«Как же мы глупо выглядим»:
Юрген Теллер — фанат футбола

Позируя Юргену Теллеру, Виктория Бекхэм упаковывалась в сумку, Арнольд Шварценеггер совал голову в пасть крокодилу, Вивьен Вествуд (в свои 68) раздевалась догола. Теллер — из тех редких фотографов, чьи коммерческие съемки котируются как современное искусство. Тем сложнее представить его в образе футбольного болельщика. Хотя самому себе Теллер, кажется, интересен в первую очередь именно в этом амплуа. Увлечению футболом посвящены сразу два его личных проекта: «Голышом на футбольном поле» и Siegerflieger.

Вы только болельщик или игрок тоже?

В 70-х — начале 80-х, когда я учился в школе, футбол был страшно немодным. Вот тогда я и занимался им: я был капитаном школьной футбольной команды в нашей деревне. Мы обычно играли деревня против деревни или против соседнего города. Мы, мальчишки, уже начинали интересоваться девочками, но в те годы девочки и слышать не хотели про эту фигню. Это сегодня девушки занимаются йогой, пилатесом или чем-то таким, на завтрак у них авокадо, фрукты. А тогда все было иначе, реакция у них была примерно такой: «Когда бросишь этот спорт…» Но я вот, правда, до сих пор не бросил. Сейчас продолжаю играть с сыном и его друзьями — они приглашают отцов, мы разбиваемся на команды и сражаемся. Это прикольно.

Почему вы решили снять видео для проекта «Голышом на футбольном поле»?

С 1986 года я живу в Лондоне, и у меня в отличие от моих британских друзей, интересующихся футболом, потрясающий опыт. Сборная Германии три раза выходила в финал кубка мира, тогда как сборная Англии ни разу не дошла до него. Первый раз наша сборная выиграла у Нидерландов со счетом 1:2 в 1974 году. Мне тогда было десять лет, и я хорошо помню, как смотрел эту игру по телевизору вместе с бабушкой. В 1990-м в финале Германия обыграла Аргентину. В 2002 году, когда Германия опять вышла в финал, я решил снять видео о том, как я смотрю финальный матч.

Совершенно неожиданно меня поддержала дочь. Обычно ее раздражает, когда я смотрю футбол. «Папа, ты ворчишь себе что-то под нос, постоянно пьешь пиво и так вопишь, что это невыносимо», — говорила она. Я пытался возражать: «Это же накал страстей, игра», но она не слушала. А тут вдруг согласилась со мной: «Да, пап, это такое волнующее событие, что надо записать». Но, конечно, в тот год Германия проиграла. А вот видео при этом выиграло, так как перед камерой развернулась настоящая драма.

Совершенно неожиданно меня поддержала дочь. Обычно ее раздражает, когда я смотрю футбол.

Когда снимали видео «Голышом на футбольном поле», вы ловили себя на мысли, что играете на камеру?

Нет, вообще нет. Я полностью концентрируюсь на том, что происходит на поле. Ни в этот раз, ни после, когда моя ассистентка Карен снимала меня с сыном, я не играл, а смотрел матч. Вы просто не представляете, как это захватывающе.

Почему серию завершает снимок на могиле отца?

С матерью у меня всегда был контакт, а с отцом нет. Отец пил запойно и был очень агрессивным. Когда я повзрослел, то с ужасом стал понимать, что начинаю походить на него: меня тоже тянет к алкоголю, косячкам. Я стал задумываться о том, почему отец так жил, принимал такие решения, почему покончил жизнь самоубийством.

Когда я просмотрел видео с матча, то просто не поверил глазам: в своих бешеных выпадах я увидел отца и ужаснулся. Осознавать сходство с ним было настолько тяжело, что я только через месяц после съемки смог досмотреть запись до конца.

Когда я повзрослел, то с ужасом стал понимать, что начинаю походить на него: меня тоже тянет к алкоголю, косячкам.

Тогда я решил сделать первый шаг навстречу — так родился снимок на могиле Вальтера Теллера, где я с сигаретой в одной руке и пивом — в другой. Это рассказ о том, как я пытаюсь понять своего отца, стать ближе к нему.

Отец играл в футбол?

Нет, мой отец играл на пяти музыкальных инструментах, но никогда не интересовался футболом. А мать не разбиралась в музыке, но была очень спортивной. У нас с ней много общего, мы очень близки.

Почему вы решили прийти к отцу на могилу обнаженным?

Я хотел прийти в чем мать родила, без всякого дресс-кода, без всяких условностей, чтобы показать, что я открыт для разговора с ним. Мне казалось, это будет выглядеть естественно и так я смогу доказать подлинность своих чувств.

Как ваша мать отреагировала на этот снимок?

Моя мама не любит эту фотографию и вообще любые разговоры про отца. Думаю, если бы не съемка матча, то, возможно, и мой диалог с отцом никогда бы не состоялся — очень уж это все было тяжело.

Вы часто снимаете автопортреты для своих серий. А селфи вы делаете?

Нет, не делаю. Автопортреты для проектов и селфи — это совершенно разные вещи. Я смотрю на то, как другие селфятся, как на какое-то самолюбование. Если я начну снимать селфи, это будет катастрофа.

А снимки с Пеле — часть профессионального проекта или трофей, который заполучил счастливый подросток из Германии?

Это трофей подростка.

Почему вторая серия называется Siegerflieger?

Siegerflieger — это реальная надпись на самолете компании Lufthansa, который доставил команду Германии из Бразилии на родину после чемпионата мира 2014 года. Надпись переводится как «самолет победителей», и с ней самолет летал до 2016-го, радуя футбольных болельщиков Германии.

Вы решили снять Siegerflieger, когда сборная Германии попала в финал?

Ну да. К тому времени у меня уже появился сын, и мы оба болели за Германию, поэтому я решил сделать серию о том, как мы смотрим финальный матч. Потом мне повезло, и я смог снять футбольную команду, прибывшую в Берлин сразу после победы, — это тоже стало частью проекта.

Дочь поддержала вас с видео, но футбол смотреть так и не начала. А сын до этой съемки смотрел матчи с вами?

Здесь все по-честному: он и до фотосессии смотрел со мной матчи. Иначе он не был бы так взволнован во время игры.

Вы давали ассистентке советы перед съемкой?

Снимать все подряд — ближе, дальше, сбоку, спереди. Никогда не говорить нам «О, подождите, пожалуйста» или «Посидите так еще немного», потому что эмоции исчезают мгновенно. К счастью, она владела техникой виртуозно, снимала с сумасшедшей скоростью и сделала уйму кадров — около 50 тысяч. Мы также договорились с ней, что в центре ее внимания будет мой сын. Он такой впечатлительный и юный, в нем столько энергии, эмоций, страсти.

Вы редактировали снимки, которые она сделала? Кадрировали?

Нет, ничего не кадрировал и ни во что не вмешивался — как сложилась картинка, так и сложилась. Поймите, съемка была огромной — игра длилась более полутора часов, командам дали дополнительное время. Переделывать было просто нереально, едва хватило сил отобрать. В отобранных вещах, конечно, редактировал что-то.

Что сказал ваш сын, просматривая фотографии после обработки?

«Как же мы все глупо выглядим на этих снимках».

Выставка «Мандраж на диване» проходит в московском музее «Гараж» до 19 августа. В те дни, когда будет играть сборная Германии, «Гараж» будет транслировать записи, где Юрген Теллер смотрит матчи чемпионата.

Все фотографии: Юрген Теллер