Нечего скрывать

Натуризм — максимальное приближение человека к природе. Его часто отождествляют с нудизмом, так как наиболее заметный атрибут натуризма — обнажение. Но участники движения считают, что у нудистов нет общей философии, а только ощущение комфорта; натуристов же связывает философия жизни в гармонии с природой.

Слово «натуризм» входит в названия международных организаций — например, Международной федерации натуризма (INF), работающей под эгидой ЮНЕСКО и имеющей представительства по всему миру (в том числе в России; в Украине представительства нет).

— Если набрать слово «нудисты» в поисковике, мы получим 16 страниц ссылок на порноресурсы, разбавленные новостями о знаменитостях, которые загорают без лифчика.

На самом деле нудизм — это противоположность порнографии. Она расчленяет тело и акцентирует его возбуждающие части. Натуризм — это принятие цельной личности, тела, характера, интеллекта.

В России обнаженное тело табуировано. Если ты не спортсмен с идеальными формами, тебя, скорее всего, назовут мерзким извращенцем. В самой большой нудистской группе ВКонтакте около 20 тысяч человек, но изрядная часть участников — скорее любители кустарной эротики.

Мне стало интересно, в каких отношениях со своим телом сами любители обнажаться, что они думают о связи нудизма и эротики. Оказалось, что большинству нудистов спокойнее в обществе себе подобных, например на пляже или дома. Мало кто мечтает шокировать наготой окружающих. Официально «голых» пляжей в России не существует вообще, как не существует и какой-либо статистики о нудизме.

Найти героев для проекта было несложно: в ход пошли и личные знакомства, и сила соцсетей. На мое объявление в нудистской группе откликнулись 20 мужчин, но многие из них, узнав, что секса не будет, передумали.

На мое объявление в нудистской группе откликнулись 20 мужчин, но многие из них, узнав, что секса не будет, передумали.

Я ожидала, что многие захотят скрыть лицо, но люди оказались более честными и открытыми, чем я предполагала. Во время съемки я не чувствовала ни страха, ни стеснения — потому что сама верю в естественность обнажения без сексуального подтекста.

«Люди делают из гениталий каких-то монстров»
Юрий, 47 лет, дизайнер

— Году в 2002-м я узнал о [нудистском] пляже в Серебряном Бору. Тело, и свое и чужое, интересовало меня и как сексуальный объект, и как нечто скрытое, тайное, что можно выпустить на свободу.

На пляже с любым можно заговорить, попросить помощи. Для гомосексуалов пляж — место для знакомств и коротких приятных приключений. Тут безопасно, главное — не задерживаться до ночи.

Дома я могу вообще не вспомнить об одежде, если никто не приходит в гости. Хотя одежду я тоже очень люблю, знаю в ней толк.

Люди так старательно прикрывают гениталии, что делают из них каких-то монстров. Хотя это же достаточно нелепая вещь, как три помидорки.

Я люблю рассматривать людей, мысленно сравниваю их с античными идеалами.

Я за свободу от любых установок и идеологий. И вполне доволен жизнью и счастлив.

«Я не рассматриваю людей на нудистских пляжах»
Сарра, 38 лет, музыкант

— Я была тощей в юности, боялась заниматься сексом — думала, мужчина увидит эти куриные косточки и прыщи, испугается и убежит. Мне казалось, мое тело плохо пахнет.

Опыт сценических выступлений помог мне принять себя такой, какая я есть. Нормально быть обнаженной дома, у врача, с друзьями на пляже, на сцене — если, конечно, вы не маскируете этим отсутствие таланта.

Я не рассматриваю людей на нудистских пляжах — не хочу, чтобы меня рассматривали в ответ. Я не хожу туда с сыном, потому что боюсь педофилов. Чтобы чувствовать себя комфортно, мне нужно дружеское сообщество хиппи.

«Меня часто называют извращенцем»
Саша, 42 года, папа в декрете, фоторепортер

— У меня нет чисто нудистской тусовки. Просто давным-давно в студенчестве вся моя компания поняла, что обнажение — ни для кого не проблема.

Дома хожу голый — просто удобно. После победы России в матче с Испанией на чемпионате мира на спор сходил голый за пивом в компании одетой жены и всех троих сыновей — и ничего не случилось.

Я хотел бы иметь возможность, не одеваясь, выскочить в магазин или гулять без штанов в жару. Но у нас мужская нагота еще жестче табуирована, чем женская.

В интернете меня часто называют извращенцем и предлагают то деньги, то большую и чистую мужскую дружбу.

«Тантристы в большинстве своем — очень навязчивые и липкие»
Шарли, 37 лет, режиссер

— С 15 лет я хипповала, ездила на разные фестивали, где всегда было много обнаженных людей. И в 99% случаев это никак не было связано с эротикой.

А вот нудистские клубы я не понимаю, есть в этом патология какая-то. Например, тантристы в большинстве своем — очень навязчивые и липкие.

Думаю, у тех, кто боится обнажаться, есть или глубокое недовольство телом, или мощные религиозные запреты.

Неприятно, что кто-то думает: раз разделась — значит, продаешься. Я много лет занимаюсь театром буто. Обнаженный на сцене прежде всего беззащитен, вне условностей костюма, в нулевом состоянии.

«На пляже люблю наблюдать за парами»
Артем, 30 лет, занимается медиапланированием

— В юности я себе не нравился. Но занялся спортом, добился того тела, какое хотел, и сейчас с удовольствием его поддерживаю — это как зубы чистить.

На пляже люблю наблюдать за парами. Сразу видно, кто пришел впервые, стесняется.

Сложно смотреть на красивую обнаженную женщину и ничего такого не иметь в виду. Я в первую очередь обращаю внимание на высоких спортивных девушек, похожих на меня.

У меня не вызывают отвращения полные или дряблые тела, но я думаю, что каждый — кузнец своего счастья.

Мне приятно внимание людей, но иногда приходится мягко объяснять мужчинам, что не стоит нарушать мое личное пространство.

«Секс — важная часть моей жизни, но нудизм с ним не связан»
Катя, 35 лет, редактор, массажист

— Для меня нудизм — это в первую очередь свобода и отсутствие рамок: холодно — одеваешься, жарко — раздеваешься.

Тот, кто хоть раз купался голышом, уже не захочет иного.

Тела своего я не стесняюсь. Красивыми на пляже любуюсь, но никакого отвращения к старым или «некрасивым» у меня нет.

Секс — важная часть моей жизни, но нудизм с ним не связан.

Пока ровное, без эротического подтекста, отношение к обнаженному телу я встречала только в хипповых тусовках.

«Я хотел бы раздеться в публичном месте»
Сергей, 34 года, водитель такси

— Последние два месяца я себе не нравлюсь, потому что вырос живот.

Я часто сопровождаю девушек, которые хотят раздеться на публике, как охранник. Проделывали это даже в метро: дождались пустой вагон, заклеили камеры, девушка сбросила плащ, сделали несколько кадров.

Раздеваться в общественных местах — это эксперимент, адреналин. Мой основной страх — в старости понять, что-я чего-то не испытал, не попробовал.

Одна девушка просила, чтобы я ее выпорол до крови. И говорит еще: «Хочу, чтобы меня поджарили на костре, как свинью, и сожрали». Не буду говорить, нормально это или нет, но я в такой стремной фигне участвовать не буду.

Я хотел бы раздеться в публичном месте, среди одетых людей, но у нас это незаконно.

«На неприятных людей я просто не смотрю»
Надя, 30 лет, натурщица

— Сначала я начала позировать, а потом открыла для себя нудистские пляжи. Признаю, мне нравится рассматривать людей, особенно женщин.

Красота для меня сексуальна. И субъективна. На неприятных людей я просто не смотрю.

Хорошо, если будет больше мест, где можно ходить без одежды. Нормально ходить туда с детьми, пусть для них это будет естественно. А кого пускать или не пускать на такие территории, пусть решает община.

«Профессор твой нудист. И фээсбэшник из охраны президента»
Всеволод, 39 лет, менеджер

— Я хожу на нудистский пляж в Серебряном Бору с 2009 года: каждые выходные я там. Все меньше девушек. Завсегдатаи в шутку говорят: мужская баня.

Сексом на пляже никто не занимается. Разве что свингеры, но у них отдельная полянка.

Местные жалуются — мол, всякие типы по кустам дрочат, детей пугают. А это не люди с пляжа, а маньяки-«кустовики». Идет девушка, а «кустовик» ей: «Сколько времени?» Она оборачивается, а он предъявляет сама понимаешь что.

Когда я раздеваюсь, настроение поднимается. Дома всегда одетый хожу, хотя живу один.

Конечно, обнажение для меня связано с сексуальностью.

Неидеальные тела меня не смущают, разве что мой живот.

Дети на пляже никого не удивляют, но своих я бы не повел. Вообще, в нудистские бани ходит директор банка ХХХ с дочкой. И профессор N из твоего университета с семьей приходит. И фээсбэшник из охраны президента.

Девушек с работы приглашал пару раз в нудистские бани, но они отказывались, не знаю почему.

А на пляж приходи. Только снимать тебе там никто не даст.

«Я не хочу ввязываться в эти дрязги»
Цирилла, 33 года, копирайтер

— Весь разговор с телом — это про социум и его круги ада.

Истина мне открылась в Лисьей бухте (известное место отдыха натуристов и хиппи в Крыму. — Прим. ред.), в первый же вечер. Я вслед за провожатой разделась и задала тупой вопрос: «Что, прям так?» «Тебе еще что-то нужно в море? Тогда бери и пошли купаться!»

Можно долго спорить, сколько во мне должно быть килограммов, что считается здоровым, кому я имею право показывать себя. Там же лежит и спор о границах. Вот кто-то в сети пишет, что его стошнило от видео, где пухлая девушка шикарно танцует стрипдэнс или кто-то снялся с небритыми подмышками. Я не хочу ввязываться в эти дрязги.

Мое тело должно бегать, лазить по деревьям, танцевать, оно должно рубить дрова и доставлять мне удовольствие. Его нужно беречь. Но я признаю право окружающих жить в том социуме, в котором они привыкли.

«Нудизм как эпатаж я не понимаю»
Дина, 27 лет, администратор

— В юности я боялась всего, что связано с телом. Я выглядела как мальчик и жила исключительно «из головы». Меня изменил человек, которого я полюбила: он воспринимал секс и любые телесные практики как искусство.

Потом я начала заниматься йогой и пластическим театром, полюбила свое тело и его возможности, начала одеваться соответственно гендеру.

Для меня обнажение перед камерой — способ открыться миру, больше доверять людям. Нудизм как эпатаж я не понимаю.

Мне кажется, что люди, избегающие своего тела, — морализаторы и полны комплексов. Я не против того, чтобы дети видели обнаженные тела. Пусть знают, что все люди разные, что каждый красив по-своему. Тогда в подростковом возрасте у них будет меньше проблем со своей внешностью.

«Тело — это опора души»
Аля, 31 год, экскурсовод

— Я не вкладываю в хождение нагишом какого-то особого смысла и ценности. Просто иногда это удобнее.

Отношения с телом у меня дружеские, мы неплохо понимаем друг друга. Я еще не привыкла к тому, как тело изменилось после родов, но это мелочи. С одной стороны, «какие на фиг килограммы — не болеет и слава богу». С другой — отношение к нему стало более уважительное и даже благоговейное.

Тело и душа неразрывны, тело — это опора души. Христиане верят, что умершие воскреснут именно телесно.

Я не буду целенаправленно растить сына нудистом, но буду воспитывать в нем спокойное отношение к наготе.

Вид обнаженного тела не вызывает у меня сексуальных позывов — возможно, потому что я не визуал. Запах, прикосновение, голос — другое дело.

«Обнажение сексуально, только если вкладывать в него такой смысл»
Сергей, 19 лет, студент

— Я считаю себя натуристом, а не нудистом. Я ценю единство с природой, забочусь об окружающем мире. Наслаждаюсь не своим обнажением, а контактом тела с воздухом, травой, песком, водой, камешками.

После первых опытов обнажения на природе я начал иначе смотреть на мир: подбирать мусор с дорожек, ругаться с теми, кто его кидает, с презрением смотреть на трубы заводов и машин, чаще прикасаться к людям, пробовать что-то тактильно новое на коже. Благодаря тому, что голое тело для меня стало естественным, я начал влюбляться в мысли и чувства девушек, а не в их фигуры и лица с косметикой. Я понял, что обнажение становится сексуальным, только если вкладывать в него такой смысл.

Я никому не навязываю свое мнение о том, что быть голым нормально. Однако очень часто вступаю в дискуссии на эту тему, пытаясь понять, почему некоторые против.