Гламур и твердость характера: Нью-Йорк в работах семи фотографов

Нью-йоркский коллектив уличных фотографов (NYC-SPC) — группа из 21 участника. Она была основана Хорхе Гарсией в начале 2015 года, чтобы обмениваться идеями и опытом и продвигать искусство уличной фотографии. Коллектив регулярно выпускает собственные журналы и организует выставки, чтобы показать работы участников или талантливых авторов, которых нашел. Встречи проходят ежемесячно и открыты для всех, кто интересуется жанром. Фотографы планируют открыть галерею, предлагать образовательные программы, давать доступ к фото- и лабораторному оборудованию и просто проводить больше мероприятий.

На создание NYC-SPC меня вдохновила Фотолига — нью-йоркский кооператив фотографов, который был активен с 1936 по 1951 год. В нем состояли некоторые из самых уважаемых американских авторов середины ХХ века. Я хотел быть частью местного сообщества уличных фотографов и в то время не нашел ни одного такого коллектива, поэтому решил основать свой и пригласить в него близких по духу людей.

Мне нравится поговорка «Ты — сумма людей, которыми себя окружаешь», и я подумал, что если хочу снимать лучше, то должен проводить больше времени с теми, кто работает в том же жанре. Цель простая: встретить еще фотографов, посмотреть их работы, получить отзывы и просто потусоваться.

Участие в коллективе — по приглашению. Мы проводим ежегодный обзор портфолио, где участники предлагают фотографов, чьи работы им нравятся. Мы голосуем и рассылаем просьбы прислать полное портфолио. Еще раз голосуем и принимаем окончательное решение, кого пригласить.

В идеале я хочу, чтобы группа оставалась скромной по размеру.

В новых участниках мы ищем не обязательно качество работы, но вовлеченность в местное сообщество. Часто ли они фотографируют? Видим ли мы их на встречах или на улицах? Посещают ли они фотошоу и другие мероприятия?

Мы принимаем людей, которые стремятся делать уличные снимки и намерены продвигать коллектив. Новичков или состоявшихся авторов. До тех пор, пока вы сосредоточены на работе и готовы протянуть руку помощи.

От большинства других коллективов нас отличает то, что мы местные. Мы в основном офлайн, и мне это нравится. Быть в Нью-Йорке — преимущество: здесь живет множество талантливых фотографов, и здорово, что есть возможность общаться с ними лично, взять по пивку или кофе, провести полдень, гуляя по городу и снимая.

Фильмы слишком «преувеличивают» город — он не совсем такой, как в кино. Многие из тех, кто приезжает сюда в первый раз, бывают только в туристических точках — на Таймс-сквер или в Чайна-тауне, потому что видели их в кино. Но город огромный, и я постоянно открываю новые уголки, бары и рестораны. Рекомендую исследовать районы, особенно Квинс. Гуляя по Рузвельт-авеню, можно познакомиться со всеми мировыми культурами.

Фильмы слишком «преувеличивают» город — он не совсем такой, как в кино.

Всегда носить с собой камеру — хорошая привычка: не знаешь, что и когда может случиться на улице, в баре, на работе или в зоопарке. Нас окружают моменты, которые можно сфотографировать. Я стараюсь снимать везде, куда бы ни пошел.

Я вырос во Флориде, и это место с одним сезоном: горячим. Жара изнуряет. Я решил переехать в Нью-Йорк, потому что он разный, в том числе в плане погоды. В конце концов, разнообразие — пряность жизни. И с тех пор, как сюда переехал, я почувствовал больше жизни. Даже в душный и жаркий день здесь что-то витает в воздухе. Люди на улицах, музыка играет в каждом квартале. Жители Нью-Йорка проводят много времени вне дома — это великий жизненный акт. Все, богатые или бедные, ходят по улицам, хотя бы ради того — на секундочку, — чтобы дойти туда, куда им нужно. А холодная зима помогает нам ценить это «что-то» еще больше.

Жители Нью-Йорка проводят много времени вне дома — это великий жизненный акт.

Нью-Йорк — живой дышащий организм, который постоянно меняется. Каждый район, каждый квартал — по-своему особенный. Джон Уолкер или Калада Халлидей из нашего коллектива хорошо фотографируют Бронкс. Шон Колелло делает такие вещи в Квинсе, что трудно поверить в то, что они вообще могут быть сделаны на Земле, не говоря уже про Манхэттен. Я перефразирую участника коллектива Джоша Итана Джонсона: «Пятая авеню — отличная практика, но мы используем полученные там навыки в других местах, которые и определяют нас как фотографов».

Наши встречи в NYC-SPC великолепны, потому что мы собираемся вокруг проектора группой единомышленников и страстно говорим о фотографии.

Один из участников коллектива, Себастиан Сайадески, процитировал фотографа Ричарда Калвара: «Уличная фотография — это непреднамеренные изображения людей (иногда животных или неодушевленных объектов, когда они завладевают человеческими душами), и при этом не происходит ничего особенно важного». Думаю, что уличная фотография не обязательно должна нести четкое определение, где и почему что-то происходит. Это больше мышление, чем что-либо другое.

Еще в старших классах школы в первый же день я случайно записался на курс под названием «Мультимедийные технологии». Оказалось, это был курс по телепродюсированию. Потом я начал снимать фильмы с друзьями. Затем решил изучать радио и телевидение в колледже. Так просто случилось, но случилось правильно, и я ни разу не пожалел. Когда я переехал в Нью-Йорк, то начал снимать людей, но вместо того чтобы нажимать «запись», стал нажимать кнопку «фото» — и влюбился в фотографию.

В фотографии больше загадок и страха. Видео — часть моей жизни. Но оно показывает слишком много.

Уличных фотографов-женщин меньше, чем мужчин. Фотография вообще одинокая работа. Я отношу себя просто к фотографам, неважно — мужчинам или женщинам.

Свет — это все, но иногда фотографу может быть интересен и туман, и дождь, и снег. Однако скажу прямо: я предпочитаю гулять, когда тепло!

В квартал «маленькая Италия» я редко хожу — разве что когда нужно купить итальянские продукты. Много фотографирую в метро, да и везде, где появляюсь: в Бруклине, на Манхэттене, в автобусе, в машине, в кафе, в кабинете лечащего врача, на игровой площадке. Иногда просто хожу, а иногда увижу какое-то место, которое мне понравится, и жду, что интересного случится. Уличная фотография — это не про место, а про то, что ты видишь и значит ли это что-то для тебя.

Фотографирую в Бруклине, на Манхэттене, в автобусе, в машине, в кафе, в кабинете лечащего врача, на игровой площадке.

В течение всего лета в Нью-Йорке можно увидеть вечеринки в кварталах: улицы в пределах квартала перекрывают, все собираются, дети играют, еда, музыка. Если жарко, открывают уличные гидранты, и обычно вокруг них буквально роятся дети.

На улицах Нью-Йорка я вижу и чувствую энергию, скорость, но также одиночество и спокойствие.

Я снимаю исключительно в черно-белом цвете, потому что так я «раздеваю» каждую фотографию до того, что важно больше всего: композиции. Без цвета, который служит отвлекающим фактором, снимок живет и умирает так, как он построен и обрамлен. Как фотограф, снимающий на пленку, я могу полностью контролировать процесс. Я разрабатываю и сканирую собственные пленки, убеждаясь, что каждый шаг этого процесса настолько хорош, насколько я могу его сделать хорошим. Это может казаться модным или хипстерским — возвращаться к черно-белой фотографии, но я следую только своим интересам.

Парки трудно снимать на черно-белую пленку: в них много цветов и разнообразных деревьев, люди играют на траве, валяются игрушки — в общем, множество вещей, которые обычно цветные и энергичные. В этих случаях я чувствую себя ограниченным как фотограф. Но я придерживаюсь своих принципов: хорошая композиция всегда выигрывает. Если снимаешь что-то прекрасное или кого-то прекрасного, как правило, они красивые не только из-за цвета. Даже если потеряешь немного в качестве из-за отсутствия этого цветного элемента, все равно сможешь работать с другими составляющими.

Я бы снимал свадьбы в цвете, потому что фотографии предназначаются другим людям. В конце концов, черно-белые снимки имеют свои недостатки и ограничения, но это набор плюсов и минусов, которые я однажды принял.

Большинство людей ассоциирует черно-белую фотографию с романтическим взглядом на прошлое. В Нью-Йорке много старых зданий и кварталов, которые дают это винтажное ощущение. Совмещая и то и другое — старину и отсутствие цвета, — можно создавать фотографии возрастом в десятки лет, одновременно добавляя романтики в свою работу.

Если перевернуть эту идею, думаю, что «новые» города не выглядят так же хорошо в черно-белом. Архитектура — не старая, уличные фонари — не старые, лестницы — не старые. Когда фотографируешь вещи, которые кричат «Настоящее!», происходит столкновение между новым дизайном объекта и этим винтажным ощущением, которое дает пленка. Honda Civiс, снятая в черно-белом цвете, — это не сексуально.

Honda Civiс, снятая в черно-белом цвете, — это не сексуально.

Для уличных фотографов самое большое испытание — найти снимок. В Нью-Йорке так много всего происходит на улицах, что это может действовать подавляюще. Все двигаются и взаимодействуют друг с другом: люди, машины, собаки, детские коляски, семьи, дети. Чтобы быть успешным, нужно уметь просеиваться сквозь эти подвижные элементы, предугадывать их движения и находить правильный отрезок времени, который «расставляет» их нужным фотографу образом.

Мой единственный метод — быть максимально внимательным и вести себя осознанно. Чтобы помочь самому себе достичь этого состояния, я иногда брожу с затычками в ушах — чтобы «вырезать» шум улиц. Манхэттен — громкое, беспокойное место, и затычки для ушей помогают сохранить немного вменяемости, чтобы я мог работать.

Если я сталкиваюсь с хорошей сценой, но у меня нет для нее темы, я могу подождать пять, десять, иногда тридцать минут ради правильного стечения обстоятельств. Даже могу ходить в одно конкретное место неделями, ожидая нужного света. Быть терпеливым и внимательным жизненно важно для того, чтобы сделать удачный снимок.

Нью-Йорк — с одной стороны, американский, как гамбургер или кока-кола. Но в то же время это пузырь внутри США, целый мир в одном городе. Прокатись на метро, и ты увидишь людей отовсюду. Здесь люди невероятно открытые и уважают иностранцев, чего я не чувствовал в Европе так, как чувствую здесь.

Если говорить о фотографии, то в Германии или Польше люди более подозрительные, когда их снимаешь на улицах. Это и делает Нью-Йорк таким уникальным и привлекательным для людей со всего мира. Энергия, которую они генерируют каждый день, захватывает, на нее подсаживаешься. Я пытаюсь запечатлеть это как фотограф.

Снимая, я пытаюсь показать городскую жизнь не слишком серьезным образом. Жизнь довольно трагична — но хороший смех помогает жить с осознанием этого.

О чем это все? О простых человеческих моментах города. Когда люди смотрят мои фотографии, я хочу, чтобы они чувствовали себя погруженными в сцену. Ты не можешь по-настоящему «прочувствовать» момент, когда стоишь на противоположной стороне улицы и снимаешь с помощью зума. Я фотографирую широко и подбираюсь близко. На то, чтобы освоить эти приемы в Нью-Йорке, у меня ушло какое-то время.

Я фотографирую широко и подбираюсь близко.

В повседневном городском потоке так много всего нужно исследовать. Он громкий, многолюдный — полный жизни, счастья, трагедии. В своей работе я пытаюсь фильтровать этот шум. Помещаю людей в самый центр фотографии. И с помощью изображений история разворачивается и вступает в диалог со зрителем.

Не могу точно сказать, что ищу. Но знаю, когда оно передо мной. Это может быть определенный жест, который кто-то делает. Или момент близости и уединения в хаосе улиц. Момент, который меня не отпускает и достоин того, чтобы сохранить его на пленке.

Моя работа правозащитного активиста, конечно, позволяет мне трезво смотреть на то, что происходит в мире. Но она также учит, что всегда есть надежда, когда люди собираются вместе и работают, чтобы улучшить положение дел в мире.

Я пользуюсь инстаграмом, чтобы быть на связи с другими фотографами со всего мира. Это хороший способ исследовать чужие работы, вдохновляться и получать определенную информацию, которая нужна для твоей работы. Но инстаграм также может быть довольно странным местом, и я изо всех сил стараюсь не слишком им увлекаться. Мне удалось увеличить число подписчиков за последние несколько лет; что точно помогает — постоянная активность. Я публикую новый снимок почти каждый день и много общаюсь с другими фотографами. Если пытаешься собрать аудиторию, нужно быть настоящим и общительным. Ну и, конечно, делиться только лучшими работами.

Я получаю отзывы и очень ценю, когда людям есть что сказать. Обратная связь помогает расти как художнику.

Мне очень нравится один уголок на 34-й улице на Манхэттене за его фантастический свет. Однажды я просто слонялся вокруг, не пытаясь снять что-то специально. Много туристов, покупателей, все чем-то заняты. Я уже собирался ехать домой, когда увидел целующуюся пару: они полностью погрузились в любовь. Я бы сказал, что они среднего возраста, но выглядят как подростки, которые недавно влюбились друг в друга. Я сделал несколько снимков с разных ракурсов — пара меня не заметила вообще.

Мне нравится бродить по любым улицам на Манхэттене — лишь бы были толпы народа и хороший свет. Любимая улица — Пятая авеню. Она особенная, потому что на ней всегда больше людей и более «длинный» свет в течение дня. Неудивительно, что такие легендарные уличные фотографы, как Гарри Виногранд и Джоэл Мейеровиц, любят Пятую авеню. Я также гуляю по своему кварталу в Квинсе время от времени, когда не хочется ехать в шумный центр.

Если ты уличный фотограф, то прекрасно знаешь, что часто лучшие снимки можно сделать в тех местах, которые даже не представлял.

Тебя могут не заметить, даже если ты будешь рядом, — зависит от уровня мастерства, опыта и понимания пространства. Так как большую часть времени я использую 28-миллиметровый объектив, то, как правило, нахожусь близко — скажем, в полутора-трех метрах. Обычно меня не замечают, если только я сам не пытаюсь установить контакт взглядом.

Когда люди замечают, что я фотографирую их, улыбка работает в 99 из 100 случаев. Даже если кому-то не понравилось, что я его снимаю, я всегда готов объяснить, что делаю, чтобы разрешить конфликтную ситуацию.

Когда люди замечают, что я фотографирую их, улыбка работает в 99 из 100 случаев.

Корейский город (по аналогии с Чайна-тауном. — Прим. ред.) находится на Манхэттене, на 32-й улице между Пятой и Шестой авеню. Советую любой ресторан в Корейском городе, там огромный выбор блюд для перекуса — быстро и недорого. И оттуда можно легко добраться до любой улицы в Мидтауне: Западном или Восточном.

Корейский город значительно меньше Китайского — что неудивительно. И, кстати, Чайна-таун есть не только в центре Нью-Йорка, но и в районе Флашинг — одном из старейших в Квинсе. Я предпочитаю ходить туда — он больше по размеру и там больше местных, чем туристов.

Черепашки-ниндзя на фото настоящие. Я снимал на пленочную камеру со вспышкой.

Я фотографирую серьезно только три года и не уверен, что этого достаточно, чтобы заметить и запечатлеть какие-то перемены в городе. Но фотография определенно помогает почувствовать основу, какое-то общечеловеческое чувство Нью-Йорка, которое мы разделяем. Так я остаюсь на связи с теми людьми, которых, вероятно, никогда не узнаю.

Квинс невероятно разнообразен. Путешествие по одноименному бульвару через Королевские ботанические сады Кью, Форест-Хилс, Джэксон Хайтс и другие окрестности — кулинарная экскурсия вокруг света. (Если русскоговорящие путешественники потеряют интерес к Брайтон-Бич, им понравится эта экскурсия. Ко мне можно присоединиться в одном из баров на Рузвельт-авеню.)

Однажды я сошел с поезда F на 14-й улице на Манхэттене. Покинул станцию метро и увидел полицейских, прижавших человека к стене у магазина скандально известной марки одежды Urban Outfitters. Когда они повалили его на землю (на мой взгляд, излишне жестко), я сделал снимок и попытался подойти, но еще один дуэт офицеров не пустил меня ближе. Часть меня хотела вырваться из рук полиции ради еще одного кадра, но тогда я бы оказался на асфальте рядом с «подозреваемым». Не знаю, что случилось до того, как полицейские его схватили, но я всегда вижу хорошую фотографию. Контекст не имеет значения.

Контекст не имеет значения.

Мой главный страх — что я не смогу позволить себе жить в Нью-Йорке. Аренда и цены постоянно растут. Не могу сказать того же про зарплаты, к сожалению. Я работаю в аэропорту Джона Кеннеди и немного подрабатываю фотографией.

Паранойя от 11 сентября и цинизм давно исчезли, но тревога за экономику все еще чувствуется. Нью-Йорк становится все более дорогостоящим для жизни, но рабочий класс в анклавах вроде Ямайки (районе, а не стране) находит способы выживать.

Типичные для Нью-Йорка поджанры уличной фотографии — «Пары», «Пьяные», «Сумасшедшие», «Выступающие на публике», «Путешествие на метро», «Протесты», «Фестивали», «Обычная работа фотографа в толпе», «Полицейская активность», «Дети».

Мне всегда нравилась работа Брюса Дэвидсона. Мой любимый снимок — из 1980-х: женщина со странным взглядом в дорогой шубе едет в метро, разрисованном граффити. В ней сочетается гламур и твердость характера — воплощение всего Нью-Йорка в одной фотографии.