должно быть разбавлено водой. Совсем не нужно гимнастики, прогулок».

Противниками Гиппократа в этом вопросе стали Сократ и, позднее, Платон. Они считали его подход слишком механическим и утверждали, что меланхолию должны лечить философы (Гиппократ же в свою очередь ругался, что «все написанное философами в области естественных наук относится к медицине так же, как к живописи»). Сегодня, видимо, Гиппократ ратовал бы за антидепрессанты, а Платон с Сократом — за психотерапию.

Средневековые философы смотрели на меланхолию гораздо суровее прекраснодушных греков: в те времена уныние было официально записано в смертные грехи. Богослов Евагрий Понтийский пишет об этом так: «Бес уныния, который также называется „полуденным“, есть самый тяжелый из всех бесов. Он приступает к монаху около четвертого часа и осаждает его вплоть до восьмого часа. Прежде всего, этот бес заставляет монаха замечать, будто солнце движется очень медленно или совсем остается неподвижным и день делается словно пятидесятичасовым. Еще этот бес внушает монаху ненависть к месту, роду жизни и ручному труду, а также мысль о том, что иссякла любовь и нет никого, кто мог бы утешить его».

Хильдегарда Бингенская – монахиня, настоятельница-аббатиса, автор мистических книг и работ по медицине – обвиняет меланхолию даже в грехопадении Адама: «Когда огонь в нем погас, меланхолия свернулась в крови его, и от того поднялись в нем печаль и отчаяние; и когда пал Адам, дьявол вдохнул в него меланхолию, каковая делает человека теплохладным и безбожным».

Считалось, что уныние возникает от излишней праздности. А значит, нужно просто нагрузить больного физическим трудом и молитвой, чтобы не оставалось времени на отвлеченные рассуждения.

В 1621 году английский прелат Роберт Бертон выпускает 900-страничный труд «Анатомия меланхолии». Автор также объясняет заболевание «черной желчью» (которая все еще лидировала среди предполагаемых причин депрессии) и отмечает, что «темперамент на риск заболевания не влияет: меланхолии не подвержены только дураки и стоики».

Бертон подробно классифицирует причины меланхолии, разделяя их на сверхъестественные (божественное или дьявольское вмешательство) и естественные; врожденные (темперамент, наследственные болезни и «неправильное» зачатие – например, в состоянии алкогольного опьянения или на сытый желудок) и приобретенные; неизбежные и не неизбежные.

В качестве лекарства Бертон советует ограничить потребление мяса и молочных продуктов, отказаться от капусты, корнеплодов, бобовых, фруктов и специй, острого и кислого, слишком сладкого и жирного и вообще всех «сложных, источающих ароматы» блюд. Также Бертон призывает к балансу в сексуальной жизни: ведь «при чрезмерном половом воздержании накопившееся семя превращается в черную желчь и ударяет в голову», но «половая необузданность охлаждает и иссушает тело. В этом случае могут помочь увлажняющие средства: известен случай, когда таким образом вылечили молодожена, который женился в жаркое время года и через короткое время стал меланхоликом и даже безумным». Что именно автор подразумевает под «увлажняющими средствами», остается только догадываться.

Со временем меланхолия начинает считаться болезнью «привилегированной», присущей аристократам и людям умственного труда. Так, мыслитель эпохи Возрождения Марсилио Фичино прямо связывает меланхолию с чрезмерной тратой «тонкого духа» в результате напряженной интеллектуальной деятельности. Восполнять «тонкий дух» предлагалось ароматными винами, солнечными ваннами, специальной музыкой и театральными представлениями. Впоследствии меланхолия и вовсе войдет в моду, что легко можно заметить по мировой литературе: и прозу, и поэзию заполнят томные, уставшие от жизни герои.

Тем временем в «серьезной» медицине появляется новое объяснение меланхолии, согласно которому хандра вызвана дисфункцией нервных фибров. Эта теория породила целый ряд причудливых методик, призванных с помощью внешнего раздражения направить «электричество» в теле больного в правильное русло. Несчастных пациентов раскручивали в центрифугах, стегали крапивой, обливали десятками ведер ледяной воды или погружали в ледяную ванну с головой «до первых признаков удушения». Самые отчаянные доктора в погоне за внешними раздражителями специально прививали пациентам чесотку или награждали вшами.

Чемпионом по экзотичности можно назвать «кошачий орган» — психотерапевтическое средство эпохи барокко, которое описывает в своей книге «Чернила меланхолии» культуролог и психиатр Жан Старобинский: «Кошки подобраны были в соответствии с гаммой и рассажены в ряд, хвостами назад. Молоточки с заостренным гвоздем ударяли по хвостам, и кошка, получившая удар, издавала свою ноту. Если на таком инструменте играли фугу, и особенно если больного сажали так, что он видел во всех подробностях морды и гримасы животных, то и сама жена Лота стряхнула бы с себя оцепенение и вернулась в разум».

Российская медицина не отставала по части радикальности методов, особенно если депрессия принимала тяжелые формы и пациент оказывался в лечебнице для душевнобольных. По воспоминаниям главного врача московской психиатрической больницы Зиновия Кибальтица, в первой половине XIX века в его учреждении лечили так: «Что касается до задумчивых сумасшедших, подверженных душевному унынию или мучимых страхом, отчаянием и проч., то, как причина сих болезней существует, кажется, в подбрюшье и действует на умственные способности, то для пользования их употребляется следующее: рвотный винный камень, сернокислый поташ, сладкая ртуть, слабительное по методе Кемпфика, камфорный раствор в винной кислоте. Белена, наружное натирание головы рвотным винным камнем, приложение пиявиц к заднему проходу, нарывные пластыри или другого рода оттягивающие лекарства. Теплые ванны предписываются зимой, а холодные летом. Мы часто прикладываем моксы к голове и к обоим плечам и делаем прожоги на руках». Если больные после этого и не излечивались от меланхолии, то, по крайней мере, у этого состояния появлялись веские причины…

За этот метод «лечения» особенно ратовал Зигмунд Фрейд, который в середине 80-х годов XIX века активно экспериментировал с кокаином (в первую очередь – на себе). Он опубликовал в медицинских журналах целый ряд посвященных кокаину статей и поначалу считал его средством едва ли не от всех болезней – от меланхолии до алкоголизма, пищевых расстройств и сексуальных проблем. «Прием вызывает приятное возбуждение и продолжительную эйфорию, которая ничем не отличается от нормальной эйфории здорового человека, — восторженно пишет он в статье „О коке“. — При этом индивид ощущает повышенное самообладание, увеличение работоспособности и прилив энергии. Создается впечатление, что настроение, вызванное приемом коки, обусловлено не столько непосредственной стимуляцией, сколько исчезновением тех физических факторов, которые вызывают депрессию». Об опасности кокаина заговорят лишь несколько лет спустя, но использовать его как лекарство будут еще пару десятков лет.

Интересно, что многие рекомендации врачей из прошлого совпадают с советами их современных коллег. Особенно близок к истине оказался Гиппократ: сегодня страдающим от депрессии также предписывают ограничение алкоголя, чрезмерных спортивных нагрузок и тяжелой пищи. Зерно истины обнаруживается и в трактате Евагрия Понтийского: современные исследования показывают, что у депрессии действительно есть ярко выраженные суточные колебания, и особенно интенсивно она ощущается именно по утрам. Рекомендации Марсилио Фичино касательно солнечных ванн тоже нашли подтверждение в современной психологии: доказано, что даже улучшение освещения в комнате способно положительно влиять на эмоциональное состояние жильцов, а светотерапия стала довольно популярным методом лечения депрессивных состояний. В целом, однако, лечение депрессии сегодня стало гораздо менее травматичным.