Дерись как девчонка: Как женщины сражались на дуэлях

Мировая литература при описании дуэлей отводит женщинам роль пассивных (или не очень) наблюдательниц. Зато женские поединки не обошла вниманием живопись: так, картина Хосе де Риберы «Женская дуэль» (1636), выставленная в мадридском музее Прадо, изображает вполне реальный поединок, произошедший в 1552 году в Неаполе. Две знатные горожанки — Изабелла де Карацци и Диамбра де Поттинелла — в присутствии десятков зрителей и испанского наместника сразились за любовь некого Фабио де Зересолы.

Вообще-то они были хорошими приятельницами — до тех пор, пока не влюбились в одного и того же мужчину. Красавчик Фабио де Зересола муками выбора не терзался и встречался с обеими сеньоритами, о чем они понятия не имели, пока не столкнулись все втроем на светском мероприятии. Не сумев поделить Фабио на словах, бывшие подруги договорились встретиться шесть дней спустя и по всем правилам сразиться на мечах и копьях.

Посмотреть на дуэль собрался весь Неаполь, включая испанского наместника. Соперницы, разодетые со всей возможной элегантностью (одна — в небесно-голубом, другая — в зеленом), прибыли на место встречи верхом и по сигналу рожка взялись за копья, а позже перешли на мечи. После долгого боя, в ходе которого участницы, к счастью, остались живы и относительно здоровы, победительницей была признана Диамбра. Неизвестно, достался ли ей в качестве главного приза ветреный Фабио, но о дуэли вся Европа говорила еще долго. А сто лет спустя художник Хосе де Рибера изобразил эту сцену, стилизовав ее, правда, под эпизод из истории Древнего Рима.

Восхитительную историю опубликовал в 1792 году один из лондонских журналов. Две английские дамы, леди Альмерия Брэддок и миссис Элфинстоун, наслаждались файф-о-клоком и чинной беседой, пока одна не заметила с невинным видом: «Вы были очень красивой женщиной!» — «Что значит „были“»?» — обиделась другая. «Нет-нет, у вас и сейчас очень достойное лицо, несмотря на следы увядания. Но 40 лет назад мужчины, наверное, не могли оторвать от вас глаз!» — «40 лет назад?! Да вы с ума сошли! Меня и 30 лет назад еще на свете не было!» — «О, тогда Артур Коллинз, автор „Книги пэров“, опубликовал вопиющую клевету в адрес вашей светлости! Он пишет, что вы родились в 1732-м».

После такого обмена любезностями дамам ничего не оставалось, кроме как встретиться в Гайд-парке и сразиться сначала на пистолетах, а потом на шпагах. Победила леди Альмерия, ранив соперницу в руку, а миссис Элфинстоун пришлось написать ее светлости письмо с извинениями.

Одна из первых женских дуэлей на пистолетах произошла в 1719 году во Франции между двумя знатными дамами, не поделившими Луи Франсуа Армана дю Плесси, герцога Ришелье и правнучатого племянника «того самого» кардинала, известного по романам Дюма. Герцог имел прочную репутацию покорителя женских сердец: достаточно сказать, что его собственный отец настолько устал от скандальных похождений наследника, что лично распорядился заключить его в Бастилию в невероятном 15-летнем возрасте. Впоследствии ходили упорные слухи, что автор «Опасных связей» Шодерло де Лакло писал своего Вальмона именно с него.

Так или иначе, когда герцог оставил графиню де Полиньяк ради новой пассии, маркизы де Несль, первая чуть с ума не сошла от ревности и немедленно отправила сопернице письмо с официальным вызовом. Встретившись в Булонском лесу, дамы взялись за пистолеты, и графиня неопасно ранила обидчицу в плечо. Результатами дуэли обе были поначалу довольны: одна чувствовала себя отмщенной, другая считала, что теперь, когда она пострадала за любовь, Ришелье останется с ней навсегда. Бедные дуэлянтки не знали, что, пока они выясняли отношения, герцог переключился на новую пассию.

Принцесса София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, будущая императрица Екатерина II, в детстве предпочитала играть с мальчишками и потому к 14 годам неплохо владела шпагой. Именно столько ей было в 1743 году, когда она затеяла дуэль со своей кузиной, 17-летней принцессой Кристиной-Анной (к счастью, обе участницы остались целы). Причину ссоры история не сохранила, но известно, что, уже став российской императрицей, Екатерина сохранила довольно лояльное отношение к дуэлям (в отличие, скажем, от Петра I, который всеми силами пытался искоренить эту традицию). Она, конечно, издала в 1787 году «Манифест о поединках», в котором обещала суровые кары всем организаторам и участникам дуэлей, но во время ее правления эти санкции оставались на бумаге. Более того, поговаривали, что императрица и сама в качестве секундантки участвовала в нескольких придворных поединках. Правда, настаивала, чтобы они проходили «до первой крови», без серьезных увечий.

Самый кровавый случай женской дуэли зафиксирован в 1829 году в Орловской губернии. Две помещицы, Ольга Заварова и Екатерина Полесова, конфликтовали несколько лет, пока не решили наконец выяснить отношения раз и навсегда. В назначенное время они сошлись в березовой роще, вооруженные кавалерийскими саблями своих мужей, и буквально изрубили друг друга в куски: одна скончалась на месте от ранения в голову, другая спустя сутки умерла от ранения в живот. При побоище присутствовали 14-летние дочери обеих помещиц и их гувернантки, выступавшие в роли секунданток.

История на этом не закончилась, а переросла в кровавую вендетту: через пять лет дочери погибших сошлись в той же роще и с теми же секундантками. Короткая схватка на шпагах закончилась победой Александры Заваровой: Анна Полесова была убита на месте.

Забавная и, к счастью, почти бескровная дуэль произошла в Бельгии в 1886 году между француженкой Мари-Роуз Асти де Вальсэр и американкой по фамилии Шелби.

Мадам де Вальсэр была известным врачом и убежденной суфражисткой, требовавшей для женщин права голоса и равной оплаты труда. А еще отлично держала в руках шпагу и даже основала женский клуб фехтования: она уверяла, что этот вид спорта крайне полезен женщинам, в особенности кормящим мамам. Мисс Шелби тоже была врачом, и как-то раз дамы затеяли спор о том, чьи медицинские наработки прогрессивнее – французские или американские. В запале мисс Шелби назвала коллегу идиоткой, в ответ на что француженка хлестнула обидчицу по щеке перчаткой — классическое приглашение к дуэли. Соперницы сошлись не где-нибудь, а на поле Ватерлоо. Более опытная в фехтовании де Вальсэр слегка оцарапала шпагой руку мисс Шелби и была объявлена победительницей. На этом конфликт был исчерпан, и впоследствии француженка даже отзывалась о мисс Шелби весьма лестно.

Интересно, что месяц спустя де Вальсэр попыталась вызвать на поединок соосновательницу Армии спасения Кэтрин Буз, написав ей, что если та «не заберет свои пагубные доктрины обратно в свою Англию, она будет вынуждена требовать удовлетворения с оружием в руках». Но миссис Бут, убежденная пацифистка 57 лет, на провокацию не поддалась.

Впрочем, возраст не всегда становился помехой для дуэлей. Пример тому — попавший в газеты конфликт между двумя светскими львицами Викторианской эпохи. Княгиня Паулина Клементина фон Меттерних, законодательница мод при дворах Наполеона III и Франца-Иосифа, в 1892 году была избрана почетным президентом Венской музыкально-театральной выставки. В процессе подготовки мероприятия у нее возникли непреодолимые разногласия с председательницей Дамского комитета графиней Килманнсегг — причиной стали разные подходы к цветочному оформлению выставки. Спор о прекрасном закончился тем, что княгиня, на тот момент уже 56-летняя, вызвала оппонентку на дуэль.

Соперницы вместе с не менее знатными секундантками встретились в Вадуце, столице княжества Лихтенштейн. Специально приглашенный врач, баронесса Любинская, высказала опасение, что даже легкие царапины при соприкосновении с не слишком стерильной одеждой смогут привести к заражению, поэтому потребовала, чтобы обе знатные дамы… разделись до пояса. Пришлось почтенным матронам сражаться на шпагах топлес.

Мода на женские дуэли докатилась и до Нового Света. «На прошлой неделе, — писала в 1817 году одна из газет штата Джорджия, — вопрос чести разрешился между двумя молодыми леди: Джейн Уэйл и Синди Дайер. Их объект присутствовал в качестве судьи. Ему пришлось своими глазами увидеть, как одна из его поклонниц, серьезно раненная соперницей, упала». Далее газета сообщала, что «все было обставлено с соблюдением правил, и победительница вышла замуж за арбитра, как и было предусмотрено условиями дуэли». Такая вот американская практичность.

Об аналогичном случае сообщает газета «Камско-волжская речь» за 1912 год. «Две фабричные девушки — Мария Чунилкова и Екатерина Зубенко, проживающие в Одессе с малых лет, были подругами. Они всегда были вместе — одна без другой никуда не ходила. Но вот появился некий Валентин С., и бывшие неразлучные подружки сделались лютыми врагами. Каждая из них старалась завладеть Валентином. Молодому же человеку девушки нравились в одинаковой мере. Ревность подруг с каждым днем усиливалась, и кончилось дело тем, что однажды Мария сказала подруге: „Знаешь, я вызываю тебя на дуэль! Кто кого победит, тот явится женою Вали! Согласна?“ Та согласилась».

Фабричные девушки фехтовать не умели, а пистолетов у них не было, так что дуэль происходила на ножах. Закончился поединок трагически: когда одна из девушек уронила нож, другая бросилась на нее и нанесла множество ран. «В квартиру Зубенко сбежались соседи, — рассказывает хроникер. — Умирающую девушку увезли в больницу, а Чунилкову — в участок. „Теперь он мой!“ — не переставала повторять убийца, сама близкая к помешательству».

Многостраничные дуэльные кодексы, регламентирующие каждую деталь мужских дуэлей, конечно, обходили женские поединки стороной: для дуэльной этики последних вообще не существовало. Именно поэтому многие дуэли между женщинами отличались особой жестокостью: соперниц в их ярости и страсти никакие правила не останавливали. Можно только порадоваться, что в наши времена дуэли окончательно вышли из моды — или, по крайней мере, перешли в виртуальное пространство.