Музыка

«Как только вы даете жанру имя, вы предрекаете его закат»: Curses — о темной клубной музыке и возвращении жанров 80-х

В последние годы сформировалась целая музыкальная сцена «темных» жанров. Возникла она на пересечении футуро-итало, нью-бита, дарк-диско, EBM и постпанка, так что в ней чувствуется сырость рока и панка, а также особенная сумеречная романтика. Один из зачинателей и руководителей этого движения — музыкант Лука Венеция, он же Curses, основатель лейбла Ombra International. Музыкальный обозреватель и диджей Владимир Сиваш (DJBuro) поговорил с артистом о том, как в нем уживаются панк и электронщик, почему он так любит эту темноту в музыке, а нынешняя аудитория — просуществовавший всего пару лет нью-бит и итало-диско, которое great again.

Лука Венеция под именем Curses записывает и выпускает треки еще со второй половины 2000-х, но свою настоящую дорогу он нащупал, зацементировал и пустил по ней международный ход только в прошлом десятилетии. Сегодня Венеция во главе той ниши танцевальной музыки, которую формируют производные индастриала, нью-вейва и диско — жанров преимущественно из 1980-х, однако в новой форме.

80-е и стали началом пути Луки. Он вырос в Нью-Йорке, а обозначенное десятилетие там кипело ноу-вейвом и шумовым авангардом, все еще панком и уже постпанком, аскетичной танцевальной электроникой и хип-хопом. Это формировало Curses, проводя его от панка, вейв-рокера и поклонника Sonic Youth до посетителя андеграундных рейвов и диггера в скидочных ящиках музыкальных магазинов вроде Vinyl Mania. Там его внимание привлек европейский импорт: британско-бельгийское агрессивно ритмичное ответвление индастриала EBM и уже чисто бельгийская настойка из того же EBM, эйсид-хауса, нью-вейва и Hi-NRG — нью-бит.

Все эти жанры проявились через годы как в творчестве самого Луки, так и в релизах его лейбла Ombra International, который Венеция основал после переезда из Нью-Йорка в Берлин. Именно в Европе получившийся у него темный механический драм-рокот с хлесткими бит-щелчками и даже несколько готической атмосферой постпанка стал успешен. Чтобы не пытаться представить, как звучит этот жанровый сплав, лучше услышать вживую на вечеринке в Киеве 13 августа или просто включить что-нибудь из записей.

Европейские лейблы начали активно издавать треки Луки: их выпускали нидерландский Bordello A Parigi, итальянско-немецкий Wrong Era (филиал Slow Motion Records), шведский Höga Nord. А в 2018-м на Dischi Autunno вышел его дебютный большой альбом Romantic Fiction. Здесь же к концу 2021-го появится и второй.

Все это время продюсер продолжал работать над своим лейблом, находя артистов любимых стилей в самых разных уголках планеты. Уже вышло 20 мини-альбомов, и самый новый из них — 30 июля. Также Венеция был занят безостановочным производством ремиксов: только из последних — для англичанки Surgeons Girl, француза Cornelius Doctor (главы лионского лейбла Hard Fist), итальянцев Shad Shadows.

Еще музыкант запустил сайд-проект Venice Arms — более светлый и легковесный, тяготеющий к электро-диско. В начале года он издал премьерный мини-альбом, также композиции от Venice Arms появились в сборниках уважаемых лейблов — мюнхенского Permanent Vacation и парижского Les Yeux Orange. Ко всему Венеция был занят созданием знакового сборника Next Wave Acid Punx — 38-трековой глыбы, посвященной «темной стороне клубной музыки» начиная с 80-х и по сегодняшний день. То есть тому самому перекрестку жанров, который обозначен в начале.

Curses Лука Венеция

Через полтора года после первого анонса ты все-таки приезжаешь в Киев. Насколько тебя, как творческую личность, выбила из колеи вся эта история с пандемией, локдауном? Или, наоборот, она стала катализатором какого-то развития?

Эти американские горки кажутся бесконечными. Я думаю, что мы переживаем не последнюю пандемию. Поэтому единственный способ оставаться в здравом уме — научиться жить с этим и никогда не прекращать творить, заниматься искусством. Первый локдаун заставил меня сосредоточиться и дал возможность финализировать множество незавершенных проектов. Я смог доделать следующий альбом Curses, а также целый ряд коллабораций с другими продюсерами.

Собранная тобой компиляция-гигант Next Wave Acid Punx — это настольный талмуд для всех поклонников дарк-диско, заправленного грувом постпанка, нью-бита, EBM, итало. Расскажи о работе над ней.

Менеджер известного бельгийского лейбла Eskimo Recordings Надием Ша, отвечающий за поиск артистов и вообще музыкальную политику импринта, пригласил стать куратором компиляции с материалом, который повлиял на меня лично. Получилось несколько частей. Во-первых, я взял туда треки зачинателей, пионеров; во-вторых, боевики новой генерации, которая отталкивается от работ тех самых пионеров. Наконец, абсолютно новые треки, выполненные эксклюзивно для данного сборника, — их создали люди, которых я знаю лично, считаю близкими друзьями. Просто когда разразился ковид и появилось время, многие из них предложили новые композиции, вместо того чтобы отдать на лицензию ранее уже засвеченные.

Процесс был долгим, и тяжелее всего оказалось ужать компиляцию до 38 треков. Я хотел включить еще многих артистов: Kris Baha, Randolph & Mortimer, Credit 00, Schwefelgelb, Nitzer Ebb, Ministry и так далее. Кто знает, может быть, они пойдут во вторую часть.

Компиляция в описании представлена как «темные подвиды клубной музыки», причем там даже хаус есть, но он тоже словно из катакомб. Почему ты культивируешь эту парадигму? Ты в ней находишь особенную энергию или романтику?

Меня всегда привлекала романтическая сторона тьмы. Таинственность и положительная, как ни странно, энергия, которую она может принести. Думаю, все это отголоски моей юности, когда я болел астмой и очень хорошо понимал смертность в молодом возрасте. Даже подсознательно, ведь при рождении я посинел и не мог дышать. Драматический выход в мир отпечатался на мне, и музыка — сосуд, через который эта печать выражается.

Новая компиляция гонконгского лейбла Fauve называется Make Italo Disco Great Again. Символично, потому как десятилетиями теги Italo и Italo Disco имели скорее негативную коннотацию. За счет чего лейблам вроде Slow Motion, Italo Moderni, Bordello A Parigi, Ritmo Fatale, твоего Ombra International и прочим удалось перевернуть ситуацию?

Для нишевых стилей клубной музыки всегда есть волны и циклы. Итало — жанр, который постоянно приходит и уходит, перевоплощаясь с каждым новым витком. На этот раз мой любимый камбэк. Сейчас итало переживает большой подъем за счет внедрения элементов EBM и транса 90-х. Тяжелые барабаны в сочетании с одновременно психоделическими и бодрящими арпеджио и пэдами — модель, которую, как мне кажется, разделяют современные продюсеры, к которой они стремятся. Правда, у каждого свой подход.

Что касается Ombra International, то наши артисты обычно имеют опыт в гитарных группах, бэкграунд в постпанке. Так что я добавляю подобный вектор в колею итало и нью-бита.

Для нишевых стилей клубной музыки всегда есть волны и циклы.

К слову, на следующий день после твоего сета в Киеве выступает Франц Скала. Расскажи о вашем сотрудничестве.

Да, я видел! Круто. Франц — абсолютная легенда. Фантастический продюсер. Было критически важно, чтобы он стал частью сборника Next Wave Acid Punx. Скала сразу значился на вершине списка артистов — в самом начале размышлений о том, кого пригласить.

Мой мини-альбом на лейбле Wrong Era, которым он руководит, вышел в том самом году, когда я покинул Нью-Йорк и переехал в Берлин. Важный шаг в моем становлении и определении звучания Curses.

Конечно, банальный вопрос для околоэлектронного продюсера, но тем не менее: почему ты переехал из Нью-Йорка в Берлин? Для твоей музыки Бруклин, например, тоже кажется подходящим местом по духу.

Я родился и вырос в Нью-Йорке, он будет со мной вечно. Но иногда наступает время, когда тебе становится слишком тепло в знакомой среде, ты перестаешь ощущать вызов. Мне необходимо было выйти из зоны комфорта, чтобы найти честное место в своей музыке. Переехав из Нью-Йорка в Берлин, я также перестал беспокоиться о дорогой аренде жилья и ежемесячных трудностях. То есть Берлин позволил сосредоточиться на музыке, которую я люблю, и не идти на жертвы.

артист, работающий на пересечении жанров итало-диско, новой волны и эйсид-хауса 80-х

Как функционирует твой лейбл Ombra International? Это специальная фишка — что в выпускаемых сборниках всегда предельно широкая география артистов? Восточная Европа, Балканы, Южная и Центральная Америка, Турция и так далее. Кажется, ты намеренно выискиваешь нечто «экзотическое».

Я и запустил Ombra International как концептуальный лейбл: хотел объединять по четыре-шесть разных артистов из нескольких стран в одном релизе, где все разделяют одинаковую страсть к музыке, вдохновляющей меня. Эта музыка — синтезаторные 80-е, постпанк, нью-вейв, нью-бит, ранний EBM, и чтобы все было пронизано энергией панка.

Я не очень гонюсь за экзотикой, все естественно складывается. Так вышло, что в первых релизах оказались, скажем, Seven Knives из Санкт-Петербурга или Гюндже Аджи из Турции, — отсюда и пошло.

В твоем творчестве многое отталкивается от 80-х. Есть мнение, будто это было последнее десятилетие с настоящими прорывными инновациями в современной музыке, зарождением и формированием принципиально новых стилей, включая электронные. Дальше, за нечастым исключением, в 90-х и 2000-х происходило лишь расширение, мутации, взаимные комбинации и тому подобное. Что ты думаешь по этому поводу?

Да, именно так! 80-е — десятилетие, которое было таким стремительным и драматичным во всем мире. Помимо давления холодной войны, краха фондовых рынков, эпидемии СПИДа произошел взрыв технологий в музыке: компьютеры и синтезаторы стали доступными, и зародились отношения между Человеком и Машиной. Это вызвало столько инноваций, будто облака разверзлись и взорвались небеса электронной музыки — бум! Я думаю, что в 90-х также были потрясающие муздвижения, но все их истоки происходят все же из 80-х.

В 80-е произошел взрыв технологий в музыке: компьютеры и синтезаторы стали доступными, и зародились отношения между Человеком и Машиной.

Вообще, внутри изначально ты больше рокер/панк или электронщик?

И рокер, и панк, и электронщик. В подростковом возрасте я играл на гитаре в панк- и нью-вейв-группах, но потом стал срываться на рейвы в заброшенных складах Бруклина, чтобы послушать электро и техно. В конце концов, это все панк-подход. Менталитет DIY: сделайте что-либо теми средствами, которые вам доступны, и тем способом, каким можете. Не важно, что именно.

Curses Лука Венеция

Нынешний интерес у современной аудитории к нью-биту — почему вдруг? По сути же, кратковременное явление было чуть более сорока лет назад.

Нью-бит уникален, потому что у него была такая короткая жизнь — может быть, всего пару лет, — но он в одиночку повлиял на формирование целого корпуса жанров электронной музыки. Подобно многим другим хайп-стилям нью-бит самоуничтожился, как только начал подражать самому себе. В этом заключается опасность — обозначать жанр. Как только вы дадите ему имя, все: предрекаете его на закат. Вот почему я нарек свою компиляцию Next Wave Acid Punx. Ироничное название, высмеивающее «ярлыки», которыми мы обозначаем различные тренды, явления, нишевые жанры.

Нью-бит уникален, потому что у него была такая короткая жизнь, но он в одиночку повлиял на формирование целого корпуса жанров.

Расскажи про свой второй лонгплей, который выйдет в ноябре. Ведь 2018-й, когда появился первый альбом, и 2021-й в творческом подходе и вообще мировоззрении, наверное, разные вещи. Какие у него особенности?

Мой коллега по группе, Дейм Боннет, играет на басу и сэмплинг-пэдах в концертной версии Curses. В 2019 году мы много гастролировали, много импровизировали под риффы, в итоге вместе сочинили немало новых песен. Следующий альбом включает его фирменные басовые партии — я бы сказал, что это смесь The Cure «под кислотой» и Front 242, «погружающихся в зыбучие пески».

Первый сингл Miriam, который является одой одному из моих любимых фильмов «Голод», тоже выйдет в ноябре. С ремиксами от KVB, Ким Энн Фоксман и Boys Noize. В записи альбома также участвовали Дженнифер Тач и Terr.

эротический фильм ужасов о вампирах, снятый в 1983 году

Напоследок спрошу: как ты готовишься к DJ-сетам? Строишь сам сет еще дома или уже вживую, исходя из настроения танцпола?

Предпочитаю делать каждый сет особенным — для определенной вечеринки, конкретной локации, пространства. Формирую костяк треков, вдохновляясь тем, что знаю об атмосфере мероприятия или клуба. Но затем считываю вайб после первых нескольких композиций. Иногда получается, что даже не играю подготовленный материал. Потому как, в конце концов, весь смысл в том, чтобы захватить атмосферу прямо сейчас.

Много новых треков, которые наверняка тебе поступают пачками, тестируешь во время сета?

Для меня важно не ограничивать себя игрой только новой музыки. Мне нравится вставлять некоторые странные жемчужины из прошлого, а также много неизданной музыки. В наши дни так много промотреков звучат о-о-очень одинаково, поэтому большая часть новой музыки, которую я включаю в сет, приходит все-таки не от присылаемых промо, а от долгих поисков и покупок на Bandcamp, Discogs. Или даже рипов с виниловых пластинок. Кстати, я сделал несколько секретных эдитов специально для Worn Pop, так что давайте вместе посмотрим, что из этого выйдет на вечеринке.

оцифрованная музыка с пластинки

лейбл и промогруппа, которая и организовывает его выступление в Киеве 13 августа


Фото предоставлены героем интервью.

Новое и лучшее

4 847

221

230
125

Больше материалов