Похотливая леди и ее клиенты: Работа в секс-клубе глазами фотографа

— Мне не хватало денег, чтобы окончить университет, — я училась на фотожурналиста. Это одна из причин, почему я решила попробовать. Кроме того, я знала людей, которые там работали, и мне нравились их рассказы о необычных клиентах и отвязных сотрудницах. Так что я очень хотела стать частью сестринства «Похотливая леди» и иметь возможность поделиться несколькими хорошими историями. Стоит признать, я не была разочарована!

До этого я никогда не занималась секс-работой, хотя уже много лет была громкой и напористой панк-феминисткой. Когда мне пришла идея попробоваться на роль стриптизерши в «Похотливой леди», я сама испугалась этого, но все равно решилась, чему и рада.

Когда страх перед прослушиванием отступил, я поняла, что стала более смелой, по сути превратилась в экстраверта. Быть стриптизершей для меня означало носить «костюм» — очень женственное нижнее белье, каблуки и парик. И я создала альтер эго — стриптизершу Ташу. Она могла быть той, кем я хотела ее видеть, и это очень раскрепощало.

Я создала альтер эго — стриптизершу Ташу. Она могла быть той, кем я хотела ее видеть.

Сама работа была похожа на любую другую: веселая, скучная, утомляющая, раздражающая, захватывающая, меняющая жизнь. Любая работа — это же то, что ты делаешь, верно? В моем случае я начала объединять свой творческий, фотожурналистский мир с моей секс-работой, и это стало для меня волшебной формулой, позволяющей делать и то и другое.

Я никогда не рассказывала своим начальникам, чем занимаюсь, потому что знала, что они воспользуются этим против меня и, может быть, даже уволят. Так что я решила, что лучше просто фотографировать, не спрашивая их разрешения. Но об этом знали другие танцовщицы, а некоторые сотрудники даже помогали мне, когда нужно было поменять свет или сделать определенные снимки.

Что касается моих клиентов, я всегда спрашивала, могу ли я их сфотографировать. Я воспринимала это как коллаборацию. Они должны были решить, как им хочется представить себя перед камерой, и иногда это означало, что они закрывали лицо или показывали мне свою задницу. Я никогда не знала, что получу в ответ.

Конечно, не все говорили «да». Мы вместе проводили время в двух смежных частных кабинках. Мы были разделены стеклом, но могли слышать и видеть друг друга. Цена шоу, в котором я раздевалась и притворялась, что мастурбирую, составляла $5 за три минуты. Если они хотели получить шоу с дилдо, тогда стоимость стартовала от $10. Поэтому я начала предлагать бесплатное шоу с дилдо в обмен на разрешение их снять. Я говорила, что учусь на фотографа и делаю проект о своей жизни. Некоторых это устраивало, но иногда люди не были заинтересованы в участии.

Я начала предлагать бесплатное шоу с дилдо в обмен на разрешение их сфотографировать.

Снимать эту серию было очень увлекательно. Я понимала, что исследую темную сторону капитализма и патриархата, которая раньше практически не была задокументирована, и как начинающая фотожурналистка не могла найти лучшего места, чтобы научиться справляться с трудной ситуацией посредством камеры.

У меня был отличный профессор в Государственном университете Сан-Франциско — Кен Кобре, он фактически написал учебник, который используют в классах фотожурналистики во всем мире. Его руководство во время съемок проекта было бесценным. Так что для меня это стало пиком жизни в 24 года или вроде того.

Съемка портретов моих клиентов изменила меня, сделала более человечной. Я не могла представить такой результат — все же я анонимно показывала свое тело за деньги. Я бы сказала, что проект помог немного сбалансировать расстановку сил между мной и клиентами. Это дало им возможность увидеть во мне нечто большее, чем просто обнаженную женщину, которая раздвигает ноги во время дрочки. Вместо этого я была фотографом — обнаженной женщиной, которая давала им возможность поработать вместе над уникальным проектом. И все это, пока они дрочили!

Я думаю, что многие из моих клиентов были одинокими. Они хотели привлечь внимание сексуальной женщины, почувствовать себя нужными, увидеть мой интерес к ним, несмотря на то, что, возможно, им было стыдно из-за их особого фетиша или их потребности посетить заведение. Хотя некоторые просто хотели бесплатного шоу с дилдо.

Мне неприятно думать, что я единственный человек, который пытался задокументировать этот мир с точки зрения секс-работника. Я бы хотела, чтобы моя серия побудила других секс-работников задокументировать и свой мир. Им (и другим фотографам) я говорю: никогда не предполагайте, что вы не можете что-то снимать или что люди скажут «нет». Всегда лучше спросить, чем предполагать.

В дальнейшем я контактировала только с одной женщиной из проекта — на фото она брызгает молоком, в то время как за ней наблюдает ее парень. Это отличная история, о которой я подробно рассказываю в книге. Но в остальном нет, никто не пытался со мной связаться. Прошло 30 лет с тех пор, как я их сняла, так что кто знает, где они все сейчас.

Я была фотографом — обнаженной женщиной, которая давала им возможность поработать вместе над уникальным проектом. И все это, пока они дрочили!