Смерть в Венеции: Репортаж с кинопремьеры в Вилково

Кинотеатр в Вилково закрыт, поэтому показ мы проводим в доме вилковского рыбака Руденыча. После десятой рюмки перед глазами все плывет, и, чтобы избавиться от головокружения, я ложусь на пол. Руденыч силится поднять меня, но он тоже пьян, и мы оба падаем. Он — герой «Дельты», документальной ленты о Вилково, и на премьере ведет себя, как и положено звезде: смеется, шутит, травит байки. Спустя несколько минут, когда в комнате погаснет свет и начнется показ, Руденыч будет плакать, хотя мне казалось, что фильм развеселит его.

Фельдшер и режиссер

Вилково все знают как город каналов, но еще здесь отчего-то много памятников — больше десятка на 7-8 тысяч жителей. Среди самых заметных монументов — памятники основателям города, миру и единственный в Украине памятник Булату Окуджаве. Бард побывал в Вилково в начале 60-х и написал о нем песню — «Дунайская фантазия». Вероятно, она была единственным произведением искусства, посвященным городу, пока сюда не приехал фотограф и режиссер Александр Течинский.

Мы знакомимся, когда я запрыгиваю к нему в машину, чтобы отправиться вместе в Вилково. Монотонные пейзажи за окном навевают скуку, но настроение у нас приподнятое. Саша едет на премьеру своего фильма, я — чтобы посмотреть, как изменилась жизнь рыбаков, которые снялись в нем.

Течинскому 41 год, он родился в Днепре. Вопреки желанию отца, видевшего сына шахтером, поступил в медицинское училище. Работал фельдшером в скорой психиатрической помощи, но потом занялся тем, о чем всегда мечтал, — фотографией, а после переключился на документальное кино.

Снимать фильм о Вилково он не планировал, впервые приехал сюда просто развеяться. Но, познакомившись с вилковскими рыбаками, взялся за камеру. «Тогда мне показалось, что эти люди сделаны из железобетона, — вспоминает Течинский. — Родись они в другой стране, могли бы запускать в космос ракеты».

Роберт Капа считал, что фотограф должен подходить к объекту съемки максимально близко, и режиссер Течинский, помня это, подошел к вилковским рыбакам вплотную. В городе он прожил две зимы — ловил рыбу, косил камыш, пил.

Режиссер смешался с местными и терпеливо ждал, когда они перестанут обращать внимание на камеру. Так получилась «Дельта» — неспешный документальный фильм о работягах, едва сводящих концы с концами.

В городе режиссер прожил две зимы — ловил рыбу, косил камыш, пил, дожидаясь, когда местные перестанут обращать внимание на камеру.

«Дельта» рассказывает об упадке, но без надрыва. Местами с юмором. В одном из эпизодов рыбак Руденыч пытается завести бензопилу. Механизм не поддается, подвыпивший вилковчанин чертыхается и почему-то рассуждает о Боге. «Герои картины идут на дно, но делают это весело», — объясняет Течинский.

В 2017 году «Дельта» взяла главный приз Одесского международного кинофестиваля, картину показали в Бразилии, США, Франции и Германии. Режиссера хвалили за правдивое описание жизни местных.

Холодец

Должен ли документалист платить героям, которых снимает? Течинский убежден, что нет. Говорит, что документировал жизнь вилковских рыбаков, но не управлял ею, хотя иногда все же помогал героям проявить себя.

Во время работы над фильмом режиссер арендовал комнату у Холодца. Они сблизились и стали хорошими приятелями. Течинский любит вспоминать, как они поехали на ночную рыбалку и едва не заблудились по дороге назад, а в другой раз — искали утопленника. Саша даже снял Холодца в завершающей сцене — рыбак молча курит в лодке, направляя ее в закат.

Режиссер любит вспоминать, как они с Холодцом поехали на ночную рыбалку и едва не заблудились по дороге назад, а в другой раз — искали утопленника.

После окончания съемок режиссер побывал в Вилково лишь однажды, да и то проездом. Теперь он решил показать им «Дельту», проведя премьеру у кого-нибудь дома. Взял проектор — показу фестивальной картины суждено было состояться на чьих-то обоях.

В Вилково я ехал, чтобы увидеть город, который называют «украинской Венецией», но главное — чтобы описать встречу режиссера с героями его фильма. «Дельта» вряд ли понравится тем, кто болезненно реагирует на украинскую действительность, зато картину наверняка оценят любители посмеяться над правдой жизни. Я смотрел «Дельту» трижды: первый раз наслаждаясь живописностью кадра, потом — наблюдая за героями. Было ощущение, что рыбаков я знаю лично. Тем не менее я, отправляясь в Вилково, хотел познакомиться с ними по-настоящему.

Ажиотаж, аншлаг, десятки зрителей, хохочущих от того, что узнают себя на экране, и все благодарят Течинского за то, что он вписал их имена в историю документального кино. Премьера должна была пройти так — по крайней мере, мне так казалось.

Моральный ориентир

Рыбак Виктор Гладильников, тот самый Холодец, ушел из жизни за день до нашего приезда. Свой последний вечер он провел с семьей. Как вспоминает его жена, Витя много улыбался, был внимателен и спокоен. Посмотрел телевизор и лег спать, а утром повесился на турнике, который когда-то установил во дворе для сына. Холодцу было 54 года.

Обшитый черной тканью гроб похож на траурную гондолу, он стоит у окна, через которое виден канал. Жена и родители Вити рыдают, прерываясь лишь на рассказы о последних днях покойного.

Смерть Холодца стала неожиданностью для всех: он был примером стойкости и небывалой силы воли. Прошел Афганистан, воспитывал сына и, что самое невероятное для Вилково, бросил пить. Витю, казалось, не сломила ни смерть брата, ни развод с первой женой. С трудностями он справлялся работая еще усерднее и проводя на канале чуть ли не больше времени, чем на суше. Летом возил клубнику и туристов, зимой — дрова и камыш. Потом работы совсем не стало. Возможно, Холодец не вынес безнадеги. Кто знает, записки Витя не оставил.

В доме с покойником душно, поэтому мы выходим на улицу подышать свежим воздухом.

Холодец прошел Афганистан, воспитывал сына и, что самое невероятное для Вилково, бросил пить.

«Новак»

Вилково — это почти пятьдесят километров каналов и несколько десятков островов, соединенных мостами. Но называть его «украинской Венецией» может только тот, кто никогда не был в Венеции неукраинской. Здесь нет канализации и постоянные перебои с электричеством. Вместо тротуаров — кое-как постеленные доски, перевернутые лодки вдоль берегов напоминают туши мертвых кашалотов. Мрачно даже без самоубийств.

После визита в дом Холодца Течинский мрачнеет. Остаток дня он проводит пытаясь разыскать вилковчан, которые участвовали в съемках.

— Саня — спился. Танька — умерла от цирроза. Жена Телюка — тоже умерла, ее добил образ жизни, — сообщает он после обзвона.

«Образ жизни» — это «Новак».

«Только в Вилково можно попробовать вино „Новак“, вилковский виноград — дар божий для липован (религиозная группа староверов. — Прим. ред.)», — уверяют авторы книги «Вилково. Рыбная кухня липован». Напиток здесь каждый готовит по своему рецепту, но самый расхожий такой: ведро виноградного сока, четверть килограмма сахара, вода (один к трем). Получившуюся смесь оставляют бродить на сорок дней. На вкус «Новак» как ягодный компот, но уже после трех рюмок голова пустеет, в глазах туман.

Биолог, орнитолог, пчеловод и бывший депутат городского совета Михаил Жмуд объясняет: алкоголь стал проблемой для местных только в конце восьмидесятых. Заводы, принимавшие виноград, закрылись, поэтому липоване стали делать вино для себя. Много вина. Так, бывший морской пехотинец Александр Руденко, он же Руденыч, в год заготавливает четырнадцать литров. Запасов хватает всего на пару месяцев, так что до следующего урожая Руденыч покупает вино у соседей — по 140 гривен за два литра. Трезвый Руденыч — угрюм и молчалив, выпивший — сыплет цитатами из советских фильмов и армейскими пословицами.

Бывший морской пехотинец Александр Руденко в год заготавливает четырнадцать литров. Запасов хватает всего на пару месяцев.

Мы встречаем Руденыча на остановке. Ему нет и сорока, но выглядит он так, будто всю жизнь проверял себя на прочность: без зубов, с поломанными ушами и перебитым носом. По версии рыбака, увечья он получил во время службы на флоте, по версии местных — в пьяной драке. Харизме Руденыча аплодировала европейская фестивальная публика, но он об этом не знает. Да и то, что снимался в кино, помнит смутно. Он обнимает Течинского и просит полтинник — на «Новак».

Над водой

От дома, в котором жил Холодец, до кладбища минут сорок, но из-за дождя мы идем дольше. Он заливает все — мосты, улицы, Витю. Своих усопших липоване провожают без музыки и плакальщиц. На похоронах нет даже священника, потому что «самоубийц к Бозе не берут, отпевать нельзя».

Обогнув все каналы на пути, похоронная процессия доходит до нового кладбища. Оно появилось в Вилково недавно, но за последний год выросло втрое. Местные шутят, что такими темпами оно скоро упрется в Приморское (расположенное в 20 километрах от Вилково село. — Прим. ред.). Еще десять лет назад в Вилково жили 10 тысяч человек, сегодня — на треть меньше. Многие уезжают в Одессу, Киев, Москву, в Европу. Оставшихся часто губит «Новак».

— В этом году прям мор какой-то. — Рыбак Руслан, одноклассник Вити, вздыхает с отчаянием. — Даже молодежь мрет. Как мальки — не вырастая.

Могила едва глубже полутора метров, но копать дальше в Вилково нельзя — вода. Гроб закапывают так быстро, что Руденыч не успевает скурить и половину сигареты.

Нам здесь не рады

Точно неизвестно, когда и почему вилковчане решили, что на «Дельте» Течинский заработал миллион евро, но размер режиссерского гонорара беспокоит многих. «Начитаются в интернете фигни и смотрят на меня как на врага», — возмущается Течинский по дороге с кладбища, потом после паузы добавляет: «Даже если бы мне заплатили миллион, я им ничего не должен».

Поминки проходят в сырой церковной столовой, но после кладбищенского сквозняка даже она кажется уютной. Помолившись, все рассаживаются и принимаются за еду. Напротив нас — раскрасневшийся от вина и борща парень, он вертит ложку в пухлых пальцах и сверлит Течинского взглядом. Мы ему не нравимся, как и все журналисты, которые «приезжают сюда ради экзотики, как в зоопарк».

— Я тебя знаю, ты журналист, — говорит он режиссеру. — Ты снимал меня в кино, хотя я попросил не снимать.

Растерянный Течинский не успевает ответить — мы снова встаем для молитвы.

Возле церковной лавки подогретые «Новаком» рыбаки обсуждают причины самоубийства. Депрессия — версия убедительная, но явно скучная. Некоторые местные считают, что Холодец рискнул одолжить деньги «у очень серьезных людей», не смог вернуть и поплатился. После вялого спора сходятся на том, что Витю мучили боли в спине и безденежье. Чтобы избежать неловких вопросов про миллион, мы уходим.

Некоторые местные считают, что Холодец рискнул одолжить деньги «у очень серьезных людей», не смог вернуть и поплатился.

Премьера

Дом Руденыча стоит на берегу канала. Три комнаты, штопаные ковры, старые телевизоры, печка. Единственное украшение дома — окно, которое смотрит на воду, но его скоро замуруют — чтобы не дуло.

Течинский забыл проектор, поэтому нам предстоит смотреть «Дельту» на ноутбуке. Кроме нас с режиссером зрителей двое — хозяин дома и его жена Валентина. «Городок маленький: кто-то разругался из-за денег, кто-то из-за женщин. Собирать бывших друзей под одной крышей опасно», — объясняет Течинский.

Когда-то он хотел взять рыбаков на одесскую премьеру «Дельты», но не рискнул, опасаясь, что не справится в одиночку с компанией подвыпивших вилковчан. Теперь жалеет: можно было свозить на кинопоказ хотя бы кого-то одного.

— Руденыч, тебя показывали в Париже. Хочешь в Париж? — спрашивает Течинский.
— Мне пох*й на Париж, — отвечает рыбак.
— А в Брюссель?
— И на Брюссель пох*й.

В 90-х Руденыч, тогда еще морпех, побывал в США и с тех пор считает другие страны неинтересными. Он протягивает мне фотоальбом с Ди Каприо из «Титаника» на обложке, внутри — несколько десятков снимков с сослуживцами, американскими морскими котиками и тайной любовью рыбака — темнокожей женщиной с коктейлем в руках. На военных кораблях Руденычу нравилось больше, чем в Вилково, и если бы он не уволился в запас, то наверняка бы давно дослужился до офицера. Но он уволился и вернулся «в это болото».

Мы трижды поминаем Витю, дважды пьем за встречу, потом за морскую пехоту и военно-морские силы США. От переизбытка эмоций Руденыч бьет себя по лицу и рычит: «Кто здесь не бывал, тому не понять, как хочется есть, как хочется спать!» Течинский гасит свет и наконец включает «Дельту» — премьера, ради которой мы приехали, началась. Но рыбак настолько пьян, что сначала не узнает никого на экране.

Фото: Александр Течинский, специально для Bird in Flight.