Мир

Фотолаборатория в землянке: Кто снимал депортированных в Сибирь украинцев

Быт спецпоселенцев часто документировали фотографы-любители из числа депортированных. Они покупали «Зенит» или «Киев», сами обустраивали фотолабораторию и снимали своих близких и друзей. Теперь эти семейные архивы хранятся уже как свидетельство исторических событий.

На протяжении 1944—1953 годов из Западной Украины в Сибирь, Среднюю Азию и на Дальний Восток депортировали более 210 тысяч человек. Большинство из них в официальных документах числились как оуновцы — члены семей участников УПА и ОУН. Также среди них были семьи грекокатолического духовенства, отказавшегося переходить в православие, зажиточных крестьян (так называемых кулаков), свидетелей Иеговы, участников армии Андерса.

Нет ни одной известной фотографии того, как проходила депортация из Западной Украины. Тех, кто пытался сделать подобные кадры, преследовали.

В статусе спецпоселенцев их лишали паспорта, запрещали покидать место расселения и привязывали к одному из предприятий, прежде всего добывающей и лесной отраслей. После смерти Сталина этих людей освобождали постепенно, процесс затянулся до 1964 года.

Нет ни одной известной фотографии того, как проходила депортация из Западной Украины. Тех, кто пытался сделать подобные кадры, преследовали. Так, 21 октября 1947-го двух учеников средней школы в городке Гоща на Ровенщине задержали и изъяли у них фотоаппараты. Как записано в отчете, из-за «фотографирования колонны автомобилей с выселенцами». Имен задержанных не указали, поэтому пока невозможно установить, сохранились ли снимки.

По прибытии в места спецпоселения всех совершеннолетних обязательно фотографировали и вклеивали их портретные изображения в личное дело. Иногда снимки с депортированными оказывались на страницах местной прессы. Спецпоселенцев могли хвалить за трудовые достижения, вместе с тем не упоминая о статусе или обстоятельствах, при которых они оказались далеко от дома.

Виртуальная выставка «Депортации. Визуальная память» — первая попытка проанализировать фотографическое наследие самих депортированных. Это 58 снимков из 19 частных архивов людей, переживших советские массовые переселения, или их потомков. Команда общественной организации «После тишины» оцифровала изображения и записала семейные истории в трех регионах: на Львовщине, Ивано-Франковщине и Ровенщине.

Фотографы в поселениях депортированных

Евгений Походжай (1913—1983)

В 1948-м львовянина Юлиана Скицкого арестовали и приговорили к 10 годам заключения в лагерях ГУЛАГа. В следующем году его жену, сына, тестя и тещу депортировали в Хабаровский край. Дочь Лидия Кицила, родившаяся в спецпоселении в Хабаровске, хранит семейный фотоархив 1940—1950-х. На оборотах некоторых изображений есть подписи, из которых понятно, что фотографии посылали отцу в лагеря или родственникам в Украину. Некоторые из подписей — от имени ее брата Романа, но сделаны они рукой матери.

Роман Скицкий (в центре) с друзьями, поселок Хор в Хабаровском крае, 1952 год. Источник: Частный архив Лидии Кицилы (Скицкой)
Роман Скицкий возле рождественской елки, поселок Хор в Хабаровском крае, 1956 год. Источник: Частный архив Романа Скицкого
Слева направо: Роман Скицкий, священник Юрий Когутяк, Юлиан Скицкий, Мария Явнюк с внучкой Лидией, Ирина Скицкая; город Хабаровск, 1956 год. Источник: Частный архив Лидии Кицилы (Скицкой)
kitsyla052_2
kitsyla358

Эти и подобные кадры снимали заезжие фотографы и работники фотоателье, расположенных в местах спецпоселений или ближайших районных центрах, но часто и фотографы-любители из числа самих депортированных. Что подтверждает и Роман: «Это делал мой крестный. У него был фотоаппарат».

Крестного отца Романа Скицкого звали Евгений Походжай. Он учился в грекокатолической духовной семинарии во Львове, однако священником не стал и работал бухгалтером в педагогическом институте. В 1949-м его приговорили к 10 годам заключения и отправили в лагеря ГУЛАГа в Хакасии. А жену, 4-летнего сына и тещу депортировали в поселок Хор в Хабаровском крае. В начале 1956-го после освобождения Походжай приехал к ним. Там приобрел фотоаппарат «Зенит».

Он увлекся фотографией еще до Второй мировой. «У нас все занимались фотографией: отец, моей тети муж. Фотографирование — это было хобби», — рассказывает Наталья Бойко, его дочь, которая уже родилась в Хоре. Первым фотоаппаратом Евгения стал популярный в свое время германский Leica II.

Евгений Походжай с женой Ириной, городок Бобрка во Львовской области, 1941 год. Источник: Частный архив Натальи Бойко (Походжай)

На снимках Походжая периода спецпоселения — совместные празднования нескольких семей. Это фиксация и официально не запрещенных рождественских праздников, и грекокатолических обрядов вроде крещения, которые подпольно совершали на Дальнем Востоке. Снимки автор печатал в нескольких экземплярах, поэтому их можно встретить в различных частных архивах.

В первом ряду (слева направо): Евгения Сухинская с внуком Романом Походжаем, Роман Скицкий, Ирина Походжай; во втором ряду: Юлиан и Ирина Скицкие, неизвестные во время рождественских праздников, поселок Хор в Хабаровском крае, 1956 год. Источник: Частный архив Натальи Бойко (Походжай)

В конце 1956 года Походжай с семьей вернулся в Украину, где стал православным священником. Он не оставил своего хобби и даже обзавелся новым фотоаппаратом — «Смена». Сохранял фотографии оригинальным способом: приклеивал их на форзацы советских изданий из своей библиотеки, например многотомной «Украинской советской энциклопедии». Наталья хранит эти книги по сей день.

Ярослав Москва (1928—2015)

В одном из эшелонов, летом 1950-го следовавшего из Львова в Томскую область, был 22-летний слесарь Ярослав Москва. Сначала он попал в поселок Черный Яр, а затем — в Торбу. Работал на лесопилке, жил в землянке.

Землянка была оборудована так, что имела подвижную ширму для проявления, закрепления и печати фотографий.

Как и Походжай, Москва еще до выселения начал заниматься фотографией. В официальных инструкциях не был четко прописан ни запрет, ни разрешение депортированным брать с собой фотоаппарат. Поэтому Москве удалось захватить не только его, но и некоторые принадлежности для проявления снимков. В землянке в Торбе он организовал фотолабораторию. Ее описание оставил Роман Жеплинский, тоже спецпоселенец: «Землянка была оборудована так, что имела подвижную ширму для проявления, закрепления и печати фотографий. У Славы был фотоаппарат и все принадлежности для фотографирования. Землянка-фотолаборатория была разделена на две части передвижной ширмой. В первой части были лампочки — обычная и красная сигнальная с надписью „Идет работа…“, а во второй — только красный свет, как в каждой фотолаборатории. Вход в нее посторонним был запрещен».

Эта же землянка стала местом собрания активной молодежи. Здесь подпольно совершал обряды депортированный грекокатолический священник, в частности обвенчал Москву с литовкой Берутой Картанайте.

Берута Картанайте и Ярослав Москва, поселок Торба в Томской области, начало 1950-х годов. Источник: Частный архив Веры Кипран (Москвы)

Однажды ночью жителей «землянки-фотолаборатории» вывезли из Торбы. Ярослава Москву и семью Картанайте отправили еще дальше на север Томской области — в село Карелино. Это было особо режимное поселение. Такие создавали вдали от железных дорог и водных магистралей для депортированных, которых считали склонными к бегству. В 1954 году у супругов родилась дочь Вера. Сейчас она проживает в Ожидове на Львовщине, родном селе отца. «Работали на лесоразработках, — рассказывает она о буднях своей семьи на спецпоселении, — почти 18 километров шли туда, потому что проехать было нельзя. Возвращались уже затемно. Переоделись, час-два передремали, и снова подъем».

Москва и там не оставил свой фотоаппарат. Проявлял снимки ночью, когда другие уже спали. У Веры сохранились лишь некоторые изображения, преимущественно с членами семьи. По словам женщины, отец уничтожил часть фото, напоминавших ему о тяжелых временах. Несмотря на это, на фоне сконструированных им «домашних» образов, жены с младенцем или дочери с санками все равно присутствуют фрагменты лесоповала или стены барака.

Берута Картанайте с дочерью Верой, село Карелино в Томской области, 1954 год. Источник: Частный архив Веры Кипран (Москвы)
Вера Москва, село Карелино в Томской области, середина 1950-х годов. Источник: Частный архив Веры Кипран (Москвы)

После возвращения в Украину в конце 1959 года Москва продолжил заниматься фотографией.

Степан Притула (родился в 1934-м)

87-летний Степан Притула живет в Родатичах Львовской области. Его лишали дома дважды. Впервые в 1946-м, когда принудительно переселили из села Молодов (ныне Польша) в Родатичи. А через год мальчика с матерью и двумя братьями депортировали в поселок Спиченково Кемеровской области. В подростковом возрасте он стал штукатуром на угольной шахте «Южная». На заработанные деньги в 1952 году приобрел фотоаппарат «Киев».

Степан Притула, поселок Спиченково в Кемеровской области, 1950-е годы. Источник: Частный архив Степана Притулы
Ребенок спецпоселенцев, поселок Спиченково в Кемеровской области, 1950-е годы. Источник: Частный архив Степана Притулы
Спецпоселенки возле барака, поселок Спиченково в Кемеровской области, 1950-е годы. Источник: Частный архив Степана Притулы

Снимать научился сам и с тех пор 10 лет документировал быт спецпоселенцев. Много фотографий раздавал. На ныне хранящихся в его частном архиве изображениях запечатлены женщины, мужчины, дети среди снегов и характерных для сибирских поселений деревянных сооружений.

Михаил Куцяба (справа) с товарищем, поселок Ясная Поляна в Кемеровской области, 1950-е годы. Источник: Частный архив Михаила Куцябы

Притула был освобожден из спецпоселения в 1956-м. В Украину он вернулся через семь лет.

Михаил Куцяба (родился в 1935-м)

Михаилу Куцябе было двенадцать, когда его семью в октябре 1947-го депортировали из Львовщины в Кемеровскую область. Он бежал при транспортировке на железнодорожную станцию, несколько лет проживал нелегально у родственников. В 1951-м при попытке легализоваться Михаила узнали и заставили выехать в поселок Ясная Поляна в Кемеровской области, где уже четвертый год жили его мать, дедушка и две сестры. Работал столяром, слесарем, водителем. В 1959-м создал семью со своей землячкой Евгенией Радовец.

Незадолго до женитьбы Куцяба приобрел фотоаппарат «Любитель». Как и для Притулы, с которым они проживали в нескольких километрах друг от друга, для него это был первый опыт работы с фотографией. Кое-что из необходимого для печати смастерил сам. Сначала занимался этим в погребе, потом оборудовал отдельное помещение.

Куцяба называет свои снимки «простыми», противопоставляя тем, что делали профессиональные фотографы во время особо важных событий в жизни спецпоселенцев, например свадеб. В его архиве много изображений жены — портретных или с подругами.

kutsyaba524
Евгения Радовец (справа) с подругой, поселок Ясная Поляна в Кемеровской области, конец 1950-х годов. Источник: Частный архив Михаила Куцябы
kutsyaba528
Евгения Радовец за работой, поселок Ясная Поляна в Кемеровской области, конец 1950-х годов. Источник: Частный архив Михаила Куцябы

В 1962-м Куцяба вернулся в Украину, в следующем году привез из Сибири жену с детьми.


Фотографии оцифрованы ОО «После тишины»‎

Новое и лучшее

27 299

3 388

3 722
4 490

Больше материалов