Мир

Ваш проводник в измененное состояние сознания: Как живут подпольные ЛСД-гиды

Возможно, вслед за легализацией марихуаны в США вскоре разрешат использовать в медицинских целях ЛСД и МДМА: согласно недавним исследованиям, оба вещества имеют большой потенциал в психотерапии. Но рынок «психоделической терапии» формируется уже сейчас, не дожидаясь декриминализации. Вместе с ним появилась новая профессия — психоделический гид: человек, который организует для клиента «трип» и оказывает психологическую поддержку до, во время и после сеанса.

Статья публикуется в сокращении. Оригинал читайте на сайте The Guardian.

Стив

У Стива в семье есть полицейские, поэтому о том, что он работает подпольным психоделическим гидом, он обычно не распространяется. А между тем работа занимает существенную часть его времени: примерно раз в неделю он встречается с клиентом, кормит его МДМА или галлюциногенными грибами и сидит рядом, пока тот «путешествует» (иногда до 10 часов). Ни семья, ни соседи по квартире, ни приятели по аспирантуре, где Стив изучает психологию, об этом понятия не имеют.

Сами они никогда бы не догадались: психоделическая культура обычно ассоциируется у людей с эксцентричными персонажами 1960-х. А Стив, бывший студент бизнес-школы в очках и с тихим голосом, который играет в духовом оркестре, работает психологом-консультантом на телефоне доверия и говорит «Я, кажется, немного пьян» после одного бокала вина, абсолютно на них не похож. (Но если вы узнаете Стива получше, возможно, он расскажет вам, как однажды после приема псилоцибина в его тело вселился «змеиный бог».)

В начале октября Стив принял участие в манхэттенской конференции «Горизонты: перспективы психоделиков», организаторы которой называют ее «крупнейшим и самым продолжительным ежегодным съездом психоделического сообщества». Я пришла туда со своей 51-летней двоюродной сестрой Темпл: практикующий психотерапевт, она хотела побольше узнать о психоделической психотерапии, которую подпольно осуществляют Стив и другие гиды. Она надеется включить такой тип терапии в свою практику, когда (или если) псилоцибин, МДМА, ЛСД и аяуаска будут легализованы.

Подобно многим другим участникам конференции, Темпл недавно прочла книгу «Как изменить свой разум: что новая наука психоделиков говорит нам о сознании, умирании, депрессии и трансцендентности», новый бестселлер Майкла Поллана. Книга убедила ее, что психотерапия с использованием психоделиков «действительно может стать методикой будущего».

Считается, что коренные американцы уже тысячу лет назад использовали психоделики растительного происхождения; но сегодня интерес к ним проявляет и значительная часть западного медицинского сообщества. Правда, большинство психоделиков все еще внесены в список I контролируемых веществ наравне с героином и кокаином; их хранение и продажа уголовно наказуемы. Единственный способ легального употребления психоделиков в США — участие в одном из нескольких клинических исследований, которые проводят, например, в Нью-Йоркском университете или в Университете Джонса Хопкинса.

Эти исследования демонстрируют поразительные результаты: они дают основания считать, что психоделики, в случае если они назначены тщательно обследованным пациентам квалифицированными медиками, могут стать безопасным и мощным инструментом для работы с посттравматическими стрессовыми расстройствами, зависимостями, кластерными головными болями, тревожными расстройствами и депрессией.

На фоне проблем в системе здравоохранения и растущих показателей опиоидной зависимости и суицидов американцы ищут альтернативные способы исцеления — и подпольные гиды готовы им в этом помочь. Конечно, в этой сфере есть и шарлатаны, но многие гиды придерживаются в своей работе этических стандартов и протоколов, сравнимых с клиническими условиями.

Однако в отличие от психотерапевтов у подпольных гидов нет аккредитованных учебных заведений, лицензий и возможности открыто предлагать свои услуги. Как же тогда им удается превратить это в профессию?

Как и многие другие гиды, с которыми я говорила, Стив признается, что чувствует «призвание» к этой работе. Подобно врачам, которые делали аборты до их легализации, он нарушает законы, которые считает неправомерными. Он рассматривает такие нарушения как рискованную, но необходимую часть своей миссии по облегчению человеческой боли. Стоимость его услуг варьируется от $15 до $50 в час. Как и большинство гидов, он на собственном психоделическом опыте убедился, что работа стоит риска.

Подобно врачам, которые делали аборты до их легализации, он нарушает законы, которые считает неправомерными.

«Во время одной из первых псилоцибиновых сессий с гидом я осознал, что так до конца и не справился с болью от развода родителей, — вспоминает Стив. — Во мне до сих пор скрывался 11-летний мальчик, который мечтал жить в полной семье. Во время этого опыта меня посетило видение. Понимаю, что как ни опиши это, звучать будет по-идиотски — но я увидел образ матери, которая наполовину была ведической богиней, с миллионом рук и миллионом глаз, а наполовину космическим пришельцем с серой кожей. Она была космической матерью в окружении космической семьи, и от нее на меня снисходило невероятное чувство, что я наконец нашел дом — нашел божественную семью, к которой всегда принадлежал».

С клиентами Стив общается посредством защищенного мессенджера. Нужно быть очень осторожным, чтобы избежать неприятностей с законом, с которыми уже столкнулись другие нелегальные гиды. К примеру, Эрик Осборн, бывший учитель средней школы из Кентукки.

lsd_03
Фото: Paul Goeltz / Flickr

Эрик

…В июле 2015 года на грибную ферму Эрика заявились полицейские с ордером на обыск. Они обыскали дом и теплицы, осмотрели ряды шиитаке и других деликатесных грибов, которые он продавал местным ресторанам. Эрик был уверен, что полиция не найдет ничего противозаконного: псилоцибиновые грибы он выращивал подальше от тех, что предназначались для ресторанов. Но когда он увидел, что полицейские направляются в сторону леса, то запаниковал.

Пару дней назад Эрик, его невеста и их новая подруга сидели вокруг костра в лесу возле его фермы и готовились к «путешествию». Эрик, который в 2009 году стал первым в Индиане сертифицированным специалистом по лесным грибам, уже несколько лет проводил для желающих псилоцибиновые психотерапевтические сеансы. (Он никогда не учился на психолога, утверждая, что его подлинные учителя — грибы, которые он не менее 500 раз употреблял в больших дозах.)

Гостья надеялась, что сеанс поможет разобраться с застарелой психологической травмой. Когда грибы подействовали, она ушла в свою палатку, а через несколько минут Эрик увидел за деревьями свет фар. Перед сессией он на всякий случай спрятал ключи от ее машины в доме, и тем не менее теперь авто стремительно удалялось. «У меня упало сердце. Я был уверен, что она погибнет», — вспоминает Эрик.

«У меня упало сердце. Я был уверен, что она погибнет».

Следующие 14 часов он с невестой повсюду искали девушку. Наконец она прислала сообщение, что с ней все в порядке. Оказывается, она нашла запасной ключ, села за руль и почти сразу врезалась в дорожное ограждение. Никто не пострадал, но когда ее обнаружила полиция, девушка, чтобы избежать обвинений в хранении наркотиков, рассказала полицейским про Эрика и его псилоцибиновые сеансы.

Так что он был готов к приходу полиции и заранее спрятал фунт сушеных псилоцибиновых грибов (уникальный сорт, который он сам вырастил, назвал в честь себя и не хотел терять) в дупло в лесу за своим домом. Но полицейские каким-то образом их нашли.

Следующую неделю Эрик провел в тюрьме. «Ужасная ирония заключалась в том, что вместе со мной в камере сидели наркозависимые, которых псилоцибин помог бы вылечить», — говорит он. Потом его заключили под домашний арест на восемь недель, надели на ногу электронный браслет и запретили контактировать с невестой (которую родители вытащили из тюрьмы на следующий день после ареста). Эрику грозило как минимум 10 лет тюрьмы по каждому из трех обвинений: изготовление, распространение и хранение веществ из списка I. Он был в отчаянии: «Мои дяди провели годы в тюрьме за выращивание каннабиса. Я был уверен, что меня ждет то же самое».

К счастью, судья оказался довольно либеральным. Особо тяжкие обвинения были сняты, Эрик получил два с половиной года условно. Но вместо того, чтобы навсегда покинуть мир грибов, он в октябре 2015-го основал MycoMeditations — ретрит-центр псилоцибиновой терапии на Ямайке, в одной из немногих стран, где это вещество легализовано.

«Мне казалось, что у меня нет выбора, — объясняет он. — Домовладелец меня выгнал, преподавать с судимостью я не мог, приходилось работать в луисвиллском ресторане. К тому же я чувствовал, что люди нуждаются в моих услугах».

За следующие три года в групповых ретритах MycoMeditations приняли участие более 400 человек, которые съезжались сюда из разных стран мира. Программы проходят на южном побережье Ямайки и длятся от 7 до 10 дней. Гости ежедневно употребляют псилоцибин на огороженном поле, в окружении манговых деревьев и кокосовых пальм. «Все, что от меня требуется, — просто сидеть рядом с ними, молчаливо поддерживать, иногда держать за руку», — рассказывает Эрик.

Хотя подходы и методики у каждого гида свои, процесс строится по общей схеме. Сначала проходит подготовительная встреча, где обсуждают психологические проблемы клиента и задачи терапии. (Некоторые гиды отказываются работать с людьми, которые принимают психотропные препараты: они предупреждают, что совмещение рецептурных антидепрессантов с определенными психоделиками, особенно аяуаской, может быть опасным.) Во время трипа гид находится рядом с клиентом, обеспечивая его безопасность и при необходимости помогая проходить через то, что исследователи называют «опытом преодоления трудностей».

«Разговаривая с пациентами, мы поняли, что такие „трудности“ — не ошибка терапии, а важная ее часть, — говорит доктор Алекс Белсер, один из инициаторов создания в 2006 году исследовательской группы по изучению психоделиков в Нью-Йоркском университете. — Принимая эти препараты, пациенты отправляются в очень непростой путь. Они сталкиваются с когда-то пережитым горем, травмами, страданиями и переживают эти чувства очень интенсивно. Без ощущения абсолютной безопасности и доверия к терапевту все это может привести к так называемому плохому трипу. Но с поддержкой терапевта этот опыт станет началом выздоровления, и эффект может оказаться поразительным».

«Пациенты сталкиваются с когда-то пережитым горем, травмами, страданиями и переживают эти чувства очень интенсивно».

После трипа гид проводит интеграционную сессию, помогая клиенту адаптировать все пережитое и понятое к повседневной жизни. В MycoMeditations после интеграционных сессий отправляются на массаж, а потом плавают среди морских черепах и коралловых рифов.

Одна из участниц, пациентка с раком четвертой стадии, после ретрита почувствовала себя настолько лучше, что пожертвовала Эрику годовой заработок. Это позволило ему наконец бросить работу в ресторане (до этого он все еще жил на два дома между Ямайкой и Кентукки) и полностью сосредоточиться на центре. «Сейчас у нее ремиссия, и она путешествует по стране в своем доме на колесах Mercedes Winnebago, — говорит Эрик. — Здесь действительно происходят чудеса: не каждый день, но довольно часто».

lsd_01
Фото: Paul Goeltz / Flickr

Колибри

…Я встречаюсь с Колибри в кафе на Манхэттене, оформленном в стиле «Алисы в Стране чудес». Колибри, с ее лавандового цвета шалью и золотой брошью в форме черепахи, идеально вписывается в декор. Одна из шести детей в семье кубинских иммигрантов, она называет себя «знахаркой». Ее подход к работе гида — скорее церемониальный, чем клинический.

Тинейджером, в 1980-е, она была чирлидершей и активной участницей образовательной программы по борьбе с наркотиками. С тех пор как ей исполнилось десять, она мечтала стать социальным работником. Окончив магистратуру, она «испробовала буквально все виды социальной работы», включая должность семейного терапевта в Бронксе и метадоновую клинику. «Я была идеалисткой и мечтала изменить систему», — вспоминает она.

«Но проходили годы, и нарастала апатия. Я очень разочаровалась в системе, перегорела, стала постоянно болеть: то бронхиальные инфекции, то простуды и грипп». Во время очередной болезни она, на тот момент руководительница программы по снижению рецидивов в психиатрической клинике, вместо похода к врачу попробовала побороть простуду лекарственными растениями — корнем бузины и корой скользкого вяза. «Я впала в состояние, похожее на горячечный бред: меня знобило, я покрылась холодным потом, а главное, я чувствовала на своей груди вес какого-то существа, издававшего мурлыкающие звуки на непонятном языке. Оно звало меня. Я проснулась и сказала: „Ну все, увольняюсь“».

Окончив магистратуру, она «испробовала буквально все виды социальной работы», включая должность семейного терапевта в Бронксе и метадоновую клинику.

Вскоре после этого друг позвал ее на церемонию, где она открыла для себя аяуаску — напиток, содержащий природный галлюциноген диметилтриптамин. «К тому времени я пробовала все: грибы, ЛСД, экстази, кокаин. Но этот опыт был совсем иным. Небо распахнулось передо мной. У меня было чувство, что я наконец обрела дом. Из глаз текли слезы благодарности. Я вдруг начала говорить на том непонятном языке — щебетала, разговаривала с птицами в лесу».

Она отправилась в путешествие по Гватемале, где приняла участие еще в восьми церемониях аяуаски под руководством местных курандерос. «Когда я вернулась в свой роскошный дом, американский образ жизни меня буквально шокировал. Мне не верилось, что я снова позволю себе стать частью этой системы».

Вместо возвращения к социальной работе она начала изучать индейские традиции целительства под руководством нью-йоркского шамана. В 2015 году она приняла «знахарское» имя — Колибри — и стала сама проводить церемонии аяуаски.

На этих церемониях стоимостью $230 за ночь она раздает гостям аяуаску и поет им икарос — целебные песни, пока люди «очищаются». Желающие могут также попробовать санангу, психоактивные глазные капли, и камбо — вещество, которое получают из яда амазонских лягушек.

Колибри беспокоит, что связанные с психоделиками многовековые духовные традиции будут отброшены в процессе медикализации этих веществ. Хотя исследователи психоделиков и пытаются количественно оценить результаты с помощью инструментов вроде «Анкеты мистического опыта», опыт психоделических путешествий, как правило, выходит далеко за рамки современного научного понимания, считает она. «Аяуаска — это постоянное развитие. Там не существует никаких конечных результатов, которые так любит наука».

lsd_02
Фото: Paul Goeltz / Flickr

…С тех пор как Поллан выпустил свою книгу, читатели засыпали его просьбами поделиться контактами нелегальных гидов. Он неизменно отказывает, защищая свои источники.

«Спрос на психоделическую терапию во много раз превышает предложение и те возможности, которые у нас есть, — касается ли это клинических испытаний или нелегальных сеансов, — сказал Поллан, выступая на „Горизонтах“. — Я был потрясен, узнав, скольким людям требуется помощь. Хотел бы я, чтобы люди могли просто вызвать гида по горячей линии».

График Стива забит до предела. Он вынужден отклонять три четверти просьб — причем некоторые из них поступают от профессиональных психотерапевтов, которые рискуют лишиться лицензии за подобный интерес к нелегальным препаратам.

Впрочем, многие настроены оптимистично и верят, что психоделики будут легализованы для использования в медицинских целях. В 2017 году Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов одобрило широкомасштабные клинические испытания психотерапии с использованием МДМА для лечения посттравматических стрессовых расстройств, признав, что это вещество «может оказаться существенно эффективнее, чем существующие методы терапии». А в октябре исследователи Университета Джонса Хопкинса рекомендовали перенести псилоцибин в список IV с разрешением использовать в медицинских целях.

Движение в сторону легализации недавно получило поддержку и от Ребекки Мерсер, миллиардерши и совладелицы Breitbart: она пожертвовала $1 миллион Междисциплинарной ассоциации психоделических исследований — некоммерческой организации, которая проводит большую часть сегодняшних исследований психоделиков. А Калифорнийский институт интегральных исследований в Сан-Франциско уже сейчас предлагает программу обучения и сертификации для специалистов в области медицины и психического здоровья, которые хотели бы в будущем проводить легальную психоделическую терапию.

lsd
Фото: Paul Goeltz / Flickr

Джеки

…Большинство нелегальных гидов горячо поддерживают декриминализацию. Но некоторые — например, Джеки — говорят, что продолжат работать подпольно, даже если психоделики разрешат использовать в медицинских целях. «Мне не хотелось бы работать по медицинской модели, — объясняет Джеки. — Это слишком регламентированно для меня».

До того как стать гидом, Джеки работала доулой и акушеркой. «Я часто находилась рядом с людьми, когда они давали жизнь другим людям. Теперь я помогаю людям, которые дают жизнь самим себе».

Уйдя из семьи в 17 лет, она впервые попробовала ЛСД вместе с человеком, за которого впоследствии вышла замуж. В 1980-х она воспитывала детей и страдала от «постоянной эмоциональной боли», которую пыталась залечить любыми способами: психотерапией, йогой, медитацией, нейробиоуправлением, семинарами по самопомощи. Ничего не помогало.

Она страдала от «постоянной эмоциональной боли», которую пыталась залечить любыми способами: психотерапией, йогой, медитацией, нейробиоуправлением, семинарами по самопомощи. Ничего не помогало.

В 2016 году Джеки по рекомендации своей 30-летней дочери поехала в Коста-Рику, чтобы присоединиться к ретриту с употреблением аяуаски. После церемонии она почувствовала, что наконец избавилась от многолетней травмы. Вернувшись домой, она перестала ходить к психотерапевту («Было просто незачем. Я теперь счастливый человек»). Вместо этого Джеки стала посещать «Горизонты» и прошла обучение на психоделического гида.

Сейчас, в свои пятьдесят семь, она на постоянной основе работает гидом. Своих клиентов (от двух до четырех в месяц) она принимает или в своем доме в Новой Англии, или в арендованных на Airbnb квартирах. Ее услуги стоят несколько тысяч долларов: в эту сумму входит 48-часовой сеанс и «неограниченная интеграция после трипа». Клиенты из разных стран мира рекомендуют ее друг другу по сарафанному радио; кроме того, иногда она тренирует новых гидов.

«Будучи подпольными терапевтами, мы вынуждены задумываться: что если случится худшее и мы попадем в тюрьму? — говорит она. — Но даже если так, думаю, я и там найду способ помогать людям. Кроме того, хоть это и звучит как полный бред, я почему-то чувствую, что грибы меня защищают».


Фото на обложке: Depositphotos.

Новое и лучшее

2 431

2 895

585
786

Больше материалов