Мир

Снежный плен: Спасение из-под лавины

От схода лавин ежегодно погибает несколько сотен человек: чтобы спасти жертв, поисковую операцию нужно провести очень быстро, и часто спасатели не успевают вовремя добраться до места происшествия. Поэтому в Норвегии спасательные службы тесно сотрудничают с волонтерами, готовыми при необходимости сорваться с основной работы, запрыгнуть в снегоход и первыми оказаться в зоне бедствия. Именно благодаря им стала возможна удивительная история спасения Адины Ланге, опубликованная норвежским изданием Bergens Tidende.

Статья приводится в сокращении. Полный перевод оригинала с норвежского на английский можно прочитать на сайте Narratively.

Исчезновение

…Лавина скатилась с гор близ станции Хаугастёль. Первая волна сбила Уве Ланге с ног и понесла вниз по склону, вторая накрыла с головой. Толща снега сдавила грудь так, что он не мог дышать. Если и остальные в таком же положении, мы все тут погибнем, подумал он.

Потом Уве заметил, что может двигать правой рукой. Он напряг все силы и попытался высвободить ее из-под снега; получилось только с третьей попытки. Все остальное его тело было по-прежнему сдавлено плотным слежавшимся снегом. К счастью, в следующую минуту Уве услышал шум, а потом над его головой показалась лопата.

Уве и его 23-летняя дочь Адина – немецкие туристы, приехавшие в Норвегию в лыжный поход. В их семье никогда не было телевизора: свободное время они предпочитали проводить на природе с палатками. К примеру, весной 2016-го Уве с двумя друзьями целый месяц был в Гренландии, катаясь на лыжах и занимаясь сноукайтингом. Адина после школы уехала из родного городка в Лейпциг на учебу и очень скучала по семейным вылазкам на природу. Этот поход был ее идеей.

К счастью, в следующую минуту он услышал шум, а потом над его головой показалась лопата.

Отправились вшестером: Адина, Уве, его друзья Мартин Бёгле и Хендрик Тилеманн, дочь Хендрика Стелла и ее бойфренд Янник Мейер. 13 марта 2017 года лыжники стартовали с туристской базы в Хаугастёле. Палатки, снаряжение и продукты сложили на легкие санки. Температура была плюсовой, небо пасмурным. До пункта назначения — три дня пути через национальный парк Халлингскарвет. Опытным туристам этот маршрут представлялся увеселительной прогулкой безо всякого экстрима.

Накануне, в Хаугастёле, они поговорили с местными альпинистами и выяснили, что риска схода лавин нет. Места им были хорошо знакомы: Уве приезжал в Хаугастёль уже в третий раз, а его друзья и вовсе чувствовали себя здесь как дома. Поэтому они не взяли с собой спасательное оборудование и не сверились с норвежской системой предупреждения о лавинах. А между тем прогноз гласил: «Угроза лавин третьей степени, значительная». Большинство несчастных случаев со смертельным исходом в норвежских горах происходит именно при этом уровне угрозы: многие лыжники не считают тройку по 5-балльной шкале поводом отменять поход.

Маршрут шел вдоль холмов с пологими склонами. На второй день погода испортилась — стало холодно, ветрено и влажно. Впрочем, поводов для беспокойства по-прежнему не было, эти опытные лыжники видели условия и похуже. Вечером они разбивают лагерь для ночлега и с аппетитом ужинают картошкой с лососем.

На всякий случай Майкл отправляет мейл жене в Гамбург: «Привет, тут сложные условия, но у нас все в порядке. Пришли, пожалуйста, прогноз погоды». Ответ приходит через пару часов: «На завтра обещают штормовой ветер до 105 км/ч, сильный снег, температура -5. В Хаугастёле погода получше: легкий снег, ветер до 65 км/ч, -1». Перед сном они решают, что завтра им лучше вернуться на базу в Хаугастёль.

«На завтра обещают штормовой ветер до 105 км/ч, сильный снег, температура -5».

Утром выяснилось, что их палатки занесло снегом. За ночь сугробы выросли почти на полметра. Небо затянуто облаками, с запада дует штормовой ветер. Видимость практически нулевая. На одежду налипает мокрый снег. Дорога становится настоящей пыткой. В начале двенадцатого дня они спускаются с пологого склона рядом с горой Граскаллен. Лыжники едут на расстоянии нескольких метров друг от друга, но из-за ужасной видимости едва различают силуэты остальных. В обычное время эти места относительно безопасны, но в такую погоду даже пологие склоны не застрахованы от лавин.

И вот с 500-метровой высоты уже несется снежный поток. «Лавина!» — успевает крикнуть кто-то. В следующие несколько секунд, показавшихся ей часами, Адина молча наблюдает, как лавина стремительно надвигается прямо на них. Потом все погружается в темноту.

Первая волна лавины — рыхлый свежий снег; за ней следует вторая, где снег уже плотный, слежавшийся. 10 тысяч кубометров снега массой около 3 тысяч тонн, растянувшиеся на 200 метров в ширину, пронеслись со скоростью 60-80 километров в час и замерли, спустившись к реке. Наступила полная тишина.

катание по снегу на лыжах/сноуборде или по льду на коньках за воздушным змеем — кайтом

avalanche_02
Martin Lyngdal / SCANPIX NORWAY / AFP / East News

Хендрику Тилеманну повезло больше всех: его занесло только по колено. Он выбрался первым, достал лопаты и отправился на поиски остальных. Метрах в десяти от себя он увидел Мейера по пояс в снегу, а потом Стеллу — ей снег доходил до самой шеи. Ниже по склону они заметили торчащие из сугроба руки Уве и Майкла. Последний, еще находясь под толщей снега, нащупал у себя в кармане спутниковый коммуникатор и нажал тревожную кнопку.

«Я не могу дышать», — прохрипел Уве освобождавшему его Мейеру, и тот торопливо расчистил снег вокруг его груди. Сделав глоток воздуха, Уве первым делом спросил: «Что с остальными?» «Со всеми все в порядке, — ответил Мейер и после паузы неохотно добавил: — Кроме Адины».

«Со всеми все в порядке. Кроме Адины».

Уве хорошо разбирался в поисково-спасательных операциях. Он знал, что если человека успеют обнаружить в первые 15 минут после схода лавины, он почти наверняка останется в живых, а вот потом шансы резко снижаются. Их первые 15 минут уже подходили к концу.

Должность ведущего инженера в крупной компании, волонтерство в пожарной команде и почти 40 лет занятий альпинизмом научили Уве не поддаваться панике даже в критических ситуациях. Друзья быстро соорудили подобие спасательного оборудования из имеющегося багажа — лыж, лыжных палок, тентов от палаток — и начали прочесывать местность. Когда 15-минутные поиски ничего не дали, Уве набрал 112, сообщил о происшествии и передал их GPS-координаты.

…В это время Адина лежит глубоко под снежной толщей. Она ничего не видит и не слышит. Она пытается пошевелить конечностями, но тело как будто залили бетоном. Она пытается кричать — бесполезно. Накатывает паника: она понимает, что может здесь умереть. Она старается дышать спокойнее, чтобы экономить кислород.

Поиск

Уве и его друзья продолжают искать. Погода усложняет им задачу — следы мгновенно заметает, и становится непонятно, какие участки уже проверены. Уве поглядывает на часы: дочь пропала более получаса назад. После такого долгого времени под снегом большая часть жертв не выживает. А спасателей все еще нет.

Как выяснилось потом, два вертолета скорой помощи вылетели к ним почти сразу, но погодные условия не позволили им завершить маршрут. Пришлось садиться в городках, от которых до зоны бедствия было не меньше часа езды. Не смогли долететь и два вертолета со спасательными отрядами.

…Тем временем в поселке в 100 километрах от места схода лавины механик Пол Баккен чинил в автосервисе машину, когда ему позвонил дежурный «Норвежских собак-спасателей». «Вы можете выехать с Тедом?» «Да», — коротко ответил Баккен, предупредил заказчика, что ремонт откладывается, и сел в свой внедорожник, в котором всегда лежало наготове спасательное оборудование. На минуту заехал домой — предупредить жену и взять с собой бордер-колли по кличке Тед.

Баккен стал волонтером поисково-спасательного корпуса Красного Креста еще в 13 лет (сейчас ему 55), а в 90-е присоединился к другой волонтерской организации — «Норвежские собаки-спасатели». Вместе с другими волонтерами они каждые выходные тренируют своих собак в горах — круглый год, в любую погоду. Содержание и тренировки собаки обходятся ему в $7 тысяч в год, но он убежден, что счастье, которое испытываешь, когда удается кого-то спасти, — бесценная награда.

Содержание и тренировки собаки обходятся Баккену в $7 тысяч в год, но он убежден, что счастье кого-то спасти — бесценная награда.

Сегодня он оказывается ближайшим к месту происшествия волонтером «Норвежских собак-спасателей». Но и ему предстоит добираться не меньше полутора часов, а на счету каждая минута. Как назло, еще и подвеска ломается в самом начале пути. Он настраивается на специальную волну для спасателей, и сообщения не внушают ему оптимизма: штормовой ветер и снег задержали и вертолеты, и машины, и снегоходы. Баккен старается ехать еще быстрее: возможно, попавшим в беду туристам больше рассчитывать не на кого.

Полу уже доводилось вытаскивать людей из-под лавин, а вот для Теда это первая спасательная операция. Но он отлично натренирован: умеет отыскивать жертв в любое время года и в любом ландшафте, спасать стариков, детей, заблудившихся туристов, сбежавших пациентов психиатрических больниц и самоубийц.

В Хаугастёле Пол с Тедом пересаживаются в ремонтный поезд, который местное отделение железных дорог выделило в помощь поисковой операции. До зоны схода лавины можно добраться только так: автомобильных дорог в национальном парке нет, вертолеты не летают из-за погоды. Чтобы этот единственный путь оставался свободен для спасателей, железнодорожную линию закрывают для всех остальных поездов.

…Волонтеры съезжаются в Хаугастёль из всех окрестных городов и поселков. Плотника Гильяра Гровена звонок из поисково-спасательного корпуса Красного Креста застал за рулем. Он тут же развернулся, заехал домой, загрузил в трейлер снегоход и помчался в сторону Хаугастёля. В том же направлении ехал его друг Арильд Сястад, владелец небольшой строительной фирмы. Оба — члены волонтерской команды, спасающей жертв лавин. В Хаугастёле они заехали на поисково-спасательную базу, поговорили с полицейским офицером, координировавшим поисковую операцию, пересели в снегоходы и выехали на место происшествия. Несколькими минутами ранее туда отправилась еще одна группа на снегоходах: три полицейских, два спасателя отделения скорой помощи и местный гид. Один из полицейских, тоже волонтер-спасатель Красного Креста, обут в горнолыжные ботинки. У него сегодня выходной, и сигнал тревоги застал его во время катания.

Когда они прибыли на место, Уве и его товарищи искали Адину уже больше двух часов. Снег шел все сильнее, возникала опасность схода новой лавины. Приехавшие разделились на две группы и присоединились к поискам. Кто-то закричал «Нашел!», все сбежались и начали копать, но под снегом оказался валун.

Кто-то закричал «Нашел!», все сбежались и начали копать, но под снегом оказался валун.

Тем временем Пол с Тедом, еще одиннадцать спасателей и несколько врачей набились в крошечную кабинку ремонтного поезда. Но пути замело, поэтому сначала по ним должен пройти снегоуборочный состав. Спасатели в отчаянии: с момента схода лавины прошло больше трех часов, а они еще даже не добрались.

avalanche_04
Tore Meek / NTB SCANPIX / AFP / East News

…Адина, по-прежнему замурованная в снегу, перестает паниковать и в каком-то смысле смиряется с тем, что произошло. Она не чувствует ни боли, ни холода. Не худший способ умереть, думает она. Адина больше беспокоится об отце, чем о себе: вдруг он тоже сейчас умирает где-нибудь под толщей снега. Из-за недостатка кислорода она иногда впадает в состояние полудремы.

…Уве, Хендрик и Стелла уже валились с ног от холода и усталости, и их на снегоходах доставили в домик станционного смотрителя, который стал штаб-квартирой операции. Уве никак не может набраться храбрости позвонить домой и сказать жене, что их дочь мертва. Сам он в этом уже не сомневается.

За последние несколько часов выпало 30 сантиметров снега, и риск новой лавины становится все серьезнее. Все понимают, что в какой-то момент придется эвакуироваться. Наконец прибывает поезд с Полом и Тедом. Пса спускают с поводка. Он зарывается мордой в снег, ищет минут пять и вдруг резко останавливается.

Риск новой лавины становится все серьезнее.

Держа нос по ветру, бордер-колли поднялся по склону метров на 40 выше того уровня, где проходили поиски, и уверенно начал копать. (Владельцы собак-спасателей говорят, что их нюх отличается от нюха человека, как футбольное поле от спичечного коробка. Они способны учуять наркотики, мины и даже динамит, 50 лет пролежавший под асфальтом.)

Тед копал так яростно, что Полу на секунду пришла в голову абсурдная мысль: «А вдруг она все-таки жива?» Но он знал, что после стольких часов это невозможно. К собаке подбежали спасатели. Гровен опустил в снег зонд, но ничего не обнаружил. Сделал вторую попытку — бесполезно. В отчаянии он опустил зонд в третий раз, немного в другом месте, — и наконец почувствовал, что зонд во что-то уперся на глубине около полутора метров. «Нашел! Копаем, скорее!» — закричал Гровен. Сразу несколько спасателей стали что есть силы разбрасывать снег.

Через некоторое время показались ноги Адины. Сястаду почудилось, что одна из них пошевелилась, но он списал это на зрительный обман. Он стал руками разгребать снег вокруг девушки, высвобождая грудную клетку, и увидел, что Адина дышит. «Она жива!» — закричал он, убрал остатки снега с ее лица и снял с глаз солнцезащитные очки. Глаза девушки оказались широко раскрытыми.

Спасение

Адина судорожно вздохнула, а потом закричала — протяжным, пронзительным криком новорожденного.

Оказалось, что в отличие от остальных пяти лыжников Адину не унесло вниз по склону, так что поисковую операцию вели значительно ниже того места, где девушка все это время лежала. Ее обнаружили в 15:58 — через 4 часа 16 минут после схода лавины. Адину спасло только то, что вокруг ее головы оказался не плотный наст, а рыхлый свежевыпавший снег первой волны. Такой снег богат кислородом, и в нем можно дышать.

Девушка продолжала кричать. Врач попытался заговорить с ней, но было непохоже, что она его слышит или хотя бы замечает.

Первые моменты после освобождения человека из-под снега особенно опасны: велик риск остановки сердца. Гипотермия — сильное понижение температуры тела, — с одной стороны, защищает организм: метаболизм замедляется, мозгу требуется меньше кислорода. Но, к сожалению, сердце в таком режиме не может функционировать нормально. Помня об этом, спасатели были предельно осторожны, любое резкое движение могло оказаться для девушки фатальным. Ее уложили на брезент и бережно перенесли на санки, а оттуда на снегоход. В домике смотрителя ее уже ждала команда медиков. Адина все еще кричала и по-прежнему ни на что не реагировала.

Всех участников поисковой операции накрыла волна эйфории. Спасатели ликовали, как футбольная команда после победного матча. И только Уве ничего не знал: поезд уже увозил его в Хаугастёль. О том, что дочь жива, ему смогли сообщить лишь на станции. Весь день сохранявший мужество, в этот момент Уве заплакал и буквально упал на руки друзей.

Впрочем, опасность еще не миновала. Медики в доме смотрителя не обнаружили у девушки телесных повреждений, но их беспокоило другое: длительное кислородное голодание очень часто приводит к поражению мозга, да и риск остановки сердца по-прежнему сохранялся. Врачи удивлялись, что она вообще еще жива, ведь это противоречило всей медицинской литературе о жертвах лавин. По крайней мере, в Норвегии не было зафиксировано ни одного случая выживания после настолько долгого пребывания под снегом.

В Норвегии не было ни одного случая выживания после столь долгого пребывания под снегом.

avalanche_03
Martin Lyngdal / SCANPIX NORWAY / AFP / East News

В первую очередь нужно было восполнить недостаток кислорода и понизить содержание углекислого газа в крови девушки: малейшее промедление грозило необратимыми повреждениями в работе мозга. Было решено ввести ее в медикаментозную кому, обеспечить подачу кислорода через интубационную трубку и доставить в город, где ей смогут оказать дальнейшую медицинскую помощь. Правда, когда человек в состоянии комы, температура тела упадет еще ниже, а это рискованно; чтобы минимизировать потерю тепла, Адину завернули в специальный защитный термомешок. Кроме того, из-за риска остановки сердца было важно провести транспортировку предельно осторожно.

Снегоход на минимальной скорости вез Адину к железной дороге, откуда снегоуборочный поезд должен был доставить ее в город Гейло. Несколько спасателей постоянно поддерживали ее тело со всех сторон, следя, чтобы оно оставалось неподвижным. Из поезда ее аккуратно перенесли в машину скорой помощи, а оттуда — в кабину вертолета, который в 19:30 приземлился на крышу госпиталя Университета Осло. В отделении интенсивной терапии пациентку уже ждала команда из двенадцати медиков. Температура тела Адины к этому моменту составляла 28,5 градуса (критической отметкой считается 28), состояние оценивалось как стабильное.

Температура тела Адины составляла 28,5 градуса.

Уже к утру температура поднялась до 36,5. Очнувшись рано утром и увидев отца, Адина первым делом спросила, где ее очки, а потом — что с остальными. Она ощущала небольшую слабость, но в целом была почти здорова. Ее выписали уже на третий день.

Врачи интенсивной терапии называют случай Адины счастливым исключением: обычно жертвы лавин поступают в больницу в таком тяжелом состоянии, что медики почти ничем не могут помочь. А Адина, по их словам, к моменту прибытия к ним была «уже спасена». И это случилось благодаря скоординированному сотрудничеству профессиональных экстренных служб и волонтеров. Такая совместная работа налажена в Норвегии, пожалуй, лучше, чем где-либо в мире.

Подарок

Конечно, совсем без последствий не обошлось. Спустя несколько месяцев Адину все еще преследовали ночные кошмары, в которых она снова была похоронена под слоем снега или камней. Надвигающаяся лавина все еще стояла перед глазами. Спать девушке удавалось всего по 3-4 часа в сутки. Но обнаружились и позитивные последствия: например, способность получать удовольствие от каждой мелочи повседневной жизни. Рассветы, теплый весенний воздух, прогулки, музыка в наушниках — все теперь было поводом для радости.

После возвращения из Норвегии на Адину посыпались предложения от газет и телеканалов: все стремились заполучить ее собственный рассказ о пережитом. Ей обещали неплохие деньги, но девушке не хотелось монетизировать эти воспоминания и зацикливаться на них. О чем ей действительно казалось важным рассказать, так это о героических норвежских волонтерах.

Адина часто думала обо всех этих людях. 35 человек из одного только Красного Креста. Команда из города Гейло. «Норвежские собаки-спасатели» (как оказалось, на ее поиски в тот день выехали 11 собаководов из разных концов страны). И многие, многие другие.

Она не помнила ни момента своего освобождения, ни следующих часов — сознание вернулось к ней гораздо позже. Не помнила она, конечно, и лиц своих спасителей. Но чем больше ей о них рассказывали, тем больше ей хотелось познакомиться с ними и хотя бы сказать спасибо.

В конце августа 2017 года Адина вместе с родителями снова приехала в Хаугастёль. В этот раз здесь светило солнце, горы были покрыты сочной зеленью, и этот красочный пейзаж совсем не походил на снежный ад, из-за воспоминаний о котором она теперь ходит к психотерапевту. На место, где сошла лавина, они приехали на велосипедах. А вскоре там появились еще три человека и один четвероногий супергерой: Пол Баккен с Тедом, Гильяр Гровен и Арильд Сястад, которым Адина напрямую обязана своим спасением.

Тед (он после этой истории стал в Норвегии знаменитостью: его фотографии печатали в газетах, телеканалы приглашали его в утренние шоу) положил лапы на колени Адины, обнюхал лицо, лизнул в обе щеки. Волонтеры ведут семью к месту на склоне, где зонд Гильяра уперся в ботинок Адины. Когда Арильд вспоминает, как стряхнул с ее лица снег и увидел широко раскрытые глаза, из-под его солнцезащитных очков скатывается слезинка. «Я никак не мог в это поверить», — говорит он, смахивая ее.

Позже, за кофе, они рассказывают о деталях своей работы, о спасательном оборудовании, о тренировках и обучающих курсах, которым они посвящают многие часы. «Если хотите, присоединяйтесь к нам на курсе по спасению из-под лавин следующей весной», — предлагает Арильд. Уве и Адина принимают приглашение.

Уве особенно поразило то, что спасательное снаряжение и технику волонтеры покупают за собственные деньги. Ему давно хотелось как-то отблагодарить спасателей, и после этого разговора идея возникла сама собой: он решил, что купит для них оборудование.

Перед тем как попрощаться с Полом и Тедом, Адина вручает им подарки. Полу — карандашный портрет Теда в рамке, точную копию рисунка, который Стелла подарила ей в госпитале Осло (оригинал висит у нее дома). Теду — большой пакет собачьих лакомств.

Оказывается, у Пола тоже есть для нее подарок: ярко-желтая фирменная шлейка «Норвежских собак-спасателей» с именем Теда. Она была на нем в тот день, когда он спас Адину. На этот раз слезы наворачиваются уже у всех.


Фото на обложке: Jan-Morten Bjornbakk / SCANPIX NORWAY / AFP / East News

Новое и лучшее

754

917

349
27

Больше материалов