Самый молодой директор России

На реке Вороньей в Мурманской области стоит каскад Серебрянских ГЭС. Во время их строительства в 1970-х возникли поселки Серебрянский и Туманный.

Сейчас в Туманном живет около 500 человек, почти все они работают на ГЭС. Регулярно поселок бывает отрезан от цивилизации из-за сильных метелей: все дороги перекрывают, не привозят даже продукты.

Никита — директор местной школы. В 2016-м, в 21 год, он стал самым молодым школьным директором в России.

Мы решили поехать на машине до Северного Ледовитого океана и снимать истории людей, но не планировать встречи — все должно происходить по воле случая.

Я открыл аккаунт на каучсерфинге и стал искать хозяев квартир в поселке Туманном, где мы хотели остановиться. На выбор были четыре жилых дома из девяти построенных: в них проживают 500 тумановцев. Только один человек был открыт для контакта. В биографии было написано, что его зовут Никита, ему 23, он учитель местной школы, избравший делом своей жизни работу с детьми.

Мы сразу решили, что Никита должен стать одним из героев нашего проекта.

И мы погнали — на «пежо» сквозь ветра тундры, достигающие 30 метров в секунду. Мы не знаем, сможем ли вернуться вовремя: снегопады и вьюги в любой момент могут закрыть проезд. Белая дорога уходит за горизонт.

Поселок довольно милый, хотя по запросу «Туманный» Google выдает только мрачные черно-белые фотографии заброшенных пятиэтажек.

Квартира Никиты пустая — мебели нет. Четыре комнаты отражают звук и свет. Спальники мы положили прямо на пол, хозяин спит на каталке из местной больницы. На кухне стол, который Никита собрал из двух тумбочек и большого куска фанеры.

«Квартиры такие всем дают, кто приезжает. — Никита вырос в городе Никеле Мурманской области. — Их много, а людей почти нет».

У Никиты два высших образования — педагогика и менеджмент. В школе Туманного десять учителей, трое из них высшей категории. Обучение девятилетнее, в школе 38 учеников. В самом многочисленном классе — пять детей, в выпускном в этом году — один. И еще 30 малышей в детском саду, который тоже находится в ведении Никиты.

Мы сварили рис в пароварке и пошли спать.

«Детей трудных не бывает. Бывают особенные». Это говорит двухметровый двадцатитрехлетний почти лысый парень, и мы понимаем, что наши представления об образовании в России уже никогда не будут прежними.

Никита грозится не пустить нас в дорогу, если будет сильный ветер. Рано утром, заваривая чай в термосе для поездки в Териберку, мы уверяем его, что все будет нормально. Машем Никите рукой и смотрим, как он идет в школу.

Дороги не видно.