Мир

Гривна выживет, люди — не все: Экономика карантина

Никто не знает, насколько сильно коронавирус и карантин ударят по мировой экономике, — но некоторые последствия можно осторожно предсказать. По просьбе Bird in Flight специалисты из Центра экономической стратегии (ЦЭС) рассказали, что ждет авиакомпании-лоукостеры, должно ли государство раздавать деньги пострадавшим от кризиса и станет ли разрыв между богатыми и бедными еще больше.

По словам исполнительного директора ЦЭС Глеба Вышлинского, пять недель карантина сами по себе обойдутся Украине примерно в 4% ВВП. Вдобавок по выходе из него спрос не восстановится автоматически, поскольку работники и предприятия уже потеряли часть доходов (судя по опросам предприятий, в среднем доходы упали на 30-40% по сравнению с обычным уровнем). Если карантин будет продлен, то начнутся массовые увольнения и закрытие компаний, что приведет к еще большим потерям и чрезвычайно осложнит восстановление экономики.

На это накладывается глобальный характер кризиса: даже при завершении карантина в Украине предприятия-экспортеры столкнутся с сократившимся спросом за рубежом. Проблемы могут сохраняться в цепочках поставок из-за закрытия границ или упавшего производства компонентов в других странах.

Говоря о карантине, политикам обычно приписывают выбор между экономическим ущербом и высокой смертностью. При этом ни про один сценарий действий нельзя сказать, сколько людей переболеет и сколько умрет от осложнений, вызванных вирусом. С другой стороны, высокая смертность сама по себе вызывает экономический ущерб, который тоже трудно предугадать. По мнению Вышлинского, в этой ситуации политики руководствуются в первую очередь страхом перед заполненными коридорами больниц, грузовиками трупов и давлением испуганного общества. Невидимые потери для экономики и благосостояния граждан оказываются менее важными при принятии решений.

Кто пострадает и кого спасут

Конечно, одни отрасли — например, туризм или ритейл — пострадают больше других. Сохранятся ли эти изменения надолго, зависит от продолжительности карантина и мер, которые примет государство.

Например, распространенный страх, что из-за резко прекратившихся перелетов закроются лоукостеры, скорее не оправдан. Как говорит советник ЦЭС Дмитрий Горюнов, государства будут стараться спасти авиалинии, аэропорты и навигацию: там дорогие активы и высококвалифицированные кадры, которые сейчас не смогут найти работу за рубежом. Вдобавок многие эти компании и так принадлежат государству.

EN_01421923_0437_covid_economy
Берлинский аэропорт Тегель, 30 марта 2020 года. Фото: Michael Kappeler / DPA / East News

А вот торговлю на рынках, отели и рестораны, туристический сектор, культуру, спорт, мелкие услуги будут спасать по мере возможностей. На структуру экономики это не сильно повлияет: как отмечает Горюнов, формально на эти рынки (ЦЭС называет их «красной корзиной») приходится всего 2% ВВП. Но в них заняты люди, и дополнительная сложность в том, что во многих этих секторах большая доля «тени»: на бумаге сотрудники часто получали зарплату примерно на уровне минимальной. Даже если какое-то время платить им из бюджета официальную зарплату, это покроет далеко не все потерянные доходы.

Государства будут стараться спасти авиалинии, аэропорты и навигацию. Рестораны и рынки — по мере возможностей.

Многие люди, занятые в этих секторах, могут потерять работу, и им придется менять сам род деятельности. И хотя проблема потери квалификации будет небольшой — в секторе много неквалифицированных кадров, — общий спрос в мире падает, и не у всех получится найти новую работу.

Официальная занятость этих секторов — 765 тысяч человек (по данным 2018 года). Как говорит Горюнов, если предположить, что все эти люди окажутся без работы, то безработица вырастет примерно в полтора раза — с 8,2% в 2019 году до 12,4%. Занятость снизится и в других, умеренно пострадавших отраслях — но для них эффект пока сложно оценить.

221 тысяча человек заняты торговлей на рынках, 224 тысячи работают в общественном питании, где только часть персонала квалифицирована

полная, по методологии МОТ

EN_01422322_0203-2_covid_economy
Пустующий Луврский музей, 31 марта 2020 года. Фото: Julien Mattia / Anadolu Agency / Abaca / East News

Что даст «раздача» денег

Многие страны пытаются смягчить кризис вливанием денег в экономику — и через финансовый сектор, и через прямые выплаты гражданам. Некоторые считают такие меры популистскими, но, как отмечает заместительница директора ЦЭС Мария Репко, они призваны бороться сразу с несколькими «шоками».

  • С шоком спроса: люди, которые внезапно лишились работы, продолжат потреблять на деньги, полученные от государства. Одни страны возмещают часть зарплаты (обычно 50-70%), другие выплачивают фиксированные суммы; многие помогают только тем, кто пострадал сильнее всего. В Украине инвалиды и пенсионеры получат тысячу гривен.
  • С шоком предложения: компании с упавшей выручкой получают подушку ликвидности, чтобы пережить пандемию не закрывая производство. Например, ЕЦБ кредитует банки на дополнительные 120 миллиардов евро, чтобы те кредитовали пострадавшие от коронавируса компании.
  • С шоком ожиданий: людям дают понять, что государство их не бросит. Такой патерналистский подход направлен на то, чтобы люди меньше затягивали пояса и не берегли все деньги на черный день. Поскольку карантин и так обрушивает спрос, стимулирование потребления помогает экономике падать не так сильно.

По словам Репко, полностью с этими «шоками» вливания не справятся: потрясение чересчур сильно, и угроза исходит не от финансовых рынков, а от реального сектора. Кроме того, слишком крупные вливания на фоне спада производства могут привести к росту цен. А стоимость активов на финансовых рынках будет поддерживаться деньгами центральных банков, то есть не будет отражать реальный уровень риска.

Чем больше люди затягивают пояса, тем больше стресс для экономики в целом.

имеется в виду увеличение программы LTRO, по которой ЕЦБ на год дает деньги банкам по низкой ставке под залог их ценных бумаг

EN_01417378_0216-2_covid_economy
Падение японских биржевых индексов после всплеска заражения в Японии, 28 февраля 2020 года. Фото: Yomiuri Shimbun / Associated Press / East News

Не печатать деньги и не держать курс

Вышлинский отмечает, что самые богатые страны, в которых стоимость госзаимствований близка к нулю, могут позволить себе на месяц устроить для остановленной экономики «коммунизм». А Украина в состоянии покрыть дефицит бюджета только деньгами МВФ и других официальных кредиторов или же печатанием необеспеченных денег, что по сути будет самообманом: выплаты бюджетов съест инфляция.

Другой проблемой стран, валюта которых — не доллар или евро, становится падение курса, а значит, удорожание товаров. Однако, по словам Репко, Национальный Банк Украины проводит достаточно грамотную политику интервенций: не удерживая курс, а только сглаживая резкие колебания. Именно через курс маленькая открытая экономика Украины может абсорбировать часть внешнего шока — не нужно этому препятствовать.

Кроме того, структура экспорта и импорта Украины сейчас играет гривне на руку: цены на топливо снизились, а спрос на аграрные товары и продовольствие, скорее всего, останется высоким. Болезненная потеря переводов трудовых мигрантов отчасти компенсируется их затратами внутри страны; курс поддержит и то, что украинцы не будут тратить деньги на зарубежный туризм.

IMG_7849_covid_economy
Пустое табло пункта обмена валюты. Киев, март 2020 года. Фото: Саша Быченко

Бедные станут беднее, а богатых мало

За последние несколько лет украинцы привыкли к высоким темпам роста реальных доходов — зарплаты с корректировкой на инфляцию росли по 10 и больше процентов в год. Очевидно, что теперь реальные доходы упадут. Но из-за необычного характера кризиса удар будет очень неравномерным: например, сельхозпроизводители могут и не почувствовать особых проблем, а работники ресторанов и кафе потеряют доход за несколько месяцев.

При этом рассчитывать на то, что условный средний класс спокойно переживет кризис, отказавшись от такси и баров, не приходится. По словам экономистки ЦЭС Дарьи Михайлишиной, среднего класса в Украине не так много — даже люди, которые получают среднюю зарплату, часто не имеют «подушки безопасности» на время кризиса. В частности, опрос социологической компании Gradus показал, что у 57% украинцев сбережений хватит только на месяц карантина или меньше (еще у 16% — на 1-2 месяца).

Даже люди, которые получают среднюю зарплату, часто не имеют «подушки безопасности».

Уже ясно, что увеличится разрыв между богатыми и бедными. Михайлишина и Горюнов выделяют сразу несколько причин.

  • В секторах «красной корзины» много низкооплачиваемых профессий — эти работники потеряют и так небольшие доходы.
  • Более защищенными будут те, кто трудоустроен официально, и те, кому относительно несложно перестроиться на удаленную работу — в основном они зарабатывают больше среднего.
  • Те, кто владеет излишним жильем, продолжат или начнут его сдавать, разве что немного уступив в цене. А многим съемщикам придется и дальше платить за аренду, независимо от того, стали ли они меньше зарабатывать.
  • Состоятельных людей меньше касается временный дефицит товаров (круп, средств гигиены) — в основном он возникает в дешевом и среднеценовом сегментах.
  • Тех, у кого есть автомобиль, не коснулось ограничение работы общественного транспорта.
  • Обеспеченные граждане смогут сохранить свой стиль жизни (с поправкой на закрытые границы, неработающие рестораны и спортклубы), даже временно не имея доходов, — просто на сбережения или пассивные доходы.

После окончания карантина нельзя ожидать, что люди сразу вернут себе докризисный уровень достатка. Поэтому даже если переход на удаленную работу поможет части населения сэкономить, это не сильно компенсирует потери от кризиса.


Фото на обложке: Международный аэропорт Мюнхен имени Франца Йозефа Штрауса, 1 апреля 2020 года. Фото: Christof Stache / AFP / East News

Новое и лучшее

957

448

65
52

Больше материалов