Фотопроект

Кредит за 30 минут

Московский журналист и фотограф Кирилл Руков снимает выживающую Россию, которая выглядит совсем не так, как представляют ее себе иностранцы или жители Садового кольца. Он всюду ищет «жесть, е**ня и мякиш» — далекие от прогрессивной урбанистики места, где царствуют нулевые с их нелепыми, но живыми вывесками.

Благоустройство Москвы в последние годы приобрело тотальный характер. Реакция общества смешанная. С одной стороны, одобрение широких тротуаров, городских ярмарок и украшений, с другой — недовольство сносом всего «недостаточно эстетичного»: палаток с шаурмой и газетами, подземных торговых павильонов и одноэтажных цветочных магазинов. Многие горожане жалуются, что в жертву урбанистике было принесено их удобство, не говоря о частной собственности владельцев палаток.

В других городах «эстетизация» пока не достигла такого размаха. Кирилл Руков снимает, как жизнь пробивается сквозь препоны — мини-рынками и стикерами МФО.

Кирилл Руков 23 года

Журналист из Москвы, специальный корреспондент The Village. Работал в интернет-издании «Йод» и журнале «Сноб».

— Я начал снимать серию «в кредит», потому что захотел повоевать со стереотипами. В голове иностранцев русские города — это большое, холодное, опустошенное, застрявшее во времени постсоветское пространство, похожее на декорации к фильмам Германа-младшего. Слава богу, Россия не такая, и я снимаю то, что в этот стереотип не укладывается, — фанфары молодого бизнеса и гербы выживания.

Реклама есть везде, где есть торговля, она окружает любые потоки людей. То, что я называю «русским реалистическим капитализмом», основывается на двух визуальных маркерах: это многоэтажный девелоперский бум 2005—2010 годов и рукотворный хаос рекламных вывесок, стикеров, уличных плакатов, баннеров, щитов, ларьков. Вместе они создают мощный визуальный конфликт. Реклама обволакивает все поверхности, агрессивный бетон и металл отвоевывают гектары земли и не боятся соседства с избами.

Чтобы найти локальные центры в городах, куда я приезжаю на съемки, я сделал фотопаблик. Использовал его для каучсерфинга и заодно заводил новых друзей — проводников. Общий язык всегда находится быстро: люди понимают, что я ищу либо «жесть», либо «е**ня», либо «мякиш», то есть кипящую жизнь в местах, свободных от прогрессивной урбанистики и благоустройства. Это вовсе не обязательно окраины — мне интересны локальные центры, фасады районов, где люди по-настоящему живут, а не куда приезжают только отдохнуть и сфотографировать еду для инстаграма.

Rukov_03
Rukov_02
Rukov_04
Rukov_05
Rukov_06
Rukov_07
Rukov_08
Rukov_09
Rukov_10

В широком смысле я снимаю тот же стрит, в более узком — псевдоретроспективную фотографию. Я пытаюсь найти остатки нулевых в середине десятых и заставить зрителя испытать ностальгию по эпохе, которая еще не закончилась. Я трачу много времени на постобработку под советскую фотохронику и разнотемпературную пленку — в каком-то смысле это мошенничество, но меня волнует только конечное зрительское впечатление, а не метод.

В каком-то смысле это мошенничество, но меня волнует только конечное зрительское впечатление, а не метод.

Я до сих пор выкладываю новые снимки только в паблике Вконтакте, сейчас там 11 тысяч подписчиков. В этой соцсети есть целое подполье молодых стрит-фотографов вроде Даниила Максюкова, Артема Урванцева, Влада Зверева, Вадима Соболева, Никиты Моргунова, Константина Тишше и многих других, кто завел собственные паблики и выкладывает в них свои работы, потому что не имеет выхода на российскую галерейную или фестивальную фототусовку. Мы помогаем друг другу в раскрутке, в какой-то момент Соболев даже неформально объединил нас в «Ассоциацию худших фотографов (АХУФО)».

Rukov_11
Rukov_12
Rukov_13
Rukov_14
Rukov_15
Rukov_16
Rukov_17
Rukov_18
Rukov_19
Rukov_20
Rukov_21
Rukov_22
Rukov_23
Rukov_24
Rukov_25

Мне бы хотелось, чтобы мои фотографии печатали на открытках. Помню, как первая девушка прислала мне открытку из Парижа: там была снята какая-то совершенно обычная сценка на бульваре. И я понял, что в России такую открытку представить сейчас просто невозможно — остались только закаты и купола, только самое пошлое.

В России остались только закаты и купола.

Места на моих снимках якобы символизируют бедность, которую мы всеми силами пытаемся скрыть или которой стараемся избежать, — но ничего не поменяется, если мы однажды не решим принять свой быт таким, какой он есть. Забавно, что торговые улочки и базары на Ближнем Востоке, в Индии, Марокко, Турции, Бангладеш почему-то стали туристическим брендом и «диковинкой», а в России никто даже не думает в этом направлении. Все только-только зародившиеся точки притяжения стерилизуют, ликвидируют, не оставляя им шансов через десять лет стать модными улочками вроде Маросейки.

Rukov_34
Rukov_30
Rukov_26
Rukov_27
Rukov_28
Rukov_29

«Кредит» как фотопроект не имеет конца. Можно возвращаться на одну и ту же станцию каждый год, и она будет каждый раз новой; рынок регулярно перестраивается, как колония бактерий.

Никогда не снимал на пленку или на другие фотоаппараты, кроме Canon 550D с объективом 15-85. У него давно сбита центровка, и правый верхний угол фотографии всегда нерезкий, там вылезает хроматическая аберрация. Странным образом мне это играет на руку.

Rukov_31

Новое и лучшее

12178

225

4162
2230

Больше материалов