Опыт

Ненужные люди

Геннадий Крупко работал столяром, ремонтировал квартиры и пытался писать пейзажи. Чтобы пережить смерть близкого человека, в сорок лет он взял в руки камеру. Сегодня Крупко снимает жизнь людей, для которых улицы и вокзалы Киева стали домом. Он рассказал Bird in Flight, что общего у него и его героев, с какими трудностями сталкивается на съемках и как на его творчество повлиял Александр Чекменев.

По оценкам экспертов, в Украине около 200 тысяч бездомных. Их число увеличилось с началом войны на востоке страны и, по подсчетам The Telegraph, может достигать миллиона человек. Зимой 2012 года около сотни человек погибли на улицах от холода.

Геннадий Крупко 44 года

Фотограф-документалист.

— За последние четыре года бездомных в Киеве стало больше. Идешь по улице и видишь, как они валяются на асфальте и умирают. Они никому не нужны.

Я считаю, многие из них сами виноваты, что оказались на улице: они не смогли справиться с трудностями, взялись за бутылку. Смерть близкого человека, потеря работы — все это тяжело и печально, но из любой ситуации можно найти выход.

Krupko_01
Krupko_02

Некоторые бездомные подрабатывают. Знаю одного, который каждый день находит себе новое занятие. Когда я познакомился с ним, он красил киоск возле метро «Черниговская». Деньги он тратит на самое необходимое: еду, сигареты, алкоголь.

Я знаю, что бездомным нелегко, поэтому всегда стараюсь помогать деньгами — за одну съемку могу потратить около ста гривен (3-4 доллара). Я приношу им из дому теплую одежду, покупаю еду, выпивку или сигареты (почти все они курят, даже бабушки). Я рассказываю им о приютах, в которых можно переночевать, но мало кто туда доходит: они привыкли жить на улице.

Krupko_03

Мне всегда хотелось фиксировать реальность. Когда-то я занимался живописью: ходил на курсы, смотрел обучающие видео в Сети, писал пейзажи. Несколько картин мне даже удалось продать — за одну заплатили целых 400 гривен. Но работа с краской сказывалась на здоровье, и я это дело забросил.

Когда пять лет назад умерла моя мама, я очень тяжело переживал утрату. Помню, как после похорон взял в руки камеру и понял: хочу снимать. Фотоаппарат спасал меня от чего-то тяжелого. Так в сорок лет я стал начинающим фотографом.

Снимая городские пейзажи, я учился работать с диафрагмой и выдержкой, изучал технические характеристики камеры. Позже увидел работы Александра Чекменева и решил сделать что-то подобное. Мне стало интересно, как люди, обитающие на улице, выживают в таких тяжелых условиях. Кроме того, меня всегда завораживали мрачные портреты. Спустя время мне повезло познакомиться с Александром Чекменевым лично. Он увидел мои фотографии и сказал, что я должен продолжать снимать и больше стараться. Я взялся за дело серьезней.

Обычно работа происходит так: я беру фотоаппарат и выхожу в город. Если встречаю человека, в котором вижу что-то интересное, — пробую разговорить его, потом снимаю. Бывает, что человек не соглашается на съемку, — тогда я хожу за ним, пробую наладить контакт. Если не выходит, снимаю без разрешения.

Krupko_04
Krupko_05
Krupko_07
Krupko_06
Krupko_08
Krupko_09
Krupko_10
Krupko_11

Мне интересны истории этих людей, но не всегда получается их услышать. Например, у меня есть знакомая бездомная Лида. Она ходит по городу с куклой, которую нашла на свалке и которую называет «моя доця». Лида рада рассказать о себе, но ничего не помнит: она даже не смогла сказать, сколько ей лет. Или другой бездомный — Виктор Бабенко. Он работал звукорежиссером, но уже 7 лет живет на улице. Я пытался узнать, как так получилось, но он не захотел мне ничего рассказывать. Упомянул только что-то о жене и сыне.

Она ходит по городу с куклой, которую нашла на свалке и которую называет «моя доця».

Даже если я ничего не знаю о человеке, все равно стараюсь следить за его судьбой, как бы трагична она ни была. В прошлом году я познакомился с бездомным по кличке Тайсон. Когда-то этот человек работал ювелиром, потом сварщиком, затем отсидел семнадцать лет за рэкетирство. После того как брат выгнал его из квартиры, Тайсон оказался на улице — к моменту нашего знакомства он уже двадцать лет жил без крыши над головой. А в мае этого года я узнал, что Тайсон умер.

Krupko_17
Krupko_13
Krupko_15
Krupko_14

Снимать бездомных рискованно: среди них много бывших заключенных, некоторые носят с собой заточки или ножи. Однажды на вокзале двое проходивших мимо мужчин чуть не отобрали у меня камеру. А я ведь даже не снимал их! Теперь во время работы я всегда оглядываюсь по сторонам — но все равно продолжаю снимать.

Часто я пытался завести разговор, а в ответ слышал: «Убери фотоаппарат, иначе разобью его». Эти люди думают, что их обманут, что я снимаю для газеты. Но я всегда объясняю, что люблю фотографировать и делаю это для себя. Использую ли я этих людей ради снимков? Нет, я же не просто фотографирую их, я им помогаю.

Мои герои редко улыбаются, в этом мы с ними похожи: мне часто бывает грустно, хотя я пытаюсь перебороть свою печаль.

В будущем я хотел бы издать книгу своих снимков, но думать об этом пока рано — я еще хочу набить руку.

Krupko_18
Krupko_19
Krupko_20
Krupko_21
Krupko_24
Krupko_23
Krupko_25

Новое и лучшее

6 110

328

490
453

Больше материалов