Мир

Нас скоро рассортируют: Обратная сторона мобильных платежей

Приложения собирают о вас данные, но этого мало — на основе этих данных вам выставляют оценки, которые влияют на ваше будущее. В Китае система достигает утопических масштабов: от рейтинга в приложении может зависеть, поселят ли вас в гостиницу или дадут ли предпочтение на сайте знакомств. Мара Хвистендал из The Wired погрузилась в китайский социальный эксперимент.

Вернувшись в 2015 году в Китай после трех лет обучения в Великобритании, Лазарь Лью быстро заметил, что в стране что-то изменилось: теперь все оплачивали свои покупки с помощью телефона. Шанхайские друзья Лью использовали телефон везде — в «Макдоналдсе», в продуктовом магазине, даже в крошечных семейных ресторанах. На смену расчета наличными пришли два приложения для смартфонов — Alipay и WeChat Pay. Лью решил тоже попробовать.

Чтобы получить идентификационный номер в Alipay, Лью пришлось ввести в приложение номер своего мобильного телефона и отсканировать свою идентификационную карточку, выданную государством. Он проделал эти операции машинально, ведь у Alipay уже была репутация надежной компании. А по сравнению с походом в банк, который работал с равнодушием, достойным ленивца, и не считал необходимым хоть как-то заботиться о своих клиентах, регистрация в Alipay была практически в удовольствие. Понадобилось всего несколько кликов, и процесс был завершен. Рекламный лозунг Alipay «Доверие упрощает дело» отлично резюмировал его опыт.

Использовать Alipay оказалось так удобно, что Лью стал делать это каждый день, начиная прямо с утра, когда заказывал себе завтрак через приложение по доставке еды. Он осознал, что может платить за паркинг через раздел «Моя машина» в Alipay, поэтому добавил в приложение данные о своих водительских правах, номерные знаки машины и номер ее двигателя. Он начал использовать приложение для оплаты автомобильной страховки и записи к врачам, что позволило ему не сталкиваться в хаотичными очередями, которыми известны китайские больницы. Используя встроенную в Alipay социальную сеть, он списался со своими друзьями. Когда Лью отправился вместе со своей невестой (теперь уже женой) в отпуск в Таиланд, они оплачивали счета в ресторанах и покупку сувениров с помощью Alipay. В разделе «Городские услуги» можно было платить за электричество, газ и доступ к интернету. Как и многие молодые китайцы, которые воспылали любовью к мобильным платежным услугам, предлагаемым Alipay и WeChat, Лью перестал брать с собой бумажник, выходя из дома.

Как и многие молодые китайцы, Лью перестал брать с собой бумажник, выходя из дома.

Если вы живете в США, то уже привыкли к тому, что постоянно отдаете свои данные корпорациям. Эмитенты кредитных карт знают, когда вы напиваетесь в баре или покупаете игрушки для взрослых. Facebook знает, нравятся ли вам кулинарные видео или консервативные аналитики из Breitbart News. Uber в курсе того, куда вы ездите и как ведете себя в этих поездках.

Однако Alipay знает о своих пользователях все это и гораздо больше. Приложение Alipay принадлежит компании Ant Financial — филиалу огромной корпорации Alibaba. Его основной конкурент WeChat принадлежит гигантской компании Tencent, занимающейся разработкой видеоигр и владеющей китайской социальной сетью Qzone. Alipay и WeChat больше напоминают не приложения, а целые экосистемы. Если бы Лью хотел, он мог бы воспользоваться услугами Airbnb, Uber или его китайского конкурента Didi, не выходя из Alipay. Это как если бы компания Amazon поглотила eBay, Apple News, Groupon, American Express, Citibank и YouTube — и могла бы выкачивать данные из всех этих программ и компаний.

Однажды на главном экране приложения появилась новая иконка. Она называлась «Сезам-кредит». Когда Лью дотронулся до иконки, на экране возникло изображение Земли. «Сезам-кредит — это воплощение личного рейтинга, — было сказано ниже. — Программа использует большие объемы данных для объективной оценки. Чем выше оценка, тем лучше ваш кредит». Ниже он увидел кнопку, на которой было написано «Начать мое кредитное путешествие». Лью нажал.

alipay_01
Фото: Susan Yu / EyePress / East News

В 1956 году инженер-электрик Билл Фэйер и математик Эрл Айзек основали в Сан-Франциско небольшую технологическую компанию. Они назвали ее Fair, Isaac and Co., но со временем их бизнес получил известность как FICO. Их основной инновацией стало использование компьютеризированного статистического анализа для превращения личных данных и финансовой истории людей в простую оценку, предсказывающую, с какой вероятностью они будут выплачивать свои долги. До появления FICO кредитные бюро были вынуждены частично полагаться на сплетни, собранные у арендодателей, соседей и хозяев местных магазинов. Заявителям могли отказать из-за их расы, небрежности, слабых моральных устоев и «женоподобных ужимок». Фэйер и Айзек утверждали, что алгоритмическая оценка является более беспристрастной и научной альтернативой этой несправедливой реальности. Со временем подход FICO получил одобрение кредитных бюро TransUnion, Experian и Equifax — и в 1989 году FICO ввел в обращение кредитный рейтинг, каким мы знаем его сегодня, позволив миллионам американцев брать ипотечные кредиты и влезать в долги по кредитным картам.

В то же время за последние 30 лет Китай превратился во вторую крупнейшую экономику мира, не имея при этом никакой функционирующей кредитной системы. Народный банк Китая, главный банковский регулятор страны, хранит данные о миллионах потребителей, но в этих базах зачастую не содержится почти никакой информации. До недавнего времени получить кредитную карту где-либо, кроме банка, в котором ты обслуживаешься, было очень сложно. Потребители предпочитали наличные. Усилия по созданию надежной кредитной системы терпели неудачи, потому что в Китае не было независимой структуры по оценке кредитоспособности населения. Зато к концу 2011-го в стране было 356 миллионов пользователей смартфонов.

В том же году компания Ant Financial запустила первую версию Alipay со встроенным сканнером для чтения QR-кодов, содержащих в себе в 100 раз больше информации, чем стандартные штрих-коды. Вслед за этим QR-коды стали появляться на могилах (просканируйте, чтобы узнать об умершем больше) и футболках официантов (просканируйте, чтобы оставить чаевые). Попрошайки распечатывали свои QR-коды и ставили перед собой на улице. Эти коды смогли связать онлайн и офлайн в доселе невиданных масштабах. В первый год существования Alipay со встроенным QR-сканнером через приложение прошло почти 70 миллиардов долларов мобильных платежей.

В первый год существования Alipay со встроенным QR-сканнером через приложение прошло почти 70 миллиардов долларов мобильных платежей.

В 2013 году руководство Ant Financial собралось на ретрит в горах неподалеку от Ханчжоу, чтобы обсудить создание новых продуктов. Одним из них был «Сезам-кредит». Топ-менеджеры компании осознали, что могут использовать мощности Alipay по сбору данных, чтобы рассчитывать кредитный рейтинг своих клиентов на основании их действий. «Все получилось очень естественно, — говорит Ю Си, китайский журналист, описавший эту решающую встречу в недавно вышедшей книге Ant Financial. — Если у вас есть данные о платежах, вы можете оценить кредитоспособность человека».

Компания Ant Financial была не единственной, кто хотел использовать данные для измерения «ценности» людей. Случайно или нет, но в 2014 году правительство Китая объявило о том, что приступило к разработке системы «социальной кредитоспособности». В 2014-м Государственный совет Китая публично озвучил планы по созданию общегосударственной системы отслеживания для ранжирования репутации обычных граждан, компаний и правительственных чиновников. Цель состоит в том, чтобы к 2020 году на каждого гражданина Китая был составлен файл с данными из частных и общественных источников и чтобы эти файлы были доступны для поиска по отпечаткам пальцев и другим биометрическим параметрам. Государственный совет называет это «кредитной системой для целого общества».

alipay_02
Фото: Huang Zongzhi / XINHUA / East News

Для Коммунистической партии Китая социальная кредитоспособность — это попытка более мягкого и невидимого авторитаризма. Идея состоит в том, чтобы подталкивать людей к тем или иным нормам поведения в различных сферах — от энергосбережения до повиновения партии.

В 2015 году Ant Financial стала одной из восьми технологических компаний, получивших от Народного банка Китая разрешение на разработку собственной частной платформы по оценке кредитоспособности. Вскоре после этого в приложении Alipay появился «Сезам-кредит», который следит за вашим поведением внутри приложения, чтобы дать вам оценку в интервале от 350 до 950. Люди с хорошими оценками получают приятные бонусы и награды. Алгоритм «Сезам-кредит» принимает во внимание не только то, как вы выплачиваете свои долги, но и то, что вы покупаете, какое у вас образование и каков кредитный рейтинг ваших друзей. Как и Фэйер с Айзеком несколькими десятилетиями ранее, в своих публичных выступлениях топ-менеджеры Ant Financial говорили о том, что основанный на таких данных подход откроет финансовую систему для людей, которые прежде не имели к ней доступа, например для студентов и жителей сельской местности.

Участие в «Сезам-кредите» добровольно, и пока неясно, может ли регистрация в этом сервисе повлиять на кредитный рейтинг человека в правительственной системе. По словам генерального директора «Сезам-кредита» Ху Тао, «„Сезам-кредит“ независим от любой системы социального кредита, инициированной правительством. „Сезам-кредит“ не предоставляет оценки пользователей или использованные для них данные любым третьим лицам, включая правительство, без предварительного согласия пользователя».

Однако компания уже сотрудничала с китайским правительством в одном важном деле: она интегрировала в базу данных «Сезам-кредита» черный список, включающий более 6 миллионов человек, не заплативших судебные штрафы. По информации государственного новостного агентства «Синьхуа», этот союз помог судам наказать более 1,21 миллиона неплательщиков, которые в один прекрасный день обнаружили, что их оценка в «Сезам-кредите» резко упала.

Государственный совет Китая уже дал понять, что в рамках национальной системы социальной кредитоспособности людей будут наказывать, в частности, за распространение слухов в интернете и что те, кто будут признаны «сильно неблагонадежными», могут рассчитывать лишь на услуги более низкого качества.

Те, кто будут признаны «сильно неблагонадежными», могут рассчитывать лишь на услуги более низкого качества.

Я прожила в Китае почти десятилетие, но уехала в 2014 году, до того, как мобильные платежи прижились окончательно. На сегодняшний день ежегодный объем мобильных платежей в Китае составляет 5,5 триллиона долларов. (Для сравнения: рынок мобильных платежей в США в 2016 году оценивали в 112 миллиардов долларов.) Приехав в Китай в августе 2017-го, я решила стать частью нового Китая без наличных расчетов, поэтому зарегистрировалась в Alipay и «Сезам-кредите» спустя несколько часов после прилета. Так как у меня не было никакой истории транзакций по счету, я получила оценку 550, которая показалась мне постыдной.

В первый же день в Шанхае я открыла «Сезам-кредит», чтобы просканировать желтый велосипед, припаркованный на тротуаре. Скан велосипедного QR-кода открыл мне четырехзначное число, разблокировавшее заднее колесо, и поездка по городу стоила около 15 центов. Однако из-за моей низкой оценки я была вынуждена заплатить депозит в размере 30 долларов. Останавливаться в гостинице или брать в аренду GoPro без депозита или бесплатно брать напрокат зонтики я тоже не могла. Я принадлежала к цифровой бедноте.

В Китае все очень боятся мошенников. «Откуда я знаю, что ты не мошенник?» — частый вопрос, задаваемый людьми, когда им звонят по телефону агенты по продажам или когда у них под дверью появляется мастер по ремонту. Одним из обещаний «Сезам-кредита» как раз и является возможность определить, кто является аферистом. Компании могут покупать оценку рисков для пользователей, где описано, платят ли они за аренду и коммунальные услуги или внесены ли в черный список судов.

Для пользователей с хорошим поведением «Сезам-кредит» предлагает приятные бонусы от сотен компаний и учреждений, с которыми Ant Financial заключила договоры о сотрудничестве. Компания по прокату автомобилей Shenzhou Zuche позволяет людям с кредитным рейтингом более 650 пунктов брать машины без депозита. В обмен на это Shenzhou Zuche делится данными, поэтому если пользователь «Сезам-кредита» разобьет одну из машин компании и откажется платить, эта информация будет включена в его кредитную оценку. Некоторое время пользователи с оценкой свыше 750 баллов могли даже пройти проверку безопасности в аэропорту Пекина без очереди.

Некоторое время пользователи с оценкой свыше 750 баллов могли даже пройти проверку безопасности в аэропорту Пекина без очереди.
alipay_03
Фото: Xu Kangping / XINHUA / AFP / East News

Спустя два года после регистрации в системе «Сезам-кредита» Лазарь Лью был уже близок к этой цифре. Лью рассказал мне, что выбрал свое английское имя, Лазарь, после того как три года назад перешел в католичество, но добавил, что его вероисповедание было для него личным делом. Отношение к оценке в «Сезам-кредите» у него было такое же: да, она раскрывает о нем какую-то информацию, но он предпочитал держать это знание при себе. Он редко проверял свою оценку, и у него не было в этом необходимости, так как оценка была хорошей. Начав с отметки в 600 из возможных 950 баллов, он добрался до 722. Эта оценка позволяла ему получать благоприятные условия банковских кредитов и аренды квартир, а если бы он развелся с женой, его профиль получил бы предпочтительное размещение в нескольких приложениях для знакомств.

По мере того как история транзакций и платежей Лью в Alipay росла, его оценка естественным образом улучшалась. Но она могла бы и ухудшиться, если бы он, к примеру, забыл оплатить штраф за нарушение правил дорожного движения. Кроме того, привилегии, сопутствующие высокой оценке, могут быть отобраны за поведение, не имеющее ничего общего с потребительским этикетом. В июне 2015 года, когда 9,4 миллиона китайских подростков сдавали изнурительный экзамен для поступления в вузы, генеральный директор «Сезам-кредита» Ху Тао рассказала журналистам: она надеется на то, что компании Ant Financial удастся получить перечень списывавших студентов, чтобы это мошенничество было занесено в их истории в кредитной системе. «У бесчестного поведения должны быть последствия», — открыто заявила она.

Алгоритм, по которому рассчитывают оценку «Сезам-кредита», является секретом фирмы. По официальной информации Ant Financial, оценку определяют на основе пяти категорий данных, поступающих в систему, однако компания сообщает лишь самый минимум о том, как происходит переработка этих «ингредиентов». Как любая традиционная система оценки заемщиков, «Сезам-кредит» отслеживает мою историю расходов и то, оплачиваю ли я свои долги. Однако в остальном алгоритм больше похож на магию вуду. Категория «Связи» принимает во внимание кредитный рейтинг людей, с которыми я связана внутри социальной сети Alipay. «Характеристики» оценивают то, какую машину я вожу, где я работаю и где училась. Категория «Поведение» пристально изучает нюансы моего потребительского поведения, концентрируясь на действиях, которые предположительно коррелируют с хорошим кредитным рейтингом. Вскоре после запуска «Сезам-кредита» директор компании по технологиям заявил в интервью китайскому журналу Caixin, что покупка памперсов, например, может улучшить оценку пользователя, в то время как многочисленные часы, проведенные за видеоиграми, — понизить ее.

Я начала одержимо проверять свою оценку, но так как ее пересчитывают только раз в месяц, число на экране моего телефона не менялось. Каждый раз, когда открывала приложение, я видела экран тревожного оранжевого цвета. На переднем плане было изображение датчика в форме полукруга, стрелка которого показывала, что я достигла лишь четверти своего потенциала. В статье на портале sohu.com я прочитала, что моя оценка соответствовала категории «простонародья». По информации портала, лишь у 5% населения оценки были хуже, чем у меня.

Я начала одержимо проверять свою оценку; но каждый раз, когда открывала приложение, я видела экран тревожного оранжевого цвета.

Чтобы понять, почему китайское руководство столь заинтересовано в социальной инженерии, придется вернуться на десятилетия в прошлое, во времена, когда не было ни приложений, ни больших массивов данных. После революции 1949 года коммунистическое правительство страны определило всех граждан в местные рабочие ячейки, которые превратились в органы слежки и контроля. Люди шпионили за своими соседями, одновременно делая все, что могли, чтобы избежать черных меток в собственных документах. Однако поддержание подобной системы требовало масштабных государственных усилий и контроля. Когда экономические реформы 1980-х заставили миллионы людей покинуть свои деревни и переехать в города, система рабочих ячеек развалилась, а города наполнились приезжими и мошенниками.

Прошло немного времени, и центральное правительство задумалось о геймификации примерного поведения. В конце 1990-х рабочая группа одного из институтов Академии наук Китая разработала основные понятия системы социального ранжирования, однако технологий того времени было недостаточно для претворения в жизнь масштабных политических целей Коммунистической партии.

Почти десять лет назад я провела несколько недель в сельском округе Суйнине неподалеку от Шанхая. В те времена, когда местное правительство решило всерьез бороться с людьми, проезжающими на красный свет, чиновники обратились к гражданам с призывом снимать нарушителей на видео для дальнейшего показа этих роликов по местному телевидению.

А в 2010 году Суйнин стал одним из первых округов Китая, где была введена система социального ранжирования. Правительство начало оценивать граждан по ряду критериев, включая уровень образования, поведение в интернете и то, насколько хорошо они соблюдали правила дорожного движения. Каждый из 1,1 миллиона граждан Суйнина, достигших 14 лет, получил 1 000 баллов, а после этого баллы могли быть добавлены или сняты на основании поведения человека. Забота о престарелых членах семьи добавляла 50 баллов. Помощь бедным стоила 10 баллов. Помощь бедным, заслужившая публикации в СМИ, приносила уже 15 баллов. Судимость за вождение в пьяном виде означала потерю 50 баллов, как и дача взятки чиновнику. После того как были произведены все подсчеты, граждан поделили на категории А, B, C и D. Люди категории A имели приоритет при поступлении в школу и на работу, в то время как гражданам категории D отказывали в разрешениях и лицензиях, а также в доступе к некоторым социальным услугам.

Люди категории A имели приоритет при поступлении в школу и на работу, в то время как гражданам категории D отказывали в разрешениях и лицензиях, а также в доступе к некоторым социальным услугам.
alipay_04
Фото: Tu Meifei / Imaginechina / AFP / East News

Система, внедренная в Суйнине, была элементарной и даже вызвала бурное обсуждение на национальном уровне о том, какие критерии следует использовать в системе социального ранжирования. Тем не менее она стала испытательным полигоном для будущей национальной системы. И какими бы недоработанными ни были буквенные категории, они оказались лучше того, что было раньше.

С момента эксперимента в Суйнине десятки городов разработали свои собственные системы. Теперь для этого были все необходимые технологии. Со временем эти системы будут интегрированы в общегосударственную систему социального ранжирования, что станет причиной больших логистических затруднений. Правительство уже привлекло крупную технологическую компанию Baidu, чтобы та разработала базу данных социального ранжирования к 2020 году.

Китайские технологические компании по-своему помогли изменить отношение Коммунистической партии к цифровым технологиям. Когда интернет только появился в Китае, ворвавшись в жизнь людей в форме блогов и чатов, коммунистическое руководство страны увидело в этом угрозу. Интернет был местом, где люди могли выражать свои мысли, объединяться и продвигать политическое инакомыслие. Руководство страны отреагировало на это цензурой и другими агрессивными методами. Однако компании вроде Ant Financial продемонстрировали, насколько полезными могут быть цифровые технологии в сборе и использовании информации. Сегодня правительство сотрудничает с частными компаниями в области технологий распознавания лиц и голоса, а также в области искусственного интеллекта.

Выстраивание системы социального ранжирования может развиваться по такому сценарию: центральный банк возьмет на себя контроль над разработкой всеобъемлющего стандарта, схожего с оценкой FICO в США, а компании вроде Ant Financial будут собирать данные для использования при расчете оценки. Независимо от того, как это будет в итоге выглядеть, сама система социального ранжирования «несомненно, будет под контролем правительства», говорит Ю Си, написавший книгу о компании Ant Financial. «Правительство не хочет, чтобы эта очень важная инфраструктура с информацией о кредитном рейтинге людей оказалась в руках одной большой компании».

Получившие клеймо неблагонадежности китайцы уже сталкиваются с первыми признаками того, как будет выглядеть объединенная система. В мае 2017 года 42-летний журналист Лью Ху открыл приложение, чтобы забронировать билет на самолет. Однако когда он ввел свое имя и номер идентификационного документа, приложение проинформировало его о том, что транзакцию невозможно провести, потому что он включен в черный список Верховного народного суда. Этот реестр, буквально называемый «Список нечестных людей», — тот же самый перечень пользователей, которые интегрировались в систему «Сезам-кредита». В 2015 году фигурант одного из репортажей Лью Ху подал против него иск за клевету, и суд постановил, что журналист должен выплатить 1 350 долларов. Он заплатил штраф и даже сфотографировал квитанцию банковского перевода и отправил фотографию судье по делу. Недоумевая, почему его не вычеркнули из списка, Лью связался с судьей и узнал, что при оплате штрафа ввел неправильный номер счета. Он поторопился повторно перевести деньги, вновь написав судье, чтобы убедиться, что суд все получил. На этот раз судья ничего ему не ответил.

Хотя Лью не регистрировался в системе «Сезам-кредит», черный список добрался до него другими путями. По сути, Лью превратился в гражданина второго класса. Он потерял практически все возможности путешествовать, так как мог забронировать только самые дешевые билеты на самые медленные поезда. Он не мог покупать некоторые виды потребительских товаров и останавливаться в гостиницах высшей категории, не мог взять в банке крупный кредит. Хуже всего было то, что черный список является открытой информацией. Несколько лет назад Лью уже провел год в тюрьме по обвинению в «сочинении и распространении слухов» после того, как написал репортаж о сомнительных сделках вице-мэра Чунцина. Воспоминания о тюрьме позволили ему оставаться стоиком перед лицом этого нового и невидимого наказания. По крайней мере, он не был разлучен с женой и дочерью.

Хотя Лью не регистрировался в системе «Сезам-кредит», черный список добрался до него другими путями.

Тем не менее Лью начал писать в своем блоге, чтобы вызвать симпатию читателей и убедить судью вычеркнуть его из списка. В октябре 2017-го он все еще оставался в нем. Если бы у Лью был рейтинг в «Сезам-кредите», его ситуация оказалась бы еще хуже. «Сезам-кредит» разработан таким образом, что попадание в черный список вызывает крутое пике. Сначала падает оценка. Затем ваши друзья узнают о том, что вы в черном списке, и, опасаясь за свои собственные оценки, потихоньку удаляют вас из контактов. Алгоритм замечает это, и ваша оценка падает еще ниже.

Вскоре после моего возвращения в США кредитное агентство Equifax объявило о произошедшем взломе, благодаря которому файлы с кредитной историей 145 миллионов человек попали к хакерам. Вместе со многими американцами я получила хороший урок. Номер моей кредитки был украден несколькими неделями ранее, но так как я была в это время за рубежом, то не обеспокоилась тем, чтобы заблокировать свой кредит. Когда я попыталась сделать это после взлома, то обнаружила, что и без того непростой процесс стал практически невозможным. Сайт компании Equifax работал лишь частично, дозвониться было нереально. В отчаянии я подписалась на услуги компании по отслеживанию кредитного рейтинга под названием Credit Karma, и в обмен на ту самую информацию, которую я пыталась защитить, она показала мне мою оценку от двух из трех основных кредитных бюро.

Эти цифры были присланы мне в виде датчика, похожего на тот, что использует «Сезам-кредит», включая те же цветовые обозначения. Я узнала, что мой кредитный рейтинг упал на несколько десятков пунктов. Четыре или пять раз кто-то пытался получить кредит от моего имени, и это была не я.

Теперь у меня было две отслеживающие системы, выставляющие мне оценки и работающие на противоположных сторонах света. Но это были лишь те оценки, о которых я знала. Большинство американцев имеют десятки разных рейтингов и оценок, многие из которых основаны на поведенческих и демографических критериях, схожих с теми, что использованы в «Сезам-кредите», и большинство из этих рейтингов принадлежат компаниям, которые даже не предлагают нам возможности отказаться от участия. В какие-то из рейтингов мы включаемся добровольно. Правительство США не может законно заставить меня принять участие в каком-нибудь крупномасштабном социальном эксперименте, но я ежедневно делюсь своими данными с частными компаниями. Я достаточно доверяю этим корпорациям, чтобы принимать участие в их масштабных экспериментах по ранжированию. Я делюсь своими мыслями и чувствами в Facebook и оставляю длинные следы покупок на Amazon и eBay. Я ставлю оценки другим людям на Airbnb и в Uber и слишком сильно волнуюсь о том, какую оценку поставят мне. Великого американского суперприложения пока не существует, и оценки, рассчитываемые на основе наших данных, в основном используются для таргетирования рекламы, а не для управления обществом. Однако благодаря процессу под названием «опознавание личности» операторы данных могут использовать улики, которые я оставляю после себя, чтобы объединить все данные обо мне из разных источников.

Очень часто эти компании просто допускают ошибки. Оператор данных Acxiom, который на сайте AboutTheData.com немного рассказывает о том, какого рода информацию собирает, считает, что я незамужняя женщина с дипломом о школьном образовании и «вероятно, азартный игрок», при том что я замужем, окончила магистратуру и ни разу в жизни даже лотерейного билета не купила. Однако у нас нет возможности опровергнуть подобные оценки, потому что мы даже не знаем о том, что они существуют. Я знаю больше об алгоритме «Сезам-кредита», чем я знаю о том, как меня оценивают американские операторы данных.

Вскоре после возвращения из Китая я связалась с Лазарем Лью в WeChat. Он прислал мне скриншот своей оценки в «Сезам-кредит», которая с момента нашей встречи выросла на восемь пунктов. На его экране сияла надпись «Великолепно».

Болтая с Лью, я открыла свой собственный «Сезам-кредит». Моя оценка выросла на четыре пункта. «Вам есть еще куда расти», — деликатно проинформировало приложение, но меня порадовало, что рядом с моей новой оценкой 554 появилась маленькая зеленая стрелка. Я была на подъеме.

Игра: «Что почем: Знаете ли вы цену вещам»

Новое и лучшее

943

145

802

Больше материалов